Худший из миров. Книга 7 (СИ)

И пока брат с сестрой перекидывались подобного рода фразочками, Олег поинтересовался у Митрича:
— Слушай, Митроич, а чего ты Лерку сюда решил притащить? Нет, ты не подумай ничего такого, просто время, да и место не самые подходящие для воссоединения семьи.
— Ну да, — согласился Митрич, — вот только к себе я ее тащить не стану. У меня же там Милочка. Сдам тебе дочурку на руки, а дальше моя совесть чиста, я свой отеческий долг выполнил, а вы делайте чего хотите.
— Старый ты кобель, — ухмыльнулся Олег.
— Ну не без этого, — довольно согласился гном, — к тому же, какой я старый. У меня, можно сказать только началась втора молодость, да и Лерка где-то в этих землях воплотилась. Так что я убиваю всех зайцев одной пулей.
— Все с тобой понятно, — с легкой наигранной грустью вздохнул Олег, — наделал детей и в кусты. А воспитывать и заботиться о них должен добрый дядюшка Олег.
Митрич заржал:
— В точку, Олежка!
— У вас такая пестрая компания, — отвлек мирно беседующих клиентов хозяин заведения — орк с отвисшей нижней губой, — вы будете чего-нибудь заказывать или вы поболтать сюда пришли?
Гостям заведения стало предельно ясно, что им здесь не рады. У хозяина заведения «Империал» отношение к клиентам было весьма нестандартное.
— Заказывать! — с язвой выпалил Митри, — что ж мы закажем, — гном порылся в кармане и небрежно швырнул на стол монету номиналом в пять медяков, — мне десять кружек пива, только не ту парашу что ты притащил моему приятелю, а отборного из гномьих погребов.
Орк брезгливо глянул на медную монету и пренебрежительно произнес:
— Шли бы вы отсюда своей дорогой, гости дорогие, пока есть еще чем ходить.
Олег довольно набрал в грудь воздуха предвкушая начало кабацкой драки. К тому же рядом сидел Татарин, который подобного отношения к собственной персоне никогда никому не спускал.
— «Сейчас начнется», — подумал Олег, зацепив краем глаза момент, как Генка встает из-за стола.
Обычно, бывший комбриг всегда был скор на расправу. Долго и муторно выяснять отношения ему не нравилось и по этой причине Геннадий предпочитал сначала бить, а уже за тем выяснять что по чем. Вот только на этот раз Генка сильно удивил.
— Братишка, не заводись, — примирительно произнес Татарин, удивив несколько лиц за занятым столом, — я понимаю, у тебя настроение плохое. Может мы не вовремя подошли, но это не повод хамить и подсовывать клиентам откровенные помои. Ты не злись, если что, давай мы у тебя что-нибудь закажем. Только если заказанное по качеству будет таким же оставь блюда у себя, к нам за стол не выноси.
Хозяин заведения даже опешил от такой сговорчивости. Судя по виду этого матерого орка, он бы и сам с удовольствием навешал деятелям посмевшим с ним вытворить подобное. В не меньшем изумлении прибывали и Олег с Митричем. Им то характер Татарина был известен как никому другому.
— Слушайте, ребята, не нужно ничего заказывать, — немного придя в себя и смягчив тон ответил хозяин ресторанчика, — просто, мое заведение, оно не для всех. Тут любят отдыхать наемники хозяев города. Так что, давайте я верну вам ваши деньги, и вы отправитесь отсюда по добру по здорову?
— Слушай, братишка, — принялся заискивающе пояснять Татарин, — мы именно тут договорились встретись с приятелем и он, кстати, один из тех орков коих ты предпочитаешь обслуживать. Только у них там запарка какая-то и он вроде как задерживается. Но я тебе обещаю, как только мой друг объявится мы тут же покинем твое замечательное заведение.
Орк явно раздумывал стоит ли оставить в своем заведении непонятную компанию.
— Братишка, ну как служивый служивому, пойди ты нам на встречу. Я же по глазам вижу, что ты из наших, из пехов.
Каким образом Татарин сумел рассмотреть в орке бывшего пеха никому ведомо не было, но попал он в точку. А далее слово за слово, два бывших вояки поболтали за жизнь, и суровый хозяин ресторанчика «Империал» смягчился. Более того, минут через пять он самолично забрал приобретённые Ромай пиво и нарезку с запашком заменив их на свежевшие. К заказу бывший вояка присовокупил по кружке пива гостям, причем за счет заведения.
 
— Слышь, Генка, а как ты узнал, про то, что хозяин бывший пех? — потягивая из бокала великолепное пиво поинтересовался Олег.
— Все просто, — поставив почти полную кружку на стол деловито отчитался Татарин, — у меня есть сверхспособность, я людей на сквозь вижу. Все про них знаю, да малой, — неожиданно переключил свое внимание Татарин на Тигера.
У парнишки аж пиво в горле застряло, и он неожиданно закашлялся, а Генка обвел взглядом притихших гостей за столиком и с загадочным видом продолжил вешать лапшу на уши:
— Вот как переродился все на свете стал знать. Что было, что будет, что есть, что не есть. Все знаю, все ведаю. Про все на свете рассказать могу. Например, знаю точно, — Генка, вошедший в роль указал перстом поочередно на Архэю и Агастоса, — вы ночью прелюбодействовали на пляже.
Кухарка нахмурила брови и сжала губы в тонкую нить, а вот Агастас довольно сильно изумился:
— Так и есть, а откуда ты знаешь?
— Магия прорицания, — с важным видом заявил Татарин.
— Это круто, — с восхищенным видом произнесла Аврора.
Способности Генки восхитили добрую половину гостей ресторанчика за столом. Неизменным выражения лиц остались у Митрича, Олега и Виктора.
— А вы можете мне на будущее погадать, — с разгорающимся любопытством в глазах спросила Аврора у Татарина.
— Кого ты слушаешь? — со скепсисом произнес Олег, — все супервозможности по предвидению у Генки завязаны на шершней. Он ведает ровно то, что видят и слышат они. Скорее всего, сейчас весь его рой в казармах рассажен. Поди, там он и услышал про хозяина ресторанчика.
— Ну, вот, не мог ты мне подыграть, — с лёгкой наигранной обидой попенял приятелю Генка.
— Так это чего, Ирод синюшный, — начала закипать кухарка, — ты, значит, вчера за нами подсматривал?
— Мой шершень заметил вас с высоты своего полета, — оставив шутки признался Татарин, — специально я за вами не следил. Да и вам нужно вести себя поскромней в общественных местах.
Кухарка собралась было возмутиться, но внимание честной компании привлек звон дверного звонка. Входная дверь отварилась и на порог вступила девушка, черная словно антрацит. Назвать эту барышню человеком язык не поворачивался. Во-первых ее кожа больше походила на шкуру какой-нибудь рептилии, она состояла и небольших лоснящихся чешуек, на лбу сквозь пряди пепельно-белых волос виднелись небольшие острые рожки, но самым занимательным в гостье была ее белоснежная улыбка из частокола острейших зубов. Барышня, стоя у порога внимательным взором окинула заведение и сосредоточив внимание на гноме бодро помахала ему рукой:
— Привет пап!
У папы, что в этот момент хлебал из кружки пиво это самое пиво потекло по бороде на стол. Остальные тоже с удивлением глядели на дочку Митрича.
— Мать моя — портовая шлюха! — с удивлением озвучила свои мысли Архэя, — интересно в кого этот старый дурак засунул свое достоинство, чтоб получить такое?
— Лерка, ты ли это?! — первым пришел в себя от новых впечатлений Олег, — как же давно я тебя не видел! Как ты изменилась, как подросла!
Не смотря на довольно импозантный вид личико дочуры Митрича особо не изменилось, ну если не считать цвета кожи, острых зубов, и больших оранжевых глаз с вертикальным кошачьим зрачками.
— Привет всем. Ого, Генка и ты здесь! — с восторгом заметила Татарина девчонка, — пап, ты почему мне не сказал, что Генка тоже тут будет?
— Сюрприз хотел сделать, — утерев бороду растерянно произнёс Митрич, — и какой он тебе Генка, — окончательно пришел в себя ворчливый гном, — Дядя Гена он для тебя!
 
Девчушка подошла к столу и по-дружески поцеловала Дядю гену в шечку:
— Здравствуй, дядя Гена.
— Привет Лерка, — Татарин внимательно оглядел знакомую с ног до головы, — ты классно выглядишь. Особенно улыбка шикарна.