Разбитая надежда (ЛП)

Увидев ее мокрую киску, я чуть не упал на пол. Я тяжело сглотнул, втягивая немного воздуха через ноздри, пытаясь взять свой член под контроль.
Затем расстегнул ширинку, спустив штаны и боксеры до лодыжек. Когда я встал, глаза Теи были прикованы к моей напряженной эрекции. Она высунула язык, чтобы облизать нижнюю губу.
Черт. Я подошел к кровати и протянул руку, схватив ее за лодыжку. Быстрым рывком я притянул ее к себе, когда встал коленом на матрас, используя другое колено, чтобы широко раздвинуть ее ноги. Затем, обхватив кулаком свой пульсирующий член, я прижался к ее входу и вошел.
Тея выгнулась дугой над кроватью, закричав, ее стоны эхом отдавались от стропил. Я стоял как вкопанная, мои глаза были крепко зажмурены, чтобы я не кончил. Мои руки вцепились в одеяло рядом с лицом Теи, пока я боролся, чтобы получить контроль над своим телом.
— Логан. Презерватив.
— Одну секунду. — Я кивнул, все еще не открывая глаза. Быть обнаженным внутри Теи, не имея ничего между нами, было так чертовски потрясающе, что я пока не мог от этого отказаться.
Она была единственной женщиной, которая когда-либо заставляла меня чувствовать себя непринужденно. Даже Эммелин не могла этого сделать. Это всегда была только Тея. Сегодня вечером, и один раз в душе, когда мы сделали Чарли. Как, черт возьми, я мог забыть об этом? Я должен был потребовать, чтобы Тея перешла на противозачаточные еще две недели назад.
— Контроль над рождаемостью является приоритетом номер один. — Я открыл глаза и выскользнул из ее плотного тепла.
Она захныкала от потери, тяжело дыша, когда я потянулся к тумбочке, чтобы достать презерватив. Я ненавидел продолжать в том же духе, но я знал, что мы еще не были — она еще не была — готова к еще одному ребенку. Может быть, я смогу переубедить ее в эти выходные, когда мы разберемся со всем остальным.
Потому что рождение еще одного ребенка и на этот раз быть рядом с ним с первого дня было единственным, чего я действительно хотел в своей жизни, кроме как сделать Тею и Чарли счастливыми.
Они были всем, что имело значение.
Я вернулся к кровати, на этот раз соединяясь с Теей медленно, дюйм за дюймом. Я прижался своими бедрами к ее, поднимая ее, пока ее ноги не задрожали вокруг меня. Все это время я боготворил ее кожу, осыпая нежными поцелуями ее шею и грудь.
— Я… — За ее вздохом последовал взрыв. Ее внутренние стены так сильно сжали меня, что контроль, который я пытался сохранить, исчез.
Напряжение в моем позвоночнике и яйцах было подобно тискам, заставляя меня отпустить и кончить, когда она застонала мне в шею. Я так тяжело дышал, когда пришел в себя, что поначалу не слышал, как ее стоны перешли в тихие вскрики. Нет, пока я не почувствовал слезу на своем плече.
Я откинулся назад, убирая волосы с ее лица. Она зарылась головой в одеяло, пытаясь спрятаться, но я повернул ее подбородок к себе, так что ей пришлось посмотреть на меня.
— Детка, в чем дело? Эти слезы убивают меня.
— Прости. Ничего такого. — Она покачала головой и шмыгнула носом, поднимая руку, чтобы вытереть лицо. — Я просто эмоциональна и выпила слишком много шампанского.
— Иди сюда. — Я обнял ее одной рукой, прижимая к груди, а другой сдернул одеяло. Затем я вытащил и поднял ее дальше в кровать. — Сейчас вернусь.
Я пошел в ванную и разобрался с презервативом, поспешив обратно к Тее. Прижимая ее спиной к своей груди, я вдыхал аромат лаванды в ее волосах и прижимал ее к себе.
— Все будет хорошо.
Она кивнула, снова шмыгнув носом.
— Я знаю.
Она знает? Потому что в ее голосе не было и намека на уверенность.
Она попыталась откатиться на подушку, но мои руки обхватили ее еще крепче. Я никогда не думал, что буду скучать по ее крошечной кровати в коттедже, но эта неделя доказала, что я ошибался. Когда мы были в ее постели, у нас не было другого выбора, кроме как спать, прижавшись друг к другу. Но из-за размера моей массивной королевской кровати мы оба будем ворочаться во сне.
Не сегодня. Сегодня вечером я не хотел, чтобы она куда-то отворачивалась.
 
То, как она откинулась назад, расслабляясь в моих руках, я подумал, что она тоже этого хотела.
За исключением того, что, когда я проснулся на следующее утро, Теи уже не было.
Я в панике вскочил, обыскивая ванную и шкаф в поисках ее. Затем я спустился вниз, надеясь, что она просто встала пораньше, чтобы выпить кофе и позавтракать. Но когда я не нашел ее там, я обыскал все остальные комнаты.
Наконец, я нашел ее, спящей в постели Чарли. Ноги Чарли впивались в ее ребра, а на щеках Теи высохли слезы.
***
— Папа?
— Да, орешек? — Я посмотрел на Чарли в зеркало заднего вида, улыбаясь точно так же, как я делал каждый раз, когда она называла меня папочкой.
— Ты приедешь на мой первый школьный день?
— Я, э-э…
Мои плечи поникли. Как, черт возьми, мне ответить на этот вопрос? Я надеялся, что она будет ходить в школу здесь, и в этом случае я бы отвез ее в школу с Теей. Я уже попросил Шона договориться, чтобы ее записали в небольшую частную школу в нескольких кварталах от пентхауса.
Но с тем, как Тея вела себя прошлой ночью и этим утром, я не был так уверен, что она согласится на мое предложение, как я был несколько дней назад. Что означало, что был небольшой шанс, что Чарли придется пойти в школу в Ларк-Коув, а затем перевестись, как только мы с Теей все уладим.
Через две недели начинаются занятия в школе, и я не мог прямо сейчас совершить еще одну поездку в Ларк-Коув. Один из моих новых клиентов реструктурирует свой бизнес в следующем месяце, и я должен был быть в городе, чтобы участвовать в обсуждениях.
Смогу ли я отвезти Чарли в школу? Только если Тея согласится переехать и выйти за меня замуж.
— Сможешь? — снова спросила Чарли.
— Дорогая, — Тея повернулась на своем месте, — мы едем домой в понедельник. Помнишь? Логан должен остаться здесь на работе. Но он приедет и навестит нас, как только сможет. Мама и бабушка отведут тебя в школу в твой первый школьный день, как мы это делали в прошлом году.
— О. — Разочарование Чарли омрачило машину.
— Мне жаль, — сказал я ей. — Я был бы там, если бы мог.
Чарли кивнула, затем повернулась, чтобы посмотреть в окно.
Нахмурившись, я снова сосредоточился на дороге.
Мы ехали в поместье моих родителей на Лонг’Айленде. Нам потребовался час, чтобы выбраться из города, но как только мы добрались до границы округа Нассау, движение поредело. Мой белый Лэнд Ровер, который большую часть времени проводил в гараже пентхауса, мог свободно перемещаться по шоссе по пути в Ойстер-Бей.
Я потянулся через консоль, взяв руку Теи в свою. Она переплела наши пальцы вместе, но не оглянулась. Ее солнцезащитные очки остались направленными в ее собственное боковое окно.
— Мамочка, мы не купили дяде Джексону его фрикадельки.
— Все в порядке, — сказала Тея в очках. — У нас есть другие подарки, которые мы купили для него и бабушки.
— Фрикадельки?
Тея вздохнула.
— Когда мы были детьми, мы с Джексоном покупали эти сэндвичи с фрикадельками в одном заведении по соседству. Я ходила за ними на днях, но ничего не вышло.
— Они были закрыты?
Тея покачала головой без дальнейших объяснений.
— Леди была груба с мамой.
Моя рука крепче сжала руку Теи.
— Какая леди?
Она покачала головой.
— Просто кое-кто, кого я когда-то знала. Раньше мы были друзьями, но поссорились. Я столкнулась с ней у Джованни.
У Джованни. Я сделал мысленную заметку, чтобы проверить это на следующей неделе.
— Мы можем остановиться на секунду? — Тея указала на заправочную станцию впереди. — Я бы хотела попить воды и сходить в туалет.
— Конечно. — Я отпускаю ее руку, замедляясь, чтобы въехать на парковку.
Тея вытащила свою сумочку из-под ног и порылась в ней в поисках кошелька. Прежде чем она достала его, у меня был зажим для денег и сотня между пальцами.