Король арены 2 (СИ)

У него на удивление хорошо получается тот глупый и почтительный вид, с которым принято взирать на высокое начальство.
— Пошли, — решительно развернулся лэр Мюнтендор в нужном направлении, потратив не больше секунды на изучение моей морды лица.
Зря он так. Лицо Ларри, кроме глубочайшего почтения, ничего в таких случаях не выражает. Идеальная маска. Сам я запросто мог бы себя чем-то выдать. Скорее всего, Мюнтендор достаточно опытный физиономист, что в его возрасте и не удивительно, и даже капельку иронии или сарказма на моём лице он может запросто прочитать. Зато оригинальный Ларри в этом плане безупречен. Его лицо выражает только то, что оно выражает, и ни на грамм больше.
— Лэр Мердок у вас? — без всякого спроса ворвался в лазарет ректор и, получив утвердительный ответ, тут же дал мне отмашку, чтобы я оставался на месте.
Я присел на одну из кушеток в фойе, кстати, весьма неудобных. Как будто специально созданных так, чтобы посетители тут лишнее время не задерживались. К счастью ждать пришлось недолго. От силы, минут семь — восемь.
— Поговорим у меня в кабинете, — на ходу бросил мне Мюнтендор, залетев обратно в фойе с крайне серьёзной рожей.
Упс-с… Как же так? Вроде у меня все ходы были просчитаны.
Что такого Мердок мог сказать своему приятелю, чтобы тот в лице переменился?
— Ты точно сможешь выиграть турнир? — спросил у меня ректор, который сразу после захода в свой кабинет, несколькими моментальными пассами, привычно активировал все артефакты вокруг себя.
— Если я его выиграю — это поможет Академии? Допустим, в ваших переговорах с Научным Советом? — не стал я на этот раз заморачиваться со спектаклем, играя на контрасте.
Наш ректор сам игрок не из последних и ему ли не оценить красоту моей игры.
— Допустим, — кивнул ректор, глядя на меня с некоторым уважением.
— Тогда и мне потребуется помощь Академии.
— Какая именно?
— Максимальная. Мне наверняка придётся сойтись с Золотыми Поясами. Они могут предложить мне не только много искусов, но и попытаться убрать, как конкурента. Со студентами я может и сам справлюсь, но если за меня всерьёз возьмётся пара магов, вроде лэра Мердока, то меня надолго не хватит. Максимум, на несколько вздохов.
— Что за искусы? — прищурился ректор, чётко выхватив интересующую его подробность.
— Большие деньги, переход в престижную Академию на эксклюзивных условиях, невесту из аристократок, возможно, с приличным приданым. Пожалуй — это самое простое, что можно предположить.
— Невесту из аристократок… — чуть не захохотал лэр Мютендорф, уже было, начав даже подхрюкивать.
— Наследственные Навыки, — хмыкнул я в ответ, — Их у меня четыре. И все боевые. Может и не факт, что передадутся все четыре, но кое-кому даже двух — трёх покажется достаточным для какой-нибудь второй — третьей дочери. И я сейчас говорю вовсе не про Серебряные Пояса. Не боитесь, что я соглашусь? Особенно, если у меня будет довольно скудный выбор — жениться или умереть.
— Ты ничего, случайно, не придумываешь?
— Пессимист — это всего лишь хорошо информированный оптимист, — легко парировал я его легкомысленный взгляд на очевидное, — Если бы турнир между Академиями не имел никакого практического значения, Золотые Пояса даже пальцем бы не пошевельнули ради участия в нём. Наверняка есть ещё что-то, кроме приза в десять тысяч золотых и внеочередного повышения в воинском звании? Нет, я, конечно же, понимаю, что таким образом создаётся иллюзия о возможности соревнования между сословными слоями магов, но где мы, и где Золотые Пояса, с их элитными эликсирами, финансами и лучшими наставниками Империи?
— Победитель будет представлен Императору, — почесал щёку ректор, — И ему даётся право на одну просьбу к государю, но далеко не факт, что она будет удовлетворена. Гораздо чаще просьбы, которые выглядят, как пожелания, а то и вовсе, как мечты, остаются без ответа, — Скажем так, удовлетворяется одна из трёх, а то и вовсе — одна из пяти.
— А что обычно просят?
— Какой-нибудь чин или должность для родственников, — передёрнул лэр плечами, явно изрядно досадуя на мою тупость.
 
— Это всё, что я хотел узнать, — кивнул я в ответ, занявшись вполне привычным делом — изучением носков своих ботинок.
— Ларри, а если у тебя появится такая возможность, о чём ты попросишь? — вдруг чересчур вкрадчиво и ласково поинтересовался ректор.
Тон у него такой, хоть вместо мёда на хлеб намазывай.
— Пока не готов сказать. При дворе моих родственников нет, а значит, мне не за кого просить. Остаются двое: я и Академия. Меня, вроде всё устраивает. И зарплата, — тут лэр чуть вздрогнул, — И получаемое образование. Мне вроде и просить особо не о чем, — довольно жалобно произнёс я, включая режим "ботана Ларри и глядя на ректора добрыми щенячьими глазами.
— Ну, об этом мы с тобой чуть позже поговорим, — шумно выдохнул лэр Мютендорф, оглядев предварительно артефакты на своём столе.
Что характерно, не один из них не просигналил ему, что я соврал.
А я, точно, что-нибудь этакое придумаю, дайте только шанс…
Книга закончена.