Живой доспех (СИ)

Я аккуратно приобнял Элизу. Она сидела всё в том же покрывале. Но хотя бы после тех «плясок на яйцах» она стала приходить в себя. Даже не подозревал в ней такой ярости.
Три доспеха следовали прямо за каретой. С их длинным и быстрым шагом это не было большой проблемой. Под мерный металлический звук с улицы лорд Дреймос продолжил свой рассказ:
— Но я всё равно захотел вас поприветствовать. Уточнив на входе, я узнал, что вы сняли приватную комнату, — во взгляде лысого мужчины мелькнуло некое понимание. — Но когда поднялся на верхний этаж, услышал сдавленную ругань и захлопнувшуюся дверь. Приватные комнаты, как правило, звуконепроницаемые. Но даже сквозь закрытую дверь доносились звуки, которые обычно не должны доноситься из таких комнат. Честь требовала, чтобы я вмешался. Собственно, это я и сделал.
— Спасибо, лорд Дреймос, — сказал я от души. — Если бы не вы…
Лысый лорд поднял руку, останавливая меня.
— Хватит уже благодарностей, — хмыкнул он. — Я не мог поступить иначе.
— Почему вы такой? — неожиданно вмешалась Элиза. — Хороший, я имею в виду. Все аристократы, что я видела до сих пор, были самыми худшими людьми в моей жизни.
— Девиз моего Рода — «Честь превыше всего», — пояснил лорд Дреймос. — Я лишь стараюсь ему следовать.
— У вас это отлично получается, — хмыкнула Элиза и обратилась ко мне. — А у Рода Сатирус какой девиз?
Честно говоря, я даже не знал. Но мне вспомнился девиз Квенлана, о котором мне рассказал Лео.
— «Побеждать — это кайф», — сказал я с улыбкой. — Но это девиз Квенлана, а не всего Рода.
— Не самый плохой девиз, чтобы ему следовать, — заметил лорд Дреймос.
— Это точно.
Карета вдруг резко остановилась. Нас с Элизой бросило на лысого лорда.
— Квики, что там такое? — спросил он хоть и недовольным, но спокойным голосом.
— Беспорядки, милорд, — раздался испуганный голос кучера с улицы.
Вместе с ним долетели далёкие крики и грохот.
Мы выскочили из кареты в ночной и прохладный воздух Эсты. Несмотря на поздний час, в богатом районе города во многих домах горел свет, а люди и кареты сновали туда-сюда. Вместе с очередным грохотом и взрывом криков мы увидели облако пыли, поднявшееся за поворотом. Я уже видел подобное в Грантоне.
— Полезай в Кристаллика, — обратился я к Элизе. — При любой опасности становись невидимой и не лезь на рожон, ты меня поняла?
— Вообще-то, я тоже рыцарь! — возмутилась она.
Я нежно положил руку ей на щеку.
— Знаю, но не хочу, чтобы ты пострадала, — сказал я. — Будь осторожна, применяй усыпление, только когда будешь уверена, что всё получится, хорошо?
Элиза накрыла мою руку своей.
— Хорошо.
К тому моменту, как мы облачились в доспехи, лорд Дреймос уже устремился вперёд. Он передвигался теми же стремительными зигзагообразными движениями, что и во время дуэли со мной. За ним прямо в брусчатке оставалась широкая колея.
Серп-1 встретил меня встревоженной серией синих вспышек.
— Всё хорошо, дружище, — успокоил я его. — Теперь-то уж точно.
Внутри Живого доспеха я был, наконец, в своей стихии. Ушли усталость и боль. Уверенность в себе лишь окрепла.
— Не отставай, — сказал я Элизе, зажигая мечи. — Выжидай нужного момента. Если там правда рыцарь, то я постараюсь его максимально обездвижить, чтобы ты могла коснуться.
— Поняла, — откликнулась она металлическим голосом.
— Ещё один момент, пока ты не стала невидимой, — вокруг моих рук загорелись белые ореолы света. Сначала я хотел просто коснуться её доспеха, но затем подошёл и обнял её. Почувствовал, как Серп-1 скопировал силу Кристаллика. А также как Элиза в ответ обняла меня. — Ну всё, пойдём.
Шум за углом к этому моменту уже стих. Неужели лорд «Один удар» и здесь быстро справился?
Завернув за угол, я увидел его. Золотой рыцарь застыл прямо посреди улицы. Метрах в двадцати от него на обломках богатого дома стояли два серых рыцаря. Один из них, судя по внушительным размерам, был Танком. И только разглядев их как следует, я понял почему замер лорд «Один удар».
Среди обломков на улице было множество людей в серых робах. Абсолютно каждый из них держал нож у горла кого-то из горожан.
 
— Сдавайтесь, либо они все умрут, — проскрежетал Танк.
Я медленно подошёл к лорду Дреймосу.
— Какого хрена здесь происходит? — спросил я тихо.
Низкий рыцарь ответил словно бы искристым голосом.
— Люди в робах похожи на узников темниц, — кивнул он в сторону оборванцев с ножами. — Эти же двое из Королевской стражи. Ума не приложу, почему они с ними заодно.
Теперь уже мелкий из серых рыцарей обратился к нам:
— Рыцарь Хаоса, великий Безумный Барос велел передать свою волю всем рыцарям Эстовии: если снимете Живые доспехи, то сможете выжить.
Рыцарь Хаоса… Безумный Барос… Это ещё что за хрен такой?
Рядом выругался обычно спокойный лорд Дреймос.
— Если же нет, — продолжал серый рыцарь. — Мы вас оттуда выковыряем. Выбор за вами. — его руки озарились ярким призрачным светом. — Лично я — за второй вариант!
Твою тень, если бы не гражданские, мы бы с лордом Дреймосом уделали этих двоих без особых проблем. Судя по всему, затихший золотой рыцарь думал о том же. Плевать, что здесь происходит. Как нам спасти всех этих людей?
Один из дальних узников вдруг упал. Сквозь приближающие линзы Серп-1 я увидел приличную вмятину у него на черепе. Воздух над ним слегка исказился, словно там прошёл кто-то почти невидимый.
Всё же у нас был шанс.
  
Интерлюдия Безумного Бароса, часть 5
 
Час назад
Барос вытянул руку. Жидкий металл доспеха пришёл в движение, вытягиваясь и удлиняясь. Тонкие отростки вошли в замочные скважины, заполняя их и принимая нужную форму. Как ни странно, это было намного быстрее, чем просто выламывать двери.
Щелчки поворачиваемых замков прозвучали в один момент. Двери распахнулись и оттуда неуверенно высунулись немногочисленные головы узников.
— Меня зовут Безумный Барос, — хоть и приглушённый, его голос разлетелся по всей темнице. — Я здесь, чтобы освободить вас, но есть один нюанс.
Из камер потихоньку начали выходить люди. У каждого в глазах читался животный блеск безумия. Здесь сидели самые опасные люди Эсты и её округи, приговорённые к смерти. Этим терять уже нечего. Но даже они напряглись после упоминания «нюанса».
Шлем Бароса расплылся в стороны, показывая его истинное лицо. В свете немногочисленных факелов его косматая голова и бородатое лицо выглядели устрашающе.
— Я дарую вам Живые доспехи. Нюанс состоит в том, что вам нужно убить с их помощью как можно больше людей.
«И заодно отвлечь Королевскую стражу и других рыцарей от меня».
— Вы со мной?
Безумцы, убийцы и насильники долго не думали. Они тут же поддержали предложение Бароса воинственными криками.
Доспех мигнул белым предупреждающим светом. Но Барос уже и сам услышал тяжёлую поступь шагов на лестнице. Из спины доспеха вырвался отросток. Стражник наверняка даже не понял, что его убило. Ведь он был один на тёмной лестнице.
«Как странно, — думал Барос, ведя за собой ораву безумцев. — Я в своё время потратил не меньше года, чтобы достичь такого же взаимопонимания со своим “Магнитом”. Но стоило облачиться в “Жидкого”, и вот я могу без проблем его понимать и пользоваться всеми его возможностями. И даже больше».
Баросу во времена войны доводилось слышать теорию о ментальной нестабильности. Якобы Живые доспехи мыслят не так, как люди. И лишь тот, кто сможет сломать своё стандартное мышление, приблизится к истинному единению с доспехом. Причём с любым.
Лекарь, прошедший с Баросом всю войну, предполагал, что речь идёт о различных формах безумия. Например, психопатия. Живому доспеху невдомёк, что такое социальные нормы и эмпатия. И лишь человек, отказавшийся от них, якобы сможет максимально слиться со своим доспехом.
Баросу нестерпимо хотелось проверить эту теорию. А значит, ему нужны ещё доспехи.