Жгучий Мороз (ЛП)

Я подпрыгиваю от удивления, когда и руки Фроста берут под контроль моё тело. Его пальцы захватывают каждую часть меня, на которую ещё не претендовал Джек. Меня наполняют, гладят, щиплют, душат. Всё это слишком в лучшем смысле этого слова. Боль пронзает моё плечо, когда Фрост впивается клыками в мою кожу. Оказывается, зубы у него всё-таки острые. Он проводит языком по следу от укуса, а затем присасывается к нему.
— Кончай для нас.
Оргазм прорывается сквозь меня, и моё разгоряченное тело обхватывает Джека, насаживаясь на его член, пока он находит свое освобождение одновременно с моим.
Мы втроем падаем на кровать, обессиленные. Я едва могу соображать после всего того, что только что произошло. Надо мной сверкает серебристый балдахин, а с потолка опускается легкий снежок. Здесь снег намного красивее. Он искрится и сверкает, как жемчужно-белый иней. Мягкие хлопья собираются на земле вокруг ледяной кровати.
Мы лежим, пытаясь прийти в себя, пока Джек наконец не нарушает тишину:
— Думаю, мне здесь понравится.
Я хихикаю, все еще не веря во все, что только что произошло, и все еще задаваясь вопросом — может быть, я действительно умерла, а это какая-то извращенная версия рая.
— Мне тоже, Джек, — я беру за руку каждого из своих мужчин, притягивая их к себе. — Мне тоже.
Эпилог
— Помедленнее, — укоряет Фрост, когда я практически тащу его к порталу. Шесть месяцев прошло в промерзшем подземном мире, и я тоже отсчитывала дни наверху. Если время работает так, как я думаю, то сегодняшний день спланирован идеально.
— Скажи еще раз, почему это так важно? — Фрост бросает на меня взгляд, когда мы спешим на встречу с Джеком.
— Это твое первое Рождество наверху, — я подбадриваю его, хватаясь за одну из его рук.
Фрост только усмехается.
— Я демон, Бог, правитель Ледяного королевства. Я не праздную Рождество.
Я бью его в живот, и он от удивления замирает на месте.
— Теперь празднуешь.
Джек ухмыляется, когда мы приближаемся, и я бросаюсь в его объятия.
— Хочешь, мы тебе что-нибудь принесем?
Часть меня чувствует вину за то, что Джек не может быть с нами. Фросту нужно его тело для перехода, и пока он контролирует ситуацию, Джек не существует. Я всегда чувствую это перед тем, как мы поднимаемся наверх.
— Да, принеси мне фруктовый пирог, — дразнит он.
— Фу, — я хмурюсь. — Это мерзкая штука.
— Фруктовый пирог? — спрашивает Фрост.
— Ты никогда не ел фруктовый пирог? — спрашиваю я, испытывая волнение. — Тогда я обязательно принесу немного. Это опыт, и ты будешь страдать, как страдали мы.
— Только не испортите мне тело, ладно?
Джек и Фрост обмениваются знающим взглядом, после чего сцепляют руки.
— Я постараюсь, — Фрост ухмыляется. Он хватает меня за руку и притягивает к себе. — Готова? — он ухмыляется, глядя на меня.
— Готова.
Знакомое покалывание и давление охватывает меня, когда мы выныриваем на поверхности бассейна. Благодаря силе Фроста мы не промокли и не замерзли насмерть, когда всплыли.
— Ух! Начинаем праздновать Рождество! И давай постараемся не столкнуться ни с кем из моих знакомых.
Джек с ухмылкой смотрит на меня.
— А что ты им скажешь, если мы столкнемся?
Я вглядываюсь в уникальное сочетание, которое создается, когда Фрост и Джек сливаются воедино. Человек передо мной очень похож на Джека, но есть несколько разительных отличий. Обычно карие глаза Джека — кристально-голубые, а его темные локоны — золотисто-блондинистые.
— Расскажу им правду. Что ты — Джек Фрост, любовь всей моей жизни.
Осознание того, что я проведу вечность и с Джеком, и с Фростом, оседает на меня, как теплое одеяло.
Он притягивает меня к себе для страстного поцелуя, от которого губы становятся теплыми и покалывающими.
— Полагаю, так будет лучше. Счастливого Рождества, Мара.
  
— Счастливого Рождества, Джек Фрост.
Конец