Орден Багровой бури. Книга 1 (СИ)

Офицер протягивает мне небольшую коробку. Открыв её, обнаруживаю внутри анализатор разломов. О, да! Именно то, что я хотел! Готов кричать и прыгать от радости, как ребёнок.
— Это АР-5. Новая версия, только поступила на вооружение. Пусть он служит тебе хорошо и убережёт от лишних опасностей, — объясняет Страж.
— Спасибо, офицер!
Тот кивает и вытаскивает нож из торта, а затем повышает голос:
— Остальные, что приуныли? Торт всё равно очень вкусный! Налетай!
Отхожу в сторону, увлекая за собой Виктора. Убедившись, что за нами никто особо не наблюдает, протягиваю шарик марципана ему.
— Держи.
— С чего бы? Это ты его выиграл, — отнекивается Самойлов.
— Разве это называется выиграл? Мне просто повезло.
Даже не обманываю. Мне и правда повезло родиться с даром управления астральной энергией.
— Всё равно он твой, — говорит Виктор.
Просто всучиваю ему измазанную в шоколадном креме конфету.
— Бери. Ты слышал, что офицер сказал? Там зелье усиления души. Мне от него всё равно толку мало будет, у меня и так восьмой ранг. А у тебя только десятый.
— Ты вообще знаешь, сколько такое зелье стоит? — разглядывая марципан, бурчит Виктор.
— Ты до сих пор всё деньгами меряешь? Ешь давай, пока не отобрали.
— Ха! Пусть попробуют.
Он закидывает шарик в рот и пережёвывает. Потом его глаза расширяются, на лбу выступает пот, и Самойлов хватается за меня, роняя свою порцию торта.
— Ты в порядке? — спрашиваю.
Он сначала кивает, потом мотает головой, а потом вдруг подпрыгивает на месте и орёт, как берсерк. Амулет Стража на груди Виктора вспыхивает, и перед цифрой Х появляется палочка. Самойлов только что увеличил силу своей души до девятого ранга.
— Охренеть! Такое чувство, будто внутри меня огненный шар взорвался! — вопит он, продолжая подпрыгивать на месте.
— Ну и как ощущения?
— Зашибись! Андрей, я твой должник! — Виктор крепко обнимает меня и хлопает по спине.
— Да ладно, подумаешь. Мне не жалко.
— Не понимаю, как ты так легко расстался с этой штукой. Зелье усиления души целое состояние стоит! Не говоря уж о том, что их днём с огнём не сыщешь.
— Опять ты про деньги. Сказал же, мне не жалко. Дружба важнее.
Слегка безумная улыбка пропадает с лица Самойлова. Он вдруг становится серьёзным и внимательно смотрит мне в глаза.
— Значит, мы друзья? — спрашивает он.
— Ну, конечно. Зря ты, кстати, торт уронил. Он офигенный, — говорю я, закидывая в рот кусочек со своей тарелки.
— Хрен с ним. Знаешь, Андрей, у меня никогда не было настоящих друзей. Ты будешь первым.
— Это как-то странно прозвучало.
Виктор толкает меня в плечо.
— Да пошёл ты! Я тут душу раскрываю, а ты с какими-то дебильными намёками.
— Не обижайся. Я тоже рад, что мы с тобой подружились. Ну что, идём праздновать или как?
Самойлов смотрит через плечо и кривится:
— Скучно здесь. Поехали в город, завалимся в какой-нибудь бар! За мой счёт.
— Прям за твой?
— Прям за мой, Зверюга ты небритая! Мне нехило отвалили за добычу из разлома.
— Почему небритая? — трогаю щёки.
О, а мне и правда побриться не помешает. Ну, ничего, струнами это легко делается, главное быть осторожным, а то так и форму челюсти недолго поправить.
— Ладно, поехали, — пожимаю плечами.
— Вот это я понимаю! Сейчас всех соберу! — уже на ходу выкрикивает Виктор.
В общем, через полчаса за нами приезжает автобус, и мы всей толпой выпускников едем в Петербург. Кто-то уже успел достать выпивку — бутылки с вином гуляют по салону, и атмосфера становится всё более весёлой и непринуждённой.
Я могу очень быстро протрезветь с помощью астральной энергии, поэтому могу пить с друзьями сколько угодно и при этом быть начеку.
Стражи не расстроились, что мы так быстро уехали. Всё равно после поедания торта нас бы попросили расходиться. Остатки шоколадного голема, кстати, мы забрали с собой. И когда приехали в бар, то посадили на почётное место во главе стола.
Правда, к этому времени от голема остались только живот и полторы ноги, но кто-то из магов сотворил ему иллюзорное тело. Так что складывалось впечатление, будто с нами за столом сидит настоящий монстр, от которого время от времени кто-нибудь отъедал по кусочку.
  
Приближается ночь, но наш праздник продолжается, и никто не хочет уходить. Все понимают, что вряд ли мы когда-нибудь ещё раз соберёмся все вместе. Кто-то уедет служить в другой город, кто-то вообще может покинуть орден, ну а кто-то погибнет. Вот такая у нас опасная работа.
Поэтому я тоже не тороплюсь покидать бар, хотя в голову и лезут мысли о том, что у меня много дел и пора бы ими заняться. Ничего, завтра займусь. Один вечер отдыха можно себе позволить, тем более что повод есть, и он весомый.
Не каждый день вступаешь в орден, слава о котором гремит по всему миру. В других странах тоже есть организации, которые борются с разломами, но русские Стражи по праву считаются сильнейшими.
Голем уже полностью съеден, а коктейлей выпито столько, что и не сосчитать. Я тоже немало выпил, но периодически себя отрезвлял. Однако зов природы всё равно заставляет меня на время покинуть стол и поискать, где здесь уборная.
Когда возвращаюсь, то обращаю внимание на огороженный красной лентой столик, за которым сидит компания из нескольких молодых богато одетых дворян. Они смотрят на меня с вызовом. Спокойно смотрю в ответ, пока иду мимо, а потом слышу за спиной разговоры:
— Ещё один обрыган пошёл.
— Откуда их столько сегодня?
— Да студенты какие-то. Нищеброды. Видел, они торт с собой притащили?
— Ха-ха! Поди и бухло под столом своё прячут!
Ну, блин. Как теперь мимо пройти? Придётся ответить.
Резко разворачиваюсь и меняю направление. Подхожу к столику, тут же заставляя мажоров замолкнуть.
— Эй, отброс! Ты что, перепил? Ограждение видишь⁈ — негодует один из них. Я, не обращаю на него внимания, поскольку не являюсь отбросом, а значит, и обращаются не ко мне. Подхожу и бросаю на стол ненужную бумажку, которая завалялась в кармане, после чего собираюсь уйти, но один из них хватает меня за рукав.
— Ты что делаешь⁈ Забрал это, немедленно! — обращается ко мне схвативший.
— Руки мыл⁈ — спрашиваю я его и, не напрягаясь, высвобождаюсь из захвата.
— Чего⁈ — опешил тот, и его друзья тоже затихли, пытаясь понять, к чему я это спросил.
— Видишь, место для отходов, мусора и всякого хлама огородили? — показываю на ленточку, которой огорожено место, где они сидят и продолжаю:
— Вот я и выкинул мусор, а ты людей, грязными руками хватаешь. Я понимаю, что вам очень кушать хочется, но это не повод хватать чистых и благородных дворян. Видите, вон за тем столиком господа и дамы отдыхать изволят. Мы там очень вкусный торт недавно съели, но крошки еще остались, поэтому если вы хорошенько помоете руки и вежливо их попросите, они вам эти крошки со стола смахнут на тарелку. Только не вздумайте брать тарелку с вашего стола. Попросите у официантки чистую. Думаю, она смилостивиться над вами и даст одну. Чего вы так уставились? И вообще, не дышите в мою сторону, вы воняете. Как вас только пустили в приличное заведение? Еще и к людям обращаются, а этот вообще охренел, за рукав хватает! Блин, в химчистку теперь придется китель нести, — закончил я свою речь и, оставив компанию любителей унизить тех, кто не может им ответить, с открытыми ртами, сходил в туалет.
Вся гоп-компания ждала меня на выходе, когда я возвращался. Но что примечательно ограждения в виде ленты уже не было.
— Что уже съели крошки? Можете не благодарить, —
— Ты ответишь за свои слова мразь! — процедил сквозь зубы один из них.
— Подожди, Денис, — вдруг подаёт голос другой парень.
На вид он младше всех остальных и кажется каким-то слишком утончённым. Но, как только он начинает говорить, я сразу понимаю — это лидер группы. Просто до поры до времени он не показывал себя, позволяя выступать своему дружку.