Попаданка в некромантку

– Что нам делать? – шепнула, оглядываясь на Грегори.
– Ы-ы-ы.
– Ничего не понимаю! Что “ы-ы-ы”?
– Ы-ы-ы!
От страха леденели пальцы, но боялась я сейчас не Грегори, а того, кого мы ловим. Если вспомнить, что я – некромант, то это мог быть кто угодно!
С другой стороны здания послышался крик Донни, глухой удар чего-то тяжелого о стену, и короткий, но емкий, комментарий Сеймона о произошедшем.
– Варэли!
– Иду!
Я поковыляла в сторону коллег, каблуки проваливались в рыхлую землю и Грегори решил, что я передразниваю его походку. Скелет постучал кончиками костяных пальцев по моему плечу, но я только отмахнулась. Сердце ухало как сумасшедшее, самой бы в обморок не хлопнуться.
– О-о-о, Пресвятое…
– Варэли! – оборвал меня Сеймон, силой удерживая полуразложившийся труп. Или не труп вовсе? Если он мертвый, то какого демона дергается?
– Давай быстро, он его долго не удержит! – Донни толкнул меня к мертвецу. – Ладони на грудь… Да не на свою! Сосредоточься на тепле, что почувствуешь, и мысленно приказывай энергии покинуть тело. Так… Молодец…
Я зажмурилась. Пальцы увязали в сгнившей плоти, ладони жгло, а к горлу так не вовремя подступала тошнота. Так, энергия… чувствую…
В какое-то мгновение я вдруг поняла, что нужно делать. Мышечная память в действии, за что спасибо настоящей Варэли. Она, видимо, была ну очень опытной, потому что за несколько секунд я вытянула неупокоенную душу из груди мертвяка, и пустое тело свалилось на землю.
– Что теперь? – нервно крикнула, глядя на сияющий голубой шарик, висевший в воздухе между ладоней.
– В землю ее.
Я опустилась на колени, стараясь не думать о том, что платью пришел конец, и словно вдавливая шар в почву, отпустила его. Энергия впиталась мгновенно, расползшись во все стороны сияющими змейками. В тот же миг на меня накатила усталость.
Подняла взгляд на мужчин. Коллеги нарушили наступившую тишину аплодисментами, и мое сознание уплыло в темноту.
Пришла в себя уже дома, в постели. Стоило открыть глаза, как сразу же увидела склонившийся надо мной лысый черный череп.
– Ли!
– Воды, – прохрипела, без страха отпихнув лицо Грегори. Донни тут же протянул мне бокал, я выпила, и только после этого осмотрелась. У кровати справа сидел Тревор, Сеймон и Донни. С другой стороны – Грегори.
– Ну-с, все с ней в порядке. Потеряла сознание лишь потому что впервые использовала такую сильную магию, – лекарь поставил на тумбочку пузырек с зеленой жидкостью. – Выпей это перед сном, и с утра – поможет восстановить силы.
– Спасибо, – попыталась улыбнуться старичку, но вышло жалко. Одуванчик, откланявшись, покинул спальню.
– Поздравляю с посвящением в некроманты, – усмехнулся Сеймон.
– Ты молодец, все правильно сделала, – Донни похлопал меня по плечу.
– Что это было? Вы же говорили, что у нас выходной…
– Вроде того. Но некроманты обычно не отдыхают, потому что кроме нас никто не справится с мертвецами. Тот тип, которого сегодня поймали, помер уже несколько месяцев назад. А душу, что ты забрала у него, Сеймон отправил в Иной мир совсем недавно. Не долетела, нашла пристанище в теле этого несчастного, вот и поднялся. Не долетевшая до Иного мира душа считается неупокоенной, специалист по которым именно ты. И еще Майя, но она в лечебнице. Жители города привычны к подобным инцидентам, но все равно пугаются…
– Мне нужна подробная схема: что значит душа не долетела?
– Рассказывать долго, но в доме есть библиотека, можешь наведаться в нее как-нибудь. Там полно материала, оставшегося со времен обучения.
– Вот это вот все – моя работа, так?
– Именно.
– Уволиться можно?
Мужчины прыснули со смеху, переглянувшись.
– Нет, – абсолютно серьезно ответил Сеймон.
– Ты рождена с даром некроманта. Магию можно потерять, но тогда ты умрешь насовсем, а не как Варэли. В случае с Майей – она под наблюдением лекаря, но тоже висит на волоске от смерти и мы за нее очень переживаем.
– У меня есть родители, братья, сестры?
– У некромантов не бывает семьи, – Донни поджал губы, отводя взгляд. – Мы не знаем наших родителей. После рождения нас сразу отправляют в интернат, под присмотр Высших некромантов, по достижению восемнадцати лет – в академию. Уже там мы проходим обучение непосредственно касающееся нашего дара, а через пять лет поступаем на службу в армию королевства.
 
– Мы – солдаты? – не поняла я.
– Если начнется война, то да. Нас отправят поднимать мертвецов, потому что армия не должна терять людей, и в то же время упокаивать мертвых со стороны врагов.
– И как часто бывает подобное в этом мире?
– История знает лишь единичный случай, и тот произошел несколько сотен лет назад. Сейчас же войны идут лишь с потусторонней стороной, например, как в случае с Нашествием банши. Бывает, что кто-то из Иного мира решает завладеть человеческими землями, но такое тоже происходит редко.
– Весело то как, – скривилась я, допивая воду. Бокал звякнул, коснувшись деревянной поверхности тумбочки, и я откинулась на подушки. Серый рассвет за окном заволок туманной дымкой забор, а на стеклах появились капли росы. Еще несколько минут, и облака окрасятся в розовый, наступит день.
Вот только мне больше не придется видеть солнце так часто, как раньше. Что ж, наверное, меня это вовсе не расстраивает…
– Поспи, и не забудь выпить лекарство, – Сеймон протянул мне пузырек, что оставил Тревор.
Донни увел вяло сопротивляющегося Грегори из спальни, Сеймон покинул комнату вслед за ними.
Зная теперь, что раньше шести часов вечера в доме кладбищенская тишина, я никуда не торопилась. Проснулась в половине пятого, повалялась в постели, сделала зарядку и только потом отправилась на поиски ванной комнаты. Обнаружилась она на первом этаже, и оказалась заперта. Неужели кто-то встал раньше меня? Я посмотрела на табличку, на которой была нарисована ванна, и подергала дверь еще раз. Она, скрипнув, отворилась. Оказалось, что пол в этой части дома немного неровный, и из-за этого дверь нужно немного приподнимать.
Стоило войти внутрь, как тут же пожалела об этом.
В просторном помещении, по центру находилась медная купальня, рядом с которой стоял намыленный Грегори. Скелет пытался танцевать, судя по рваным, хаотичным движениям, при этом тщательно намыливал лысый череп куском земляничного мыла.
– Ы-ы-ы… Ф-ф-ф… – хрипел он тихо, словно напевая, потом замер на секунду в позе звезды и подпрыгнув, оттопырил костлявый зад.
Я вылетела из ванной словно пробка. Сгибаясь пополам, зажимала рот рукой, но не смеяться в голос было невозможно. Донни нашел меня лежащей на полу и хрюкающей от смеха, но мне было все равно. Я только замотала головой, когда мужчина взялся за ручку двери, но перед внутренним взором возникла намыленная пятая точка Грегори, и на меня снова напала истерика.
– Тревор что ли перепутал лекарства, – пробормотал себе под нос Донни, опускаясь передо мной на корточки. – Варэли, как ты? Эй, слышишь меня?
– Ванная… занята… – отдышавшись, проговорила я. – Прости, но это… Я не знала, что Грегори моется! От него всегда так жутко пахнет.
– Не мылся он никогда, он свой балахон вообще не снимает.
Донни дернулся к двери, но та распахнулась и в коридор вышел Грегори, уже одетый. Скелет вздрогнул, перевел взгляд с мужчины на меня, и поспешил скрыться из виду.
– Кто первый? – из-за угла появился заспанный Сеймон.
– Я! – мне пришлось резко вскочить, потому что Донни уже рванул в ванную. Выпихнула мужчину плечом, и заперлась.
За завтраком, или точнее, ужином, который приготовили все вместе, я уже смотрела на Грегори совсем другими глазами. На хохот больше не пробивало, а страха не было и подавно. Невозможно бояться его после того, что я видела.
– Тревор, распоряжение на сегодня пришло? – спросил Сеймон, когда лекарь появился в столовой.
Старик кивнул, протягивая мужчине конверт из коричневого картона. Вид у врачевателя был при этом такой, словно кто-то умер. Сеймон нахмурился, вскрывая сургучную печать, пробежался тревожным взглядом по белому листку, и взглянул на меня.