Что-то похожее на осень (ЛП)

Лёжа под ним, Виктор улыбнулся, потянувшись поиграть с его ухом.
– Я никогда не говорил, что не рад.
– Но ты никогда не говорил, что рад, – подразнил Джейс.
– Хорошо. Я рад, что ты здесь.
Джейс поцеловал его и усмехнулся.
– Я знал это!
– И всё равно тебе нужно было, чтобы я это сказал.
– Да.
Руки Виктора опустились на его бёдра и поднялись по бокам торса, задирая майку всё выше.
– Сними её.
Джейс оттолкнулся, чтобы сесть, твёрдая выпуклость члена Виктора оказалась под его ягодицами. Он снял майку и бросил на пол. Сидя на прикроватной тумбочке, маленький серый котёнок пристально смотрел на них огромными глазами.
– Э, на что смотрит Самсон? – спросил Джейс.
– Он, наверное, думает, что мы боремся за доминирование, – сказал Виктор. – Он ждёт узнать, кто выиграет.
– Ну, я сверху.
Виктор усмехнулся.
– Мы оба знаем, что развернётся всё не так.
Джейс кинул на него злой взгляд, насильно задирая майку Виктора и снимая её через голову. Затем Джейс растянулся на боку рядом с ним, чтобы провести пальцами от его груди к животу и обратно.
– Итак, если Самсон никогда раньше такого не видел, это значит, что ты мало чем занимался.
– Не дома, по крайней мере, – сказал Виктор. Сделав смиренное лицо, он добавил: – Или где-либо ещё. Не после твоего прошлого визита.
– Правда? – немного слишком обнадежено произнёс Джейс.
– Не воспринимай это как знак преданности, – сказал Виктор.
– Я и не думал.
– Думал.
Джейс пожал плечами.
– Ладно, может быть, эта мысль мелькнула у меня в уме.
Виктор посмотрел на него знающим взглядом и перекатился на него сверху. Удерживая себя на руках, он опустил бёдра, в уверенном ритме потираясь пахом о Джейса.
– Тебе по-прежнему нравится делать это медленно? – спросил он.
– Наверное.
– Наверное?
Джейс закусил губу, подумал о текущей крови, просто чтобы отвлечься от вопроса. И от переполняющих эмоций.
– Я не делаю этого ни с кем, кроме тебя.
– Хочешь сказать...
– Я сверху, – сказал Джейс.
Виктор усмехнулся, но затем его лицо стало серьёзным.
– Правда?
– Да.
– Мы не обязаны...
– Нет! – сказал Джейс. – Мне это нравится. Но только с тобой.
Виктор изучал его взглядом.
– Мне следует воспринимать это как знак преданности?
– Нет, но только потому, что я не хочу тебя спугнуть. – Джейс рассмеялся над мрачным взглядом Виктора. – Преданность или нет, когда это закончится? Нам будет по девяносто лет, и мы всё ещё будем играть в эту игру?
– Я надеюсь на это, – произнёс Виктор, но затем покачал головой и откатился в сторону. Приподнявшись на локте, он смотрел на Джейса. – Нет, в конце концов, ты встретишь кого-то достойного тебя и сбежишь.
– Он будет красивым?
– До головокружения.
– И он будет хотеть обязательств?
Виктор мгновение думал об этом.
– Он сделает предложение на первом свидании и будет ждать свадьбу на втором.
– А на третьем свидании?
– Одинаковые татуировки.
Джейс сел.
– А если я устану от этого великолепного, приставучего мужчины?
– Тогда ты вернёшься сюда и обнаружишь, что я сдержал обещание.
Любовь. Виктор по-прежнему испытывал её к нему спустя столько времени. И если они захотят, то смогут заниматься ею вместе до конца своих дней. На самом деле, Джейс был готов позаниматься этим прямо сейчас. Но сначала он осторожно поднял котёнка, выставил его за пределы комнаты и закрыл дверь.
  
Глава 19 
 
Рождественским утром Джейс принял душ у Виктора, а затем поехал в дом своих родителей. Прошли те дни, когда кто-то вставал в пять утра, чтобы праздновать. Когда Джейс приехал в девять, его сестра только выползала из кровати. Он проделал ритуалы, которые когда-то приводили его в восторг, но теперь нагоняли скуку. Не то чтобы подарки не были хорошими, или он был слишком взрослым для таких вещей, но в этом году у него было больше мыслей. Когда мать выразила негодование по поводу того, каким отрешённым он кажется, Джейс извинился и рассказал им о доме престарелых.
– Это многое объясняет, – сказала Мишель. – Грег упоминал, что в последнее время не видел Виктора.
– Не знаю, кого мне больше жаль, – сказала мать, прижимая ладонь к щеке. – То, через что проходит Виктор, ужасно, но забыть своих собственных детей...
Радостное настроение вернулось, когда Джейс рассказал их планы подарить миссис Хэмингуэй Рождество. Это побудило семью к действиям. Они нашли пару подарков, ароматические свечи и фотоальбом со снимками дикой природы, отец Джейса упаковывал их, пока Серена собирала еду, которую можно взять с собой. Как только машину наполнили вещами, Джейс отправился к Виктору.
Встретив его у двери, Виктор был каким-то печальным. Джейс попросил его помочь загрузить рождественские украшения, которые они отобрали прошлой ночью. Это его пробрало и сделало более оптимистичным. В доме престарелых Джейс с удивлением увидел, что дежурит снова Сандра.
– Вы никогда не ходите домой? – поддразнил он.
– Нет, – проворчала она. – Даже если бы у меня было свободное время, я, наверное, не знала бы, где находится дом.
Джейс положил ей рождественское печенье с глазурью за её труды. Затем наступил момент истины: нужно было отнести коробки в палату миссис Хэмингуэй. Он переживал, что она может расстроиться или прийти в замешательство и прогнать их. Поначалу она казалась неуверенной, явно не узнавая никого из них, но когда из коробки появилось первое украшение, это её зацепило. Джейс представлял, что она будет сидеть в кресле и наблюдать за их работой, но она хотела помочь. Часть её, которая любила праздники, осталась нетронутой.
Соседка миссис Хэмингуэй, пожилая темнокожая женщина, причмокивала губами, прикрывающими её беззубые дёсны и, казалось, тоже наслаждалась этим. Джейс и ей дал печенья, а она угостила их очень шепелявыми версиями нескольких рождественских песен.
Они оставались до самой последней минуты приёмных часов, и пока приближался вечер, Джейс чувствовал, что Виктор всё более отчаянно хочет прорыва, о котором мечтал. Джейс тоже надеялся на это – что-нибудь маленькое, даже если миссис Хэмингуэй просто правильно назовёт имя Виктора. В конце концов, их рождественское чудо не произошло. После ужина они оставили его улыбающуюся мать в дверях палаты.
– Вы такие замечательные люди, – сказала она. – Действительно замечательные!
Виктор колебался. Джейс представлял, что он, наверное, надеется на объятие. Мать Виктора пожала ему руку и похлопала каждого из них по плечу, когда прощалась. Придётся мириться с этим.
– Мне жаль, – сказал Джейс, когда они вышли на морозный вечерний воздух.
– Неа, – с неискренней улыбкой произнёс Виктор. – Ты показал мне, что она всё равно может быть счастлива. Это всё, что имеет значение. Я хочу, чтобы ей было хорошо.
Джейс знал, что имеет значение намного больше, но почувствовал облегчение, когда пальцы Виктора переплелись с его собственными, прежде чем парень притянул его ближе.
– И она права, – сказал Виктор. – Ты действительно замечательный.
– Как и ты, – сказал Джейс, даря Виктору объятие, которое больше не могла подарить его мать. – Весёлого Рождества.
* * * 
Оставаться не вариант. Пока шли праздники, Виктор убедился, что Джейс это понимал, хотя ему не пришлось сильно давить. Джейс знал, как всё будет. Но он обещал вернуться через пару недель.
Жизнь в Техасе вернулась в норму: ответы на звонки, печатание писем и выполнение дневных поручений. Свободное время он тратил на вырезание купонов и поиск бесплатных развлечений, например, пешее исследование города или поход в библиотеку в поисках чего-нибудь новенького для чтения. Он хотел потратить каждый лишний пенни на свою следующую поездку в Миссури.