Маг 14

– Как съездили, Ваша Милость? – Ивидурим встречает меня в воротах вместе с Кримом, старающимся выглядеть как настоящий старший над дружиной.
Старик это понимает и с легким подтруниванием смотрит на молодого парня, раздувающегося от важности.
Потом обход всего укрепления со свитой, как положено настоящей Моей Милости по возвращению из длительного похода. Столяр отчитывается за щиты между зубцами, сделано уже на треть всех стен, прикрытие сверху только начинают мастерить из подручных материалов. Все более-менее нормально выглядит, от стрел степняков точно убережет, когда народ будет дружно кидать камни вниз.
– Ваша Милость, из лесу вышли выжившие жители сожженной деревни. Спрашивают вашего дозволения, где им жить теперь? – обращается ко мне мажордом.
Ну, это вопрос простой, жить как можно ближе к лесу, значит в селах с другой стороны замка. Новые дома ставить смысла точно нет, пока нашествие не закончится.
– Там же много теперь домов пустует? Кого убили, кого – угнали в степь? Пусть занимают свободное жилье по согласованию с местными жителями. Естественно – право занять пустующие хорошие дома – у местных первоочередное, однако держать из жадности два дома я не позволяю. Если хотите переехать в дом получше, отдавайте свои погорельцам.
– Там много пустует, Ваша Милость, всем хватит. Нашествие прошлось по нашим землям довольно жестоко. Однако, если бы мой прежний хозяин не полез на вылазку, вполне возможно, что остался бы еще жив, – грустно вздохнул мажордом.
Да, он был бы жив, а где тогда был бы я? Нет, все хорошо получилось и срослось, я как раз вовремя появился под стенами замка.
– Ты его вырастил, что ли, Ивидурим?
– На своих коленях, Ваша Милость.
– Не послушался он тебя в тот раз?
– Не послушался. Да и как это в замке отсиживаться, когда на твоих землях бывшие наемные работники хозяйничают? А они оказались очень непростые воины, эти работники.
Да, усидеть непросто, вот барон и не усидел, опустил забрало и понесся в бой не глядя. Только из-за его глупой атаки его земли пострадали еще сильнее, одно село сожгли полностью и остальные разграбили.
Нет, вовремя я появился, спас от уничтожения первое из сел сразу, а потом убрал и саму угрозу радикально.
Пусть и на какое-то пока время.
Дальше у нас праздничный обед по поводу счастливого возвращения хозяина и банные процедуры с ждущей меня потом в постели заводной Нутеллой.
Зовут девушку на самом деле по-другому, однако она мне напомнила кого-то из рекламы, вот и стала уже Нутеллой.
На следующий день объезд владений с несколькими воинами, посещение сел, небольшого молитвенного дома в одном из них, общение со священником и народом. Выживший в лесу священник пока ничего не говорит насчет того оружия, которым я побеждаю степные орды. И про меня и мой внешний вид не вспоминает плохим словом, так и сказать то нечего, я уже полностью под местного высокородного господина одет.
Зато я правильно читаю молитву и постоянно использую ритуал веры. Мне нет смысла вступать в какие-то контры с церковью, а ей нет смысла выступать и поднимать людей против единственного серьезного защитника этих земель.
Ну, это если служитель веры не совсем безумный фанатик. Это кажется, что совсем не такой.
Что будет потом – дождемся и посмотрим, пока же мое посещение местного храма добавило мне немного рейтинга в глазах селян. Все же не совсем я падший колдун, раз читаю молитву и свободно нахожусь в святых стенах.
Осмотр хозяйства, все как положено полновластному господину, длинным мечом и силой характера доказавшему всем свое право на эти неплохие земли.
– Выставляйте каждый день пару подростков с лошадьми на футонг, – и я говорю местную единицу длины, соответствующую нашем трем километрам. – Пусть сидят на высоких местах, высматривают степную конницу. Лошади теперь есть у всех, вот и у них должна иметься пара при себе, чтобы уйти от погони. Только, прежде чем прыгать в седло, они должны будут поджечь приготовленный костер из самого сухого дерева и закинуть в него побольше еловых веток, чтобы дым от него заметили сразу все. Тогда все селяне получат хорошую фору по времени, чтобы собраться и уйти в лес. И парни спасутся от погони ургов без проблем.
 
Да, никто из моих подданных очень теперь не хочет попасть в рабство к кочевникам, поэтому старосты сел принимаются за создание таких мобильных постов с большим энтузиазмом. Теперь, благодаря наличию отдохнувших коней, сидеть в дозоре и предупреждать выжившее население о новой опасности уже не такое смертельно опасное дело для самих дозорных.
А со старыми врагами новый хозяин справится, вон уже лошадей и доспехи со степняков девать некуда.
Наверно, что справится, главное, чтобы самим до этого времени выжить.
После поездки по владениям поинтересовался жизнью выселенных дворянок и узнал, что община этого села решила кормить их. Ну и правильно, я пропаду из этого мира рано или поздно, затем вернутся хозяева, те же братья или дальние родственники дворянок, снова восстановят права семьи на владения. Пусть уж лучше крестьяне заработают какие-то баллы за свое отношение к изгнанницам.
А мне нужно готовиться к поездке в главный город этих земель, пятитысячный Вурум. Где я могу узнать, как происходит война с армией Святой Земли, что думают местные дворяне и королевские чиновники о происходящем.
Ехать до него день-два пути и дорога проходит вдоль опушки леса, откуда можно не ждать нападения степняков.
Так и поступили, я с теми же тремя воинами выехал в путь, оставив почти всю свою маленькую армию на защите моего почти родового теперь поместья.
Мне, что десять воинов, что всего три – разницы нет никакой. Любой отряд в пол сотни ургов нивелирует эту разницу за минуту, поэтому рассчитываем только на мою могучую магию.
Перед поездкой мажордом напомнил мне, что как претендент на благородное звание, перемещаться я должен под своим знаменем, чтобы все сразу видели мой дворянский титул.
Была мысль выбрать черное знамя Батьки Махно с черепом и костями для устрашения врагов. Однако, как явному претенденту на звание колдуна – мне такое совсем не к лицу, это все равно, что признаться в своей черной сущности.
И работе на дьявола, есть в местной мифологии и такой персонаж в виде толстой прыщавой жабы.
Поэтому прежние знамена барона, то есть, одно из них, выкрасили белой краской, а местный парень из обслуги с задатками художника, выбранный по совету того же Ивидурима, нарисовал на нем во весь размер круглое желтое светило с короткими лучами во все стороны.
По типу того же японского, только гораздо более производящее впечатление святой белой силы.
Под ним же и выехали, проехали свои земли, два Палантира в дорожной суме на луке седла, один в рюкзаке на спине. Карабин в специально сшитом чехле из кожи с одной стороны, фузея в похожем колчане из-под стрел с другой, пистолет на поясе под красиво расшитой рубахой покойного барона.
Пришлось отправить все его вещи в тщательную стирку, не сказать, чтобы местный правитель оказался чистоплюем, настоящий пованивающий мужик своего времени. Зато теперь я не отличаюсь от среднестатистического местного дворянина, что мне и требуется. Мои земные вещи остались в покоях, куда вход так же охраняет один из воинов.
Свои земли проехали за час, быстро и беспроблемно, потом еще несколько часов катили свободно по землях соседей.
Кругом разорение и запустение, людей не видно, дворянских дружинников тоже, но и степняков нет.
– Похоже, Ваша Милость, все под нашим замком остались, – догадался о моих мыслях тот же Олис. – Которые в эти края пришли.
К обеду показался уцелевший замок, стоящий на берегу реки и по виду целый. При нашем приближении мост опустился, отряд конницы в десяток воинов под каким-то значком быстро вылетел нам навстречу.
– Дракой пахнет, Ваша Милость! – озадаченно предупредил меня он же. – Вот как лошадей нахлестывают! Торопятся перехватить нас, пока не удрали!