Вингер. Танке (СИ)

— Саша Граф — мой самый близкий друг. Даже можно сказать, что он больше, чем друг, он мой брат. — Тимур приобнял меня за плечи. — Я специально заказал его любимый торт, нашу советскую классику «Птичье молоко». С Новым годом вас всех. Я хочу пожелать вам всем счастья и удачи. Чтобы наступивший год для вас был таким же волшебным, как и у меня.
Повар в костюме Деда Мороза стал резать торт, нас опять сфотографировали, и мы сели за свой стол. Пригожин шутил и громко здоровался с гостями. Лена увлечённо беседовала с Валерией, а я откровенно скучал. Если бы это была футбольная вечеринка, я бы с удовольствием провёл время. А так…
Нам принесли торт, и я попробовал его на кончике вилки. Осмотрел стол и вспомнил, что я так и не взял воды. Кивнув Лене, я направился к бару. На пути столкнулся с Тимуром и успел сказать ему:
— У меня есть для тебя две песни.
Он сразу стал серьёзным.
— Ты же сегодня в пять вылетаешь? — Дождавшись моего кивка, он подумал секунду и продолжил: — Давай пройдём в заднее помещение, оно звукоизолировано. Я сейчас распоряжусь, чтобы принесли гитару…
— Лучше клаву, — перебил его я, и он кивнул.
Тимур убежал, а я, наконец, взял у бармена бутылку воды и стал жадно пить. В помещении было очень жарко, и меня мучила жажда. За этот вечер я так ничего и не съел, так как банально боялся отравиться. Завтра, а нет, я глянул на часы, уже сегодня проведём целый день на ногах. Сначала к агенту подъедем, потом по магазинам.
Я пил воду и скользил взглядом по людям. Темой вечеринки был Новый год. Многие были в масках, новогодних костюмах. Наблюдать за толпой было интересно. Это к 2019 году все эти лейблы, тусовки, клубы практически сойдут на ноль. А сейчас, чем больше на тебе всех этих «Шанель-Гуччи», тем ярче и весомее ты выглядишь в глазах окружающих.
Встречаются даже одетые в цыганском стиле «Дорого-богато». Ну и так называемое «Инстаграм-лицо». Накаченные губы, выделяющиеся скулы, ярко накрашенные брови и глаза. Рядом со мной остановилась рыжая девушка в пышном платье цвета фламинго. Она взяла какой-то напиток.
— Здравствуйте, — я обернулся и застыл.
Да это же молодая Жанна Фриске, которая умер… То есть умрёт через десять лет. Она мягко улыбнулась, и я понял, что, как дурак, молчу и продолжаю смотреть на неё. Если бы меня сейчас увидела Лена!
— Я хотела извиниться за отца. Он бывает иногда весьма настойчивым.
Так этот полный мужчина, который хотел купить у меня песни, — её отец? Я-то думал, кого он мне напоминает. Что интересно, многих встреченных мною в клубе людей я не знал от слова совсем. Пугачёву, Лещенко, Киркорова, Долину, Билана, Волочкову — их любой узнает. Об остальных я был ни слухом ни духом. А вот отец этой талантливой, но такой несчастной женщины часто мелькал в новостях. Никак не мог поделить внука с сожителем Жанны.
— Ничего, я привык. Извините, если лезу не в своё дело. А у вас часто так веко подрагивает? У папиного знакомого тоже так было, сделал МРТ, и нашли опухоль в голове. Вырезали, и никаких проблем. Сам анализ много времени не займёт, но может спасти вам жизнь.
Жанна растерянно кивает, а я поспешил к машущему мне Тимуру. Будет здорово, если эта яркая женщина будет жить. Больно, когда совсем молодые умирают.
В комнате, куда меня отвёл Тимур, действительно было тихо. Он рухнул на диван и вытянул ноги…
— Сашка, ты не поверишь, как я устал. Но это того стоит! Каждый вечер благодарю Бога за эту возможность. Ты хоть в курсе, что меня на «Супербол» зарезервировали? На первую половину, но всё равно это очень и очень почётно. И мы сейчас скомпоновались с одним немецким исполнителем. Попробуем пробиться на Мундиаль. Было бы здорово выступить там на открытии.
— Антонио — настоящий зверь. Своего никогда не упустит.
— Ты хоть знаешь, с кем он работает?
— Я слышал, что с какими-то оперными исполнителями.
— Саня… Пласидо Доминго, Хосе Каррерас…
— Обалдеть, — качаю головой.
— Вот именно, я, как узнал, чуть ли не кипятком мочился. Ладно, не будем терять времени, показывай, что у тебя есть. Ты говорил о двух песнях?
 
— Да. Они зарегистрированы через Антонио. Решил сам тебе их напеть. Держи слова и ноты. Первую могу без сопровождения, она очень ритмична. Ну, слушай.
Начинаю отбивать ритм, постукивая по бедру.
— Maybe I’m foolish
Maybe I’m blind
Thinking I can see through this
And see what’s behind
Got no way to prove it
So maybe I’m blind
But I’m only human after all…
Тимур сразу включается и поёт вместе со мной. В конце, в восторге, качает головой и благодарит.
— Гениально. Очень ритмичная, мне нравится. Беру.
Вторую пою, аккомпанируя себе на клавишных.
— My lover’s got humor
She’s the giggle at a funeral
Knows everybody’s disapproval
I should’ve worshiped her sooner
If the Heavens ever did speak
She’s the last true mouthpiece
Every Sunday’s getting more bleak
A fresh poison each week…
Парень напряжённо вслушивается, кивает в ритм, потом начинает махать рукой.
— Тоже беру. Спасибо, друг. Так уже два часа ночи. Я тебя с невестой сейчас отправлю машиной домой. Тебе через два часа в аэропорт ехать. Эта же машина вас и отвезёт. Не спорь. И ещё хотел сказать: насчёт этой журналистки не беспокойся, я разберусь. Считай это моим новогодним подарком.
Ровно в пять утра мы вылетели в Мадрид. Самолет принадлежал компании «Аэрофлот», и у нас были места в бизнес-классе. Для Лены, которая летела впервые, всё было в диковинку, и она крутила головой, как сова.
— Саша, сфотографируешь меня возле иллюминатора, когда будем к Мадриду подлетать? А то сейчас темно и ничего не видно. А когда кормить тут будут?
— Сейчас подымимся над облаками, будет солнце. Кормят здесь два раза, даже горячее потом принесут. Соки, лимонад, воду развозят, даже алкогольные напитки дают в таких маленьких бутылочках, помнишь, я вино в таких привозил? Туалет вон там. Ленчик, я сейчас отрублюсь, а то устал как собака.
— Конечно, отдыхай, а я буду кино смотреть и журналы читать. Нужно моей и твоей маме позвонить, когда приземлимся.
Засыпая, я думал о Тимуре. Я предложил ему эти две песни по одной простой причине — деньги. Чувствую, скоро они понадобятся. Ведь можно не только одиннадцать детей пригласить, а больше. Деньги будут, как песок, сквозь пальцы утекать. Интересно, станут ли эти песни известными?
В аэропорту мы приземлились точно по времени, в восемь утра. Я прекрасно выспался. Когда прошли таможню, то позвонили и успокоили наших родных. Взял такси, да поехали в гостиницу.
Лена, никогда раньше не бывавшая за границей, без остановки крутила головой, рассматривая окрестности. Её приводило в восторг буквально всё: архитектура, отсутствие снега, зелёная трава на газонах, витрины магазинов, памятники.
— Саша, смотри, — толкнула она меня, когда машина остановилась на светофоре. — Мама в пальто и сапогах, а ребёнок с голыми ножками. Ужас!
— Для Испании это норма, — успокоил я Лену.
Наш четырёхэтажный отель «Pestana Plaza Mayor» располагался рядом с центральной площадью, точнее, одной стеной даже на нее выходил. Четыре звезды, два бассейна, спа-зона, отличная кухня и прекрасное расположение. Что ещё нужно для отдыха? И, как вишенка на торте, на самой площади стояла высокая ёлка и работал рождественский рынок.
Заезд был только с трёх часов дня, поэтому мы оставили багаж в отеле. Я также зарезервировал столик на двоих в ресторане отеля на этот вечер. Чувствовал я, что мы так набегаемся за этот день, что сил ни на что уже не будет. Офис моего агента располагался лишь в десяти минутах ходьбы. Требовалось подписать несколько документов.
Сначала купили по горячему багету с ветчиной и кофе, да потопали к Антонио.
— Александр, ваша невеста — настоящая красавица. Понимаю, почему вы скрывали такое чудо. Вам будут завидовать все мужчины Испании, — старый ловелас, улыбаясь, прикоснулся губами к пальцам руки моей девушки.