Вингер. Танке (СИ)
Заехали посмотреть, как продвигается стройка церкви, на которую мама отдала последние сбережения отца. К моему большому удивлению, там уже шли отделочные работы. Поговорили с батюшкой о венчании в следующем году. Пожертвовали очередную тысячу евриков, да поехали побыстрее домой.
Тёща очень волновалась за маму. В последние дни у неё без перерыва шли ложные схватки и часто падало давление. Акушерка предложила ей лечь в больницу, но наша беременная отказалась. Ведь гости приехали, как это она нас оставит? Поэтому сиделка оставалась с ней и на ночь.
Тридцать первого декабря мы оставили тёщу резать салаты, а сами отправились на базу за ребятами. Я заранее заказал четыре минивэна, мы погрузились и поехали гулять по Валенсии. В самом городе стояли рождественские ёлки, сверкала иллюминация. Первым делом мы поехали в город наук, где отправились в «El Oceanogrаfico» — один из крупнейших океанариумов Европы. В Москве такой же откроют только к 2015 году. Полюбовались на белуг, акул, моржей и дельфинов. Никита Олегович ходил с открытым ртом, а что уж о детях говорить? Четырёхлетнему Димке так понравилось, что уходить оттуда не хотел. Всё просил купить ему акулу, которая будет жить в джакузи. Но нас ждал музей науки «L’Hemisfèric», который включал в себя планетарий, 3D кинотеатр и лазерное шоу.
Было девять вечера, мы как раз собирались покинуть ресторан. Хотели ещё заехать в магазин, купить торт, чтобы Новый год на базе отметить. Но тут мне позвонила Оля: маму увезли рожать. Она сама дома, но с мамой уехала Анна Петровна. Я быстро отдал деньги Морозову на сладости, и мы втроём помчались в медицинский центр.
— Мама рожает? Сейчас как на самолёте долетим! — заявил таксист.
И действительно, уже через пятнадцать минут мы остановились у главного входа медицинского центра. Он был закрыт, и я целую минуту жал на кнопку вызова, чтобы появился охранник, который откроет дверь.
Он отвёл нас на второй этаж, где эстафету приняла акушерка. По дороге она поздравила нас с прибавлением в семье и заверила, что с её пациенткой всё в порядке. В палате мы обнаружили довольную Анну Петровну, ворковавшую над розовым свёртком в маленькой кроватке.
— Мои хорошие, вы уже примчались. А Светочка уже родила. Да без разрывов и легко. Раз потужилась — ребёночек и выскочил. Девочка такая хорошенькая. Вся в маму — красавица!
— А где мама? — спросил я.
— Света в душ пошла обмыться.
А с меня будто воздух выпустили, и я кулем упал в кресло. Лена присела рядом со своей мамой на диван и, взяв мою сестрёнку на руки, поднесла ко мне и Димке. Первое, что я увидел, это красное, сморщенное личико. Где же они эту красоту увидели?
— Она страшная, хочу другую сестру, — непосредственно заявил Димка. — А лучше всего поменять её на акулу. Давайте её трём королям отдадим.
— Ты таким же был, Димочка, — рассмеялась тёща. — И Саша таким был, и Лена.
— Нет, хочу акулу, — надулся брат и стал дёргать розовый шарик.
Открылась дверь, и вошла мама.
— Я как будто сама заново родилась. Наконец-то я могу дышать и ходить. Какое же это счастье — не быть беременной.
Чуть погодя подошла акушерка с тортом и шампанским. Сфотографировала нас. Рассказала, что маму и ребёнка выпишут второго января. И нам обязательно нужно прийти с детским автомобильным креслом для новорождённого.
А когда мы подъехали к дому Танке, то нас ждал ещё один сюрприз. Динамовцы решили не ехать сразу на базу, а дождаться меня у моего дома. Оля увидела их с балкона и пригласила их в мою квартиру, чтобы они не мерзли на улице. Она же и рассказала им все новости из роддома. Нас всех сердечно поздравили с рождением малышки.
Пока мы смотрели «Старые песни о главном», тёща накрывала на стол. А Оля, которую опять сильно тошнило, забрала сонного Димку к себе. Ребята вначале робели, потом осмелели. Я показал им свой компьютер, и они по очереди позвонили домой. Лена устроила экскурсию по квартире, показала крышу, телевизор, джакузи и электромангал.
— Дорогие мои, идёмте уже провожать Старый 2005 год, — позвала нас Анна Петровна. — Телевизор и там есть.
Увидев стол, я реально обалдел: и оливье, и холодец, и курица с черносливом, и заливное мясо, и фаршированные яйца, и селёдка под шубой, и свиные отбивные, и голубцы, и блинчики с мясом… И когда она успела всё это приготовить?
— Присаживайтесь, гости дорогие. Не стесняйтесь. Лена, помоги мне картошку принести.
Я достал из винного шкафа две бутылки вина, три бутылки взрослого шампанского и десять бутылок детского. Поставил на стол лимонад, соки. И мы стали провожать Старый год. Шутили, смеялись. Дети делились впечатлениями о тренировках. Мне желали победы на чемпионате мира. Новорождённой, которую мама назвала Ангелиной, — здоровья.
Сначала встречали русский Новый год. Выслушав новогоднее обращение президента, мы под бой курантов выпили шампанского и всеми силами навалились на праздничную еду.
Потом дошёл черёд и до испанского Нового года. Мы съели по двенадцать виноградин, запили шампанским и заели шоколадом. Смотрели новогодний салют из волшебного фонтана в Барселоне. Опять пили шампанское. Я рассказывал про парад трёх королей, который проводят пятого января. Мало кто знает, что ни Деда Мороза, ни Санта-Клауса в Испании нет. Подарки приносят три короля. Насладившись едой, мы пошли на пляж запускать фейерверки. Многие испанцы уже ушли с пляжа, но пришло много русскоговорящих.
Продолжили игрой в футбол, потом я стал отбивать мяч на спор, потом вернулись доедать торт. Оказывается, тёща аж три торта испекла! Кого она собиралась всем этим кормить, если бы не динамовцы? Но подчистили всё-всё и разошлись только к утру. Я посадил их на такси и отправил на базу. Нужно хоть немного поспать, а то детям утром на тренировку выходить.
Первого января все магазины были закрыты, и мы долго, постоянно сверяясь с мамой, составляли список покупок для маленькой Ангелины. Ведь мама старалась до рождения ребёнка ничего не покупать.
На следующий день, с самого утра, я заказал минивэн. Потом позвонил сеньору Кике и объяснил ситуацию с рождением сестрёнки. Он тепло поздравил меня и маму и разрешил сегодня пропустить тренировку. Затем мы с водителем первым делом заехали за автомобильным креслом. Далее купили кроватку, матрас, постельное бельё, видеокамеру, ванночку, пеленальный столик, памперсы, кресло для кормления… Таксист, помогавший мне, видимо, получал ещё больше удовольствия, чем я сам.
В это время Лена с Анной Петровной выбирали детские одёжки, бутылочки, смеси. Мы еле успели к обеду выгрузить всё это и поехать за Ангелиной с мамой.
Дома я собрал кроватку, пеленальный столик. Сестрёнка пока всё время спала и практически не плакала. Димке я купил большую мягкую акулу, но Ангелину он игнорировал. Сидел в своей комнате и играл с поездом. Я сбегал в магазин, купил для тёщи пятикилограммовый пакет чая, головку сыра, небольшую ляжку хамона.
Лена вздыхала и собирала сумки. Почти всё, что мы купили в Мадриде, она оставляла здесь. Тёща кудахтала над Снегурочкой, восхищалась одеждой новорождённой, пустышками и бутылочками.
Уже через три недели, двадцать второго января, Лена полетит обратно прямым рейсом в Валенсию, так как на следующий день, в понедельник, у неё начнётся учёба. Все были заняты. Я подошёл в зал, где брат катал по полу поезд.
— Дима, пойдёшь со мной на пляж? — закинул удочки я.
— Только с тобой, без Лены? — подозрительно поинтересовался он.
Я кивнул, и он радостно подхватился. Одел на него непродуваемый комбинезон, и мы пошли гулять. Мне было трудно понять Димку. Морозов был единственным ребёнком в семье. Я с Олей были близнецами. Дима родился, когда я с отцом уже уехал в Валенсию. Я никогда не чувствовал себя лишним. Но внутреннее состояние Димыча я прекрасно понимал. Он был самым младшим, всё внимание было ему. И в одночасье всё поменялось. Сестру постоянно тошнит, брат всё время с непонятной Леной, мама со страшной девочкой, даже бабушка Аня уезжает!