Не бойся. Я рядом (СИ)
— Я имела в виду, мы сходим… — решила исправиться, чтобы он правильно меня понял.
— Нет! Давай-ка не так! — вновь не дал он мне договорить. — Я сам все сделаю, ладно? Не идиот как бы… столик заказывать умею…
— Да?
Его задело мое столь искреннее удивление.
— Ладно! — поэтому я решила уступить ему. — Как хочешь! Тогда делай все сам!
— Договорились! Так все… мне пора отчаливать…
— Я буду ждать праздника! — решила все-таки дополнить.
— Ха-ха-ха! Натали! — нагнувшись, он принялся надевать кроссовки.
— Очень сильно!!!
— Главное, помни наше правило, — вернувшись в вертикальное положение, Дима добавил: — Чтобы я не видел от тебя никаких подарков!
— Бука! — надула я губы, после чего подставила их ему для поцелуя.
— Серьезно тебе говорю!
— Пока-а-а!!! — помахала ему уже тогда, когда он с помощью брелока, открывал стоящую возле моего дома БМВ.
Почему-то после того, как мы решили отпраздновать наш с ним заслуженный праздник, у меня резко улучшилось настроение. Я даже смогла демонстративно, не замечая едкие взгляды мамы, подняться к себе и, в этот раз закрыв на замок дверь, спокойно заняться подготовкой ко сну.
33. Он
— Ха-ха-ха!
— А ну-у-у… заканчивай!
— Ха-ха-ха!
— Да харе! — возмутился я, толкнув сидящую рядом со мной Нату в плечо.
— Ха-ха-ха! Фу-у-у-у-ух! — раскрасневшаяся после долгого смеха девушка, прижала обе руки к груди, а после повернулась в мою сторону. — Ха-ха-ха! — как только наши с ней взгляды встретились, она вновь принялась за старое. — Не могу-у-у…
— Так! — напротив нас сел Павел и сердито свел брови. — Кончай ее доводить!
— Я? Что-о-о? — это был верх наглости. — Доводить?
— Смешить! — отмахнулся он, решив, что я не понял его.
— Сме-е-ешить? — как даун повторял за лучшим другом. — Сме-е-е-ешить? Да я поделился с ней своими переживаниями, чтобы получить поддержку, а тут на тебе!!!
— Ха-ха-ха! — Наталью все еще выворачивало. — О-о-ой! — протянула она, принявшись гладить себя по животу. — Ой-ой-ой! Аж потянуло…
— Кончай! — тотчас велел ей муж. — И ты… заканчивай!!!
— Вот это помощь! — обидевшись, я откинулся на спинку дивана, перекрестив на груди руки.
— Дим, ну как можно было не догадаться закрыть дверь? — все-таки придя в себя, повернулась ко мне Ната. — Ты идиот?
— Бла-бла-бла, — закатились у меня глаза.
— Я вообще не представляю, о чем подумала ее мама, когда зашла в комнату своей дочери и сразу же увидела голую волосатую мужскую жопу!
— Красивую! — цокнул я.
— Что? — не поняла меня жена лучшего друга.
— Ты забыла добавить: красивую!
— С чего ты взял? — прищурилась Натали.
— А ты что… забыла, как она выглядит?
— Сука, — произнесла девушка губами, не издав при этом ни звука.
— Хватит! — встрял в нашу перепалку Павел. — В любом случае постарайся доносить свои мысли более плавно, чтобы это не сказывалось на ней, — указал он на свою жену, которая тотчас продемонстрировала мне какую-то ужасную гримасу, принявшись наглаживать себя по животу.
— Что ты там гладишь, не понимаю? Ничего там еще нет, — решил испортить ей настроение. — Все как и было!
— Нашему ребенку не повезло, — посмотрела на Павла жена, — его дядя недоразвит по всем фронтам.
— Пха-а-а! — меня дико веселили такие вещи. И пока друзья не успели углубиться в рассуждения на эту тему, добавил: — Вообще не понимаю, что я тут забыл? Сами позвали меня, а теперь вместо поддержки слышу одни оскорбления!
— Ну-ну, — усмехнулся друг, предложив пройти на кухню. — Надо уметь себя сдерживать!
— А я еще как сдерживаюсь! — накладывая себе салат, возразил ему.
— Ты-то у нас известное терпило! Ха-ха-ха! — вновь принялась смеяться Ната, но, поймав на себе грозный взгляд мужа, быстро прекратила это дело.
— Поспокойней!
Демонстративно закатив глаза, девушка села на свое место.
— Перед тем, как я продолжу жаловаться на свою жизнь, — накрутил еду на вилку, — можно вопрос: с каких пор ей запрещено смеяться?
— Вот-вот, — демонстративно фыркнула Наталья.
— Ну не надо доводить себя до истерики, чтобы потом… — дальше он просто взмахнул рукой, видимо, все должны были что-то понять, но я не особо подрубил к чему идет речь. — Это тоже нервное состояние… сейчас подобное лишнее…
— Ты еще свою жизнь называешь фиговой? — сидя за столом, подпихнув под себя ногу, обратилась ко мне Натали. — Я вообще живу в преисподней…
Павел на этот упрек не повел ни одной своей старческо-занудной морщиной.
— В общем, у меня складывается впечатление, что я какой-то дебильный школьник, лет двенадцати, который бегает к девчонке и пытается, пока не видят ее родители, присунуть…
— Двенадцати? — естественно, уловила самую суть Наталья. — По-моему, раньше было другое число!
— Да это я образно, — отмахнулся, — для красивого слова!
— Но ты же знал, на что шел, — справедливо заметил Павел. — Тем более для девяноста процентов родителей девочек этап принятия… факта, что ребенок вырос — сложная штука. В любом случае я бы на твоем месте не экспериментировал и не повторял то, что произошло…
— О-о-о, а я же так хочу этого! — рассматривая содержимое своей тарелки, пытался собрать мысли в кучу. — Это такое дерьмо, — подвел я итог. — Кажется, мне скоро запретят заходить в их дом! Ее мать выживает меня как может…
— Вот ты и столкнулся с самой излюбленной проблемой! Будущая теща-а-а… — усмехнулась Ната.
— Точно, — согласился с ней муж.
— А ты-то что… тебе повезло, — упрекнул я Павла. — У нее, — показал на подругу, — мать адекватная!
— Не спорю! — развел руки в стороны Паша. — Но мой случай не похож на твой…
Я перекрестил на груди руки.
— Будь ты… — ненадолго задумался друг, — способен обеспечить ее ребенка, она бы не так тебя шугала.
Замотав головой, я продемонстрировал свое отношению к этому.
После чего за нашим столом повисла пауза.
— Мда-а-а, — как-то грустно протянула Ната. — Это будет твоя самая главная проблема…
— Либо не будет вообще, — отмахнулся я.
— Брось, сдаваться глупо. По крайней мере, время у тебя есть, — изрек философ, сидящий напротив меня.
— Как будто оно что-то изменит! Ее мать не поменяет своего отношения, потому что вряд ли, когда я решу поссать в каком-нибудь дворе, обнаружу клад на миллиард миллиардов!
Мой друг заметно поморщился:
— А тебе и не надо делать акцент на ней. Делай акцент на нем.
— В смысле? — не понял я Павла.
— Тебе надо добиться расположения ее отца. Если сделаешь это, мама перестанет быть помехой.
— Да с чего вдруг? Она там решает все…
— Не-а, — меня позабавило, как Паша бодро возразил мне, фактически не зная этих людей. — Я тебя уверяю, главный — отец. Мать просто бесится, скажем так.
— Да с чего ты сделал такой вывод?
— Это очевидно.
Мне нравились такие моменты. Когда подобное происходило, Паша напоминал одного из сотни преподавателей, уверенных в том, что то, что они говорят, понятно всем окружающим.
— Неужели? — усмехнулся.
— Как и у моих родителей, — добавил зачем-то друг. — Отец во главе…
— У меня главная точно мама, — протянула его жена.
— Согласен, — подержал друг свою жену. — У Димы тоже главная в семье мать.
— Ха-ха-ха! — подобное еще больше развеселило. — Почему?
— Потому что твой папа не особо… ориентируется в пространстве, — пожал Паша плечами.
— О-о-окей! — не выдержав, я решил его постебать. — Раз об этом зашла речь… — они оба без слов поняли мой вопрос.
Прищурившись, Наталья перевела взгляд в сторону мужа, который в свою очередь смотрел куда-то мимо нас.
— Что? — в конце концов придя в себя, посмотрел Павел на свою избранницу. — Это очевидно!
— Очевидно что? — нахмурившись, поинтересовалась у него жена.
— Ха-ха-ха! — рассмеялся Паша. — Все!
— Так… и!? — грозно произнесла девушка.
А я просто наслаждался моментом их взаимоуничтожения.