Больше, чем игра (СИ)

- Ты шутишь? За такие шутки и в зубы получить можно.
- Миш, все серьезно, - Джаред вздохнул, - Мне кажется, это моя вина.
Коллинз почти с ужасом посмотрел на друга. Куча вопросов крутилось на языке, масса вариантов уйти от темы, но…
- Почему ты так решил? – Миша полез за новой сигаретой.
- Дженс рассказал мне. О том, что между вами произошло. Когда и почему. И…
- Если ты пришел за новой порцией грязных подробностей, я вынужден буду послать тебя в пеший эротический поход до ближайшего слэш-фика о нас.
  
- Даже думать не хочу! – яростно отмахнулся Джаред, - Я не за этим… Вот именно, мне не понравилась эта ваша… тема, и я посоветовал Дженсу прекратить.
- Что прекратить? – Миша смотрел на него с насмешкой, словно наслаждаясь смущением и неловкостью друга.
- Отношения, - Джаред стоял весь красный, но остановиться не мог, - Это было неправильно. Не только с точки зрения противоестественности подобной связи, но и просто потому, что у него жена и скоро будет ребенок! Я думал, так будет правильно. Думал, что это хороший совет. Но Дженсен, последовав ему, сделал себе только хуже. Он очень страдает…
- Если тебе будет легче, то это не твоя вина, - Миша, казалось, вернул себе невозмутимость, только руки у него дрожали. Но это могло быть и от холода.
- Но я ведь…
- Я с ним порвал, а не он со мной! - Миша резко повернулся к нему, и Джаред увидел, что глаза Коллинза слезятся. Но это могло быть из-за ветра.
- Он бил тебя, когда я вас нашел, - совсем растерялся Джаред. – Из-за этого?
- Я сказал, что не люблю его. И что использовал его.
Падалеки какое-то время молчал.
- Это правда? – наконец, спросил он.
Миша вновь посмотрел на него. И на этот раз в его взгляде было столько тоски, боли и отчаянья, что ответ был бы излишен.
- Но зачем? Ты разбил ему сердце…
- Лучше сердце, чем семью. Ты прав, у него беременная жена. И карьера. А я что? Разведен, за спиной сериалы, и впереди – реклама средства от простатита. Если повезет, автомобилей среднего класса.
- Ты несешь сейчас полный бред, - фыркнул Джаред, - И хватит уже думать о себе!
Миша с искренним изумлением уставился на него.
- Я же сказал, я это ради семьи Дже…
- Стоп! – Джаред прервал его, - Как удачно прятаться за благие намерения! Если бы действительно переживал за Дженсена, а не за себя, ты бы заметил, как он страдает по тебе. Даже после всего, что ты ему наговорил, он не смог разлюбить тебя, идиота! Семья? Они вместе всего ничего, и лучше, если он уйдет сейчас. Дэннил одна не останется, уж поверь. Но жить во лжи… Ведь он не любит ее, твоя в этом вина или нет, но это свершившийся факт. Жаль, конечно, их будущую малышку. Но опять же, ребенок должен расти в любящей семье, в атмосфере доверия и искренности, а этого Дженсен уже не сможет ей дать. Что ты еще говорил? Карьера? Еще не известно, как на это отреагирует публика. Все можно повернуть и так, что гонорары на него посыплются как из рога изобилия!
- Но я…
- Я не закончил! – Джаред разошелся не на шутку, - Просто ты сам боишься. Боишься перемен. Я понимаю, развод – дело тяжелое, и таких перемен никому не пожелаешь, но это не значит, что нужно хоронить себя и тех, кто к тебе не равнодушен.
- Ты уговариваешь меня…
- Ничего я не уговариваю! Хватит, еще не хватало и за это ответственность нести! Я шел за тобой, чтобы сказать: Дженс страдает, и это не моя вина. Это твоя вина. Он мой друг, и я не хочу, чтобы ему было плохо! Так что быстро пошел и извинился!
- Не бери на себя слишком много, Джа, - осадил его Коллинз, - Это наше дело, и мы сами разберемся. Но спасибо за участие.
Последнее было сказано с интонацией провожания. Мише явно надоел этот разговор. Джаред потоптался пару секунд на месте, а потом развернулся и злобно зашагал обратно, ругая себя за то, что связался с такими идиотами.
- Эй, Джа! – внезапно окликнул его Миша.
Падалеки обернулся.
- Кто-нибудь еще знает… о нас?
Коллинз выглядел обеспокоенным. Ветер трепал полы плаща, выглядывающие из-под куртки, и темные, как крыло Импалы, волосы экранного «ангела». Джаред выдержал драматическую паузу перед ответом.
- Нет.
Миша серьезно кивнул и отвернулся. Не стал просить сохранить все в тайне – он был слишком горд, тем более что и так это было само собой разумеющимся.
  *
И снова потянулись дни съемок. Миша не последовал совету Джареда, и в их с Дженсеном отношениях все осталось по-прежнему. Последний все так же страдал от безответной любви, сжиравшей его изнутри. Падалеки вновь занял место стороннего наблюдателя, только вот чувство вины никуда не делось. Теперь на него давил новый «секрет» - о том, что Миша все еще любит Дженса, и что друг страдает напрасно. Как же тяжело хранить тайны! Но Джаред держался, пообещав себе не совать нос в чужие дела.
Однажды в обеденный перерыв они сидели снаружи за столиком, оставшимся после очередной сцены, и пили кофе. Это был долгий перерыв – Сингера вызвали по делам в город, и впереди у них было чуть больше часа свободного времени. Дженсен и Джаред сидели вдвоем, как было в старые добрые времена, когда были лишь Дин и Сэм, и никаких голубоглазых ангелов. Правда, в былые времена Эклз непременно развлек бы их какой-нибудь шуткой или рассказал бы занимательную историю, но не сейчас. Дженсен сидел хмурый, наблюдая исподлобья за людьми, среди которых не было Миши. Телефон рядом с ним коротко тренькнул, и Эклз взял его в руки. На его лицо набежала тень, но он тут же расплылся в улыбке. Не очень искренней, от чего сердце Джареда неприятно сжалось, а заветные слова вновь закрутились на языке.
- Сообщение от Дэн! – возвестил Дженсен, и Падалеки вновь прикусил язык.
- Пишет, что выбрала колыбельку. Нашла на eBay, недорого. Круто.
Он показал Джареду картинку. Падалеки кивнул.
- И ты как… счастлив? – довольно нескладно, но все же начал Джаред.
- Рад, конечно, что она справилась с этим без меня, но чтобы прям счастье… - отреагировал совсем как Миша Дженсен.
- Я имел в виду вообще, - пояснил Джаред.
Эклз нахмурился, но потом морщины его разгладились и он рассмеялся:
- Жизнь налаживается. С Дэннил все супер. Все как раньше, общаемся почти каждый вечер…
- Я и спросил: ты счастлив?
Дженсен повернулся к нему, чтобы дать очевидный и такой простой ответ. Но лживое «Да» не пожелало сорваться с губ Дженсена, и лишь искривило его улыбку, сделав ее почти страдальческой. Пауза затянулась.
- Вот и я о том же, - заметил Джаред.
- Что ты хочешь услышать? – зашипел Дженсен, а от напускной веселости не осталось и следа, - Я живу, как должен. Люблю ту, которую должен.
- Ты никому ничего не должен, Дженс, - вздохнул Джаред.
- Какая разница? Все равно все уже кончено. Если ты про это.
- Про это. И не кончено.
Дженсен отмахнулся.
- Ты все еще любишь его?
Дженсен не ответил. Конечно, любит! Больше всего на свете! Но правдивое «Да» оказалось сказать даже сложнее, чем лживое. Проще было промолчать, прокричав ответ лишь в своем сердце.
- Ты не понимаешь. Я… я поговорил с Мишей тогда. И мы решили, что все.
- Неправда. Он сказал тебе, что не любит тебя.
Эклз округлил глаза.
- Откуда ты…
- Я говорил с ним.
Дженсен схватился за голову.
- Зачем? Черт, Джа, я открылся тебе, не чтобы ты лез… Боже, зачем?! Зачем, Джа?!
Он с такой болью и вопрошающим осуждением уставился на Джареда, что у того неприятно засосало под ложечкой.
- Я видел, как ты страдаешь…
- Я не страдаю!
- …и думал, что это из-за моего дурацкого совета. Вот и решил поговорить с ним. Но все это не важно! Потому что он… В общем, это неправда!
  
- Что - неправда? – севшим голосом переспросил Дженсен.
- Он любит тебя, Дженс!
- Он так тебе сказал? – презрительно скривил губы Дженсен, недоверчиво, но в то же время с надеждой.
- В том-то и дело, что нет. И его молчание было таким же красноречивым, как и твое только что на этот же самый вопрос!