Десять тысяч стилей. Книга девятая (СИ)

Два Сизых Касания столкнулись с пронзанием глефы. От столкновения ударные волны ушли в стороны, ломая лес.
«Почти рук не чувствую», – подумал Ливий, ощущая, как онемели его ладони.
Атаки оказались равны. Столп тоже не пострадал и сейчас стоял на месте и смотрел на Ливия.
– Кто ты такой? – спросил Волк.
– Бродяга Клинка.
Ответ стал для Ливия полной неожиданностью. Он знал про трех Бродяг Клинка – народных героев и мастеров без школ и кланов. Но Столп перед ним был кем-то другим.
– Ты не Лимихт, Аморэй или Фендор. И где твой клинок?
– Чем не клинок? – спросил Столп, постукивая пальцем по лезвию глефы. – Да, ты прав. Я – новый Бродяга Клинка. Моим учителем был Лимихт, и мне приходилось встречаться и с Аморэем, и с Фендором.
– Вот оно что, – кивнул Ливий.
– Можешь считать это своей победой, у меня почти не осталось яри, – сказал путник.
На этом бой мог закончиться. Но Ливий, вспомнив о том, как расшифровывал стили Бродяг Клинков в книге, решил повторить приемы Фендора. Этот Бродяга Клинка был известен за искусное владение двумя саблями, и Волк как раз стоял с двумя изогнутыми клинками в руках.
– Я передумал, – сказал Столп, видя движения Ливия. – Ты слышал о стиле Фендора и даже немного владеешь им. Но ты не мечник. И даже не пытаешься им стать. Не стоит этого делать.
– Да? Почему?
– Неуважение, – сказал Столп. – Я покажу тебе, что значит быть Бродягой Клинка. Если ты хочешь увидеть это, продолжай драться своими мечами.
«Возможно, это правда выглядело неуважительно», – подумал Ливий. Но ему хотелось увидеть, на что способен Столп перед ним. Путник сам сказал, что у него почти не осталось яри. Что тогда он мог показать?
Столп направил в сторону Ливия глефу. И лезвие оружия становилось опаснее с каждым мгновением. Это была Воля Меча.
«Он – Бродяга Клинка. Значит, в первую очередь – мечник. Опасно», – подумал Ливий. Но не стал переходить на рукопашный бой.
Кость ошэтэга – очень прочная. Поэтому Ливий мог влить в клинок много яри, не боясь, что оружие не выдержит. Так Волк и сделал. Его клинки переполнились энергией, которую Ливий сконцентрировал на лезвии.
Бродяга Клинка атаковал.
Два Сизых Касания наложились друг на друга, образуя крест. Столп будто просочился сквозь атаку и ударил глефой по диагонали, сверху вниз.
Удар Ливий встретил одним клинком, вторым применяя Шеуру – простой колющий удар Сизого Камня.
Лезвие глефы рассекло лезвия меча.
«Чего?!», – удивился Ливий. Может, у врага и была Воля Меча, но Волк влил в лезвие много яри, да еще и сконцентрировал ее на клинке. А прочность кости ошэтэга превосходила многие металлы.
Пришлось уйти Шагом Предков, не доведя атаку до конца. Удар глефой мог ранить Ливия, и Ливию этого очень не хотелось.
Противник не отставал. Перехватив меч двумя руками, Ливий нанес встречный удар – и остался еще без одного клинка.
В этот момент лезвие глефы Бродяги Клинка треснуло и сломалось. Оба противника застыли друг перед другом, оставшись без оружия.
– Можно считать ничьей? – улыбнулся Ливий.
– Пожалуй, – кивнул Бродяга Клинка. И вздохнул, посмотрев на свое оружие.
Ливий тоже остался без двух прекрасных клинков. Но он получил их почти случайно, одолев ошэтэга. Да и не был Ливий мечником.
А вот Бродяга Клинка своей глефой дорожил. И остался без нее, сразившись не пойми с кем.
– Дай сюда, – сказал Ливий, протягивая руку. Бродяга Клинка удивился, но все же дал в руки своего недавнего противника древко. Все равно оружие сломалось.
Собрав осколки металла, Ливий уселся на свой рюкзак и положил части оружия себя на колени. Волк был кузнецом. Поэтому мог чинить оружие даже без инструментов и горна – одной лишь силой Меркурия.
Не прошло и двух минут, как Ливий починил глефу.
– Держи, – сказал Волк, протягивая оружие Бродяге Клинка.
– Большое спасибо, – сказал Столп и низко поклонился. – А свои клинки можешь?
– С костью все куда сложнее, – ответил Ливий. – Могу срастить, но они уже не будут такими, как прежде. Раз ушло, значит, пусть так и будет. Сделаю себе пару неплохих кинжалов. Лучше скажи, почему ты Столп? Слишком силен для такого уровня.
 
Столп с тремя видами Воли, потрясающими силой и скоростью и невероятной техничностью. Неожиданный путник перевернул всю картину мира, которая выстраивалась в голове Ливия десятилетиями. Столп может убить Мастера. Но быть наравне с Мастером, да еще и не самым слабым – такому удивился бы любой.
– Силен? Ты не мечник, а дрался мечами. Копейщик? – спросил Бродяга Клинка, кивнув на копье, прикрепленное к рюкзаку.
– Рукопашник, – мотнул головой Ливий. – И ты действительно силен. Просто и я не самый типичный Мастер. У тебя три Воли, верно? Воля Тела, Воля Копья и Воля Меча. Идущий с тремя видами Воли, который не достиг уровня Мастера? Рассказал бы – не поверил бы никто.
Так оно и было. У многих Мастеров не было Воли. Заполучить ее – пожалуй, главная мечта для сильного идущего. А уж о том, чтобы получить сразу три вида Воли, многие не могли и мечтать.
– У меня редкая болезнь. Нарушение циркуляции яри. Поэтому мне тяжелее накапливать и использовать внутреннюю энергию.
Ливий слышал об этой болезни. Если бы у ученика крупной школы обнаружили нарушение циркуляции яри, ему бы посоветовали уйти из мира боевых искусств.
«Я ни разу не слышал об идущем с нарушением циркуляции яри, который добрался даже до Столпа», – удивленно подумал Ливий и спросил:
– Сколько же тебе лет?
– Пятьдесят семь.
Перед Ливием сидел настоящий гений. Если бы не болезнь, Бродяга Клинка перед ним давно бы достиг не то, что уровня Мастера, а уровня Великого Мастера. А может, даже стал бы Просветленным.
Чтобы достичь уровня Столпа с нарушением циркуляции яри, нужно иметь много упорства. Но одного его недостаточно.
– Как тебя зовут-то?
– Шодэс. А тебя?
– К сожалению, не могу сказать. Расскажешь еще немного о себе?
– Было бы что рассказывать. С моей болезнью меня не брали в ученики ни в одной школе. И тогда я случайно попался на глаза Лимихту. Я обучался у него двадцать лет. Потом ушел – и стал искать способы стать сильнее. Бросал вызовы идущим, медитировал, искал забытые методы. Набивался в ученики другим людям, которые порой могли дать мне пару хороших уроков.
– Вот оно что, – кивнул Ливий.
Человек перед ним был самим воплощением упорства. Ливию порой приходилось проходить через многие проблемы, но Шодэс перещеголял его. Будто злой рок преследовал не Ливия, последнего охиронца, а этого никому не известного Бродягу Клинка.
– Почему тогда не меч, как у Лимихта?
– Свой путь, – пожал плечами Шодэс.
Лечения для нарушения циркуляции яри не существовало. Любой другой на месте Шодэса давно бы сдался. Но четвертый Бродяга Клинка шаг за шагом шел по своему пути.
– Слушай, а ты, выходит, кузнец? – спросил Шодэс.
– Вроде того, хотя давно не ковал, – ответил Ливий, собирая обломки клинков в рюкзак. – А что?
– Скуешь мне оружие?
«Интересный вопрос», – подумал Ливий, глядя на Шодэса.
Волк был неплохим кузнецом, но все же и близко не уровня Германа. Глефа, которую починил Ливий, была неплохой. Сковать такую Волк смог бы, но если Шодэс хотел что-то новое, значит, ему требовалось оружие намного лучше, чем эта глефа. И тут Ливий ни в чем не был уверен.
– Не такой я хороший кузнец.
– Я – Бродяга Клинка. И я брожу уже много лет. Сейчас отлично вижу, что именно ты должен сковать мне оружие. Дело не в мастерстве, дело в связи между людьми. Иногда судьба сталкивает тебя с кем-то. Сегодня она столкнулся меня с тобой.
Несколько секунд Ливий смотрел на Бродягу Клинка, а потом все же кивнул:
– Ладно, допустим. Инструменты? Материалы? Кузня, в конце концов?
– Я бы не предложил сковать мне оружие просто так. Неподалеку есть одна кузня. Раз ты шел в ту сторону, то тебе будет по пути.