Архимаг с пеленок. Том 2 (СИ)
На фоне врачи бухтели, что нам вообще-то пора бы отсюда убираться, и что нечего тут тишину нарушать!
На фоне другие врачи на кого-то орали, нарушая тишину троекратно от нашего!
Гормоны в теле и мысли в башке бушевали, летая как бешенные — ядрённый коктейль из радости, восторга, усталости и лёгкой тревоги.
Ведь Заклинание сообщило мне, что печать с демоном из маминой груди никуда не делось.
Ужасно вымотанный, я воспринял выписку как избавление… наивная душа!
О, это было лишь начало мучений. Ведь потом мы поехали подбирать мне новый костюм!!!
Ненавижу подбирать себе костюмы!!!
— Мама ацтань! — как заведённый повторял я… но всё без толку — моё тщедушное тельце запихивали в новые и новые наряды.
А отец — защитник, тоже мне! — сидел и тупо лыбился, умиляясь, «как мамка твоя счастлива» и призывая потерпеть ради общего блага.
Ну я и терпел — а что оставалось делать? Тот гномий император, наверое, сдох от икоты — так часто я его припоминал!
— Вот! Идеально, не находите⁈ — счастливо воскликнула мама, засунув меня в очередной…
Хм. А что, неплохо!
Из зеркала на меня смотрел порядком похудевший, но всё ещё внушительный карапуз, с густой чёрной чёлкой и голубыми злыми (О да, я был зол!) глазами. Одетый в красные спортивные штаны с парой белых полос, и такую же ярко-красную спортивную кофту, с высоким воротом и большими карманами.
Да, определённо ничего так! И яркий красный прикольно контрастирует с синими глазами.
Берём.
— Беём! — уверенно заявил я, и прямо так, как был, затопал к кассам… Да где тут кассы⁈
Ну, тут уж мама не сумела устоять и продолжить свою примерочную экзекуцию. Сдалась — и вот, домой я поехал в новеньком прикиде.
Старый-то всё равно конфисковали проклятые псы режима!
Да и вырос я из того пуховичка.
А теперь вот я стою в прихожей нашего дома. Над головой раздаются пронзительные потусторонние вопли, ещё именуемые звуками радостной встречи подружек…
А на меня пялится Саня. Пялится совсем не так, как полгода назад — вполне осознанно, изучающе.
Только меня Саня явно не узнаёт.
— А ти кто? — спросил парень, задумчиво тыкая себе в щёку пальцем.
И я понял — знакомиться придётся заново. Похоже, Саня понемногу вошёл в возраст осознания себя. Надеюсь, хоть мои уроки он хорошо усвоил!
* * *ПЫ СЫ от авторов: всё как в первом томе! Каждые 500 сердечек доп глава!
Глава 4
Вернуться к жизни
— Ну… э-э… как вы тут? — неуверенно выдал отец.
Радость первой встречи закончилась. Мама с Эммой наобнимались и вновь начали соображать.
Так что Эмма быстро сообразила вечернее чаепитие, и все расселись в гостинной.
И тут же воцарилась атмосфера неловкого молчания.
— Да так… потихоньку. — помешивала сахар в чае Эмма, смущённо оглядывая остальных.
Нас с Сашкой тоже усадили — ещё бы, нам уже аж по два года, солидный возраст! Мы сидели друг напротив друга на взявшихся откуда-то в доме детских стульчиках.
М-да. Беседа явно не клеится. Но вроде бы причин для этого особых нет.
Хотя как. Довольно трудно, наверное, просто взять, щёлкнуть пальцами, и выщелкнуть из жизни шесть месяцев.
Для одних — шесть месяцев за решёткой. Для других — шесть месяцев жизни вдвоём с сыном. Для этого самого сына вообще прошла целая вечность! Уж кто-кто, а Саня нас практически позабыл!
И только у меня эти полгода действительно просто пропали. Я мог рассказать разве что-то, что батин дальний предок — ворчливый козёл.
Хотя ладно. Ничего плохого он мне не сделал. Просто ворчливый тип. Немудрено, с петлёй-то на шее. В такой ситуации наверняка хочется побольше поболтать.
— Я… — решил наконец сделать что-нибудь Адам. — Понимаю некоторую… неловкость, которая может… э-э. Как там, в московских тюрьмах, неплохо кормят, говорят?
П-ф-ф! Мама чуть не поперхнулась чаем, который как раз решила отхлебнуть.
Адам, ё-маё, тебя же вроде обучали деликатности там, хорошим манерам.
Обучали же?
Ладно. Честно говоря, я понятия не имею, как Адам получил свой бизнес. Может он просто перебил всех конкурентов, а в Россию сбежал от правосудия?
Какие уж тогда манеры!
Но разговор это всё-таки запустило:
— Не так уж плохо, на самом деле! — хмыкнул батя. — За полгода поднадоело, конечно, но вообще — без червей и ладно!
Теперь уже поперхнулась Эмма. Она решила взять одну из мармеладок-червячков, выложенных явно для нас с Саней.
Я мелко захихикал. Эмма осуждающе взглянула на меня… И в этот момент также захихикал Саня.
— Саша! Нельзя смеяться когда кому-то плохо или некомфортно! — вернула она червячка в вазочку. — А вы Дима… Я отвыкла от ваших шуточек!
Но всё-таки теперь все за столом хоть немного улыбались. Особенно мама с папой. Я решил продолжить отвлекать взрослых от воцарившейся неловкости:
— Сяся. — вылез я из-за столика. — Подём коську смайеть!
О-о, уж тут этого малолетнего животновода долго упрашивать не пришлось! С радостным криком «Падём» он тоже сполз со стула и потопал… куда-то.
В горшке кота не оказалось.
— Коська… — позвал Саша. — Хосьтик, ти де???
Хвостик, конечно же, не отозвался.
— Да он опять на подоконнике, наверное, спит! — указал Адам на приоткрытую дверь.
Дверь в комнату, полгода назад бывшую нашей с родителями.
— Пидём поиссем! — повелительно махнул я рукой. Вперёд, мой верный друг! Я так давно не видел нашего грозного зверя!
В нашей спальне всё оказалось точно также, как было тогда. В тот злополучный вечер, в который мы отправились праздновать Новый Год.
Даже флакон маминых духов стоит на том же месте, кажется. И чисто — Эмма явно не забросила следить тут за порядком.
А Хвостика мы нашли на подоконнике. Тут Адам явно уже узнал привычки котика. Он спал, свернувшись в том самом «гнезде» из одеял, в котором так полюбил сидеть я, пялясь на улицу внизу.
— Пьивет, коська. — вздохнул я, усаживаясь рядом и гладя шелковистую шерсть.
За полгода Хвостик заметно подрос — взяли-то мы его ещё котёнком. А теперь на меня таращит сонные голубоватые глаза всё ещё мелкий, но уже грациозный серо-полосатый кот.
Внимание! Контакт с зарождающимся фамильяром! Будьте аккуратны!
Я аж руку отдёрнул от неожиданности!
— М-р-ряу? — облизнулся кот, вальяжно забираясь к Саше на колени. Так мы и сидели молча вдвоём, глядя на опускающийся за окном летний вечер.
Во дела. Фамильяр!
Когда мы его подобрали, я часто его гладил — и Хвостик точно был тогда обычным котом! Ни грамма магии!
А теперь… я мягко провёл ладонью по кошачьему боку, стараясь ощутить ману. Каналы в руках уже развиваются, так что труда это не составило.
И мана откликнулась. Это похоже на статическое электричество, только астральное — шерстка чуть вздыбилась, а ладонь ощутила лёгкое напряжение.
— Ни абизяй Хосьтика! — наставительно поднял палец вверх Саня, тоже наглаживая мурчащего кота. — Тя как зовут?
— Костя. — на автомате ответил я.
Погодите-ка… Что я сейчас сказал⁈
— Костя! — громче повторил я. — Костя!
Наконец-то! Наконец-то никакого больше «Коти»! Наконец грёбаная вероломная буква «с» в имени подчинилась мне, признав моё могущество!!!
— Дя понел я… — странно посмотрел на меня Саша. — Пьивет, Косьтя. А я Сас… ш-ш. Саш-ша!
— Сяська коёче! — отмахнулся я.
Нечего шипеть, чай не змея! Как научится выговаривать нормально, будет Сашей, а пока так. Сяська.
— И ти тё тут, в госьти пьисёл? — требовательно спросил Саша. Чего он на меня так пялится? Хвостика, вон, бедного к себе прижал.
— Мяу! — фыркнул недовольный кот.
— Сёсем дуяк есё… — вздохнул я, крутя пальцем у виска. — Я туть живу! Ето моя комната!
Я встал посреди широкого подоконника и властно осмотрел свои владения. Негусто.
Но ничего — теперь, когда я вполне способен передвигаться, и даже могу нормально представляться — а это очень важно в дипломатии! — я могу официально заявить: вот мои владения!