Жгучий Мороз (ЛП)

Но мне не удается даже приблизиться.
Из-под земли вырывается толстая стена льда, и я врезаюсь в неё, не успев остановиться.
Откуда она взялась?
Моё тело падает на снег, и я поворачиваюсь как раз в тот момент, когда монстр сокращает расстояние. Ледяная стена пронизывает меня холодом, и я прижимаюсь к ней спиной, пытаясь вырваться, но оказываюсь в ловушке.
Монстр смотрит вниз бледными нечеловеческими глазами. Он наклоняется, изучая моё лицо любопытным взглядом.
— Ты не мужчина, — его голос удивительно ровный, он разносится по пространству между нами. Его брови взлетают на лоб. — И ты жива.
Фрост
Девушка. Живая девушка. Сколько тысяч лет прошло с тех пор, как в мой мир льда и смерти попадала живая девушка? Она вздрагивает, когда я тянусь к ней, но я лишь пытаюсь почувствовать открытую кожу её лица. Она теплая, такая теплая, как ничто из того, что существует здесь. Её грудь быстро поднимается и опускается, а тело яростно содрогается под моим прикосновением.
Тепло под моей рукой начинает исчезать. Нет. Она замерзает насмерть. Мои когти разрывают рукав её зимнего пальто, обнажая кремовую плоть запястья.
— Будет больно лишь на мгновение.
Кончиком когтя я вырезаю руну, глубоко вонзая его в её плоть, чтобы заклинание закрепилось. Она вскрикивает, когда из выгравированных букв льется горячая кровь. Это слишком соблазнительно, чтобы игнорировать, и я опускаюсь вниз, проводя языком по рубиновой жидкости. Кровь прокладывает горячую дорожку от кончика языка до самых глубин моей души. Дрожь охватывает меня — такого ощущения я еще никогда не испытывал. Руна светится, испуская голубой свет изнутри её тонкой кожи, и я вздыхаю с облегчением. Она перестает дрожать, и кровь свободно течет по её телу, повышая температуру.
— Что ты со мной сделал? — она впервые заговорила, и её голос зазвенел в моих опустошенных ушах, как хор сказочных колокольчиков.
— Я даровал тебе иммунитет от холода.
Кончики её пальцев пробегают по недавно зарубцевавшейся плоти.
— Спасибо.
Тьма клубится в моем сознании. Мне нужно её тепло, нужно почувствовать её изнутри и снаружи. Мой голос понижается, когда голод пробуждает во мне те части тела, которые долгое время оставались нетронутыми, и заставляет кровь приливать к моему члену.
— Не благодари меня пока.
Она легка как воздух, и я перекидываю её через плечо, не забыв убрать кристаллизованные шипы, прежде чем она приземлится. Её крики разносятся эхом по лесу, пока я несу её домой.
— Твои крики не достигнут никого. Я — правитель этой земли. Никто не придет к тебе на помощь.
— Да пошел ты! Кто-нибудь мне поможет, — её ядовитый тон вызывает у меня улыбку. Она сильная и боевая. Так её будет еще интереснее сломать.
Стеклянный дворец закручивается в спираль. Мой дом, милый дом. Я спешил к самой очевидной точке падения, когда почувствовал, что бассейн наверху потревожен. Прошло шесть часов, прежде чем она попала в мои сети. Шесть часов мечтаний о том, как выбраться отсюда, и все они разбились вдребезги. Она не виновата, она не может дать мне то, в чем я больше всего нуждаюсь. Но она может дать мне многое другое.
Она вскрикивает, когда я бесцеремонно бросаю её на кровать. Её глаза мечутся туда-сюда в поисках спасения.
— Не беспокойся. Теперь ты моя.
Глава 5
Мара
Мех животных окружает меня на этой массивной… кровати? Он бросил меня на кровать? Страх подкатывает к горлу, и слова выходят тихими и испуганными:
— Где я?
Существо обходит кровать.
— Ты вошла в бассейн. Через него ты получила доступ в Царство Льда. Моё королевство, — он ухмыляется, и я вижу его острые зубы.
  
— Кто ты?
Он придвигается ближе, нависая над кроватью.
— Ты испугалась?
Я быстро киваю.
— Хорошо. Я демон мороза и Бог этого царства. За многие жизни у меня было много имен, но ты можешь звать меня Фрост. Я управляю этой землей и мертвыми, которые её населяют.
— Мертвыми? — сердце панически стучит о ребра. — Я умерла?
Фрост мрачно усмехается.
— Пока что ты жива. Твое тело сейчас находится в царстве людей. Здесь время работает по-другому. Оно изменяет свои правила для мертвых, а те, кто живет в моих владениях, все мертвы. Обморожения, переохлаждения, лавины, снежные бури, ледяная вода и многое другое. Я получаю их все. Каждое существо, поддавшееся стихии мороза, льда и снега, оказывается здесь, в замерзших пустошах. Королевство Льда.
Мой мозг кружится, пока я пытаюсь обработать эту информацию.
— А бассейн — это ловушка? Чтобы заманить жертву на верную смерть?
Взгляд Фроста ожесточается.
— Совсем наоборот, — он не предлагает дальнейших объяснений.
Вместо этого его неестественные глаза блуждают по моему телу. Я дрожу, несмотря на то что не чувствую холода. То, как он смотрит на меня, вызывает инстинкт «беги или сражайся». Но под первым всплеском страха скрывается что-то еще. Что-то, что пугает меня.
Любопытство.
Я должна бежать, драться, кричать. Вместо этого я скольжу взглядом по впечатляющему объему мышц, покрывающих его переливающуюся кожу. Четыре руки пугают, но я не могу не восхищаться бицепсами и предплечьями, которые расположены идеально симметрично. Серебристые чернила украшают внутренние стороны его запястий и ведут вниз к массивным кистям, две из которых в данный момент лежат на его стройных бедрах. Пространство между ними занимает рельефный живот, который втягивается и поднимается, когда он дышит. А еще — рваный кусок ткани, скрывающий…
— Раздевайся, — его голос неожиданно вырывает меня из неуместного потока мыслей.
— Зачем? — я знаю ответ, но не могу придумать другого способа оттянуть неизбежное.
Его глаза сужаются, а из обнаженных ребер доносится треск.
— Раздевайся, или я сорву с тебя одежду.
Энергия вокруг него темная, опасная. Я принимаю решение в долю секунды. Звериный мех ударяет его прямо в лицо, и я спрыгиваю с кровати и мчусь прочь, но не нахожу опоры. Чертов пол — чистый лёд, и в считанные секунды я оказываюсь распростертой на нем, а затем меня поднимают на ноги.
Фрост швыряет меня обратно на кровать, а затем опускается передо мной на колени. Его грудь вздымается, когда мой сапог врезается ему в живот. Он смотрит вниз, на место, куда я только что нанесла удар, и усмехается.
— Чтобы причинить вред демону, тебе придется постараться.
Мой кулак летит к его лицу, но он перехватывает его прежде, чем я успеваю нанести удар. За этим движением быстро следует вторая рука, перехватывающая моё второе запястье. Он поднимает их высоко над моей головой, с ухмылкой наблюдая, как я судорожно дышу. Вторая пара рук трется друг о друга, и между его ладонями образуется длинный ледяной осколок.
Он собирается проткнуть меня.
Я сопротивляюсь его хватке, но две большие руки, сковывающие мои руки, крепко держат меня. Вторая пара рук придвигается ближе, и я закрываю глаза. Звук рвущейся ткани достигает моих ушей, и я выпускаю зажатый в груди воздух. Фрост работает умело и быстро, разрезая мою зимнюю одежду и слои под ней, лишая меня одежды и оставляя моё тело обнаженным под его злобным взглядом.
Две гладкие ладони прижимаются к моим ребрам с обеих сторон, а его дыхание, кажется, замирает в горле.
— Как давно я не чувствовал тепла под своими руками, — две не сдерживающие меня руки начинают водить по моему телу, и сердце бешено колотится. — В этой стране смерти, в этом замерзшем подземном мире нет ничего, кроме холода, — его пальцы пробегают по моим соскам, и они твердеют под его прикосновениями.
Он играет с ними, перекатывая каждый бутон между пальцами и нежно пощипывая. Я трусь бедрами друг о друга, и между ними скапливается нежданная и неожиданная лужа возбуждения.