Царство бури и безумия (ЛП)

— Сюда, — ворчит Каликс, увлекая меня в конец комнаты, в коридор поменьше. Меня охватывает замешательство. Я оглядываюсь, радуясь, что замечаю темноволосую голову Руэна и белокурую голову Теоса, следующих сразу за мной. На чертежах это место выглядело как одна большая комната. Может быть, так оно и есть? Может быть, коридоры — это секреты, которые даже Регис не смог найти?
  
— Каликс, подожди… — Руэн бросается вперед и хватает меня за другую руку, останавливая топающие шаги Каликса, чтобы меня не разорвало на части между ними. — Долос наверняка захочет увидеть нас с ней.
Со мной? Мои брови приподнимаются над маской. — Мне казалось, ты сказал, что все, что мне нужно делать, — это делать вид?
Рука зажимает мне рот, и взгляд Руэна вспыхивает красным, прежде чем исчезнуть так же быстро, как и появился. Он вздыхает и убирает пальцы от моего лица. — Не говори, пока к тебе не обратятся здесь, — говорит он, как будто понимая, что они забыли сказать мне об этом. — Если к тебе приближается другой Смертный Бог или Божественное Существо, сохраняй вежливый тон и смотри в пол.
— В этом нет необходимости, — огрызается Теос, появляясь прямо у меня за спиной. — Она никуда от нас не денется.
Между ними происходит тихий разговор, но рука Каликса остается на моем предплечье. — Я хочу ее первым, — наконец говорит он, притягивая меня обратно, и Руэн вынужден отпустить меня, чтобы не оставить синяков.
— Она не игрушка, на которую ты можешь просто претендовать, — усмехается Теос.
Другая рука Каликса поднимается, и он прижимает меня вплотную к себе спиной и задницей к своему паху и груди. Глаза наблюдают за нами, даже здесь, в этом коридоре. До сих пор существует множество Смертных Богов и их Терр, которые входят в комнаты и выходят из них, некоторые в состоянии раздевания, а другие полностью одеты. Во всяком случае, ребята выглядят еще более неуместно, чем я.
— Это именно то, что она собой представляет, — спорит Каликс с Теосом, иронизируя над его словами. — Что касается Богов, Кайра — наша игрушка сегодня вечером. Она — наш приз за то, что мы их Крови.
Я сглатываю из-за внезапно пересохшего горла. Что-то упирается мне в зад, толстое и твердое. Каликс, придурок, двигает бедрами напротив меня, прижимаясь ко мне своей растущей эрекцией, когда он наклоняется и сжимает мои бедра, впиваясь пальцами в мои бока, удерживая меня на месте для своих манипуляций.
И Руэн, и Теос выглядят так, словно могли бы зарубить его прямо здесь и сейчас, будь у них хоть какое-нибудь оружие.
— Что? — Насмехается Каликс, наклоняя голову вперед, кладя подбородок мне на плечо и глядя на Руэна. — Неужели ты настолько невинен, что не хочешь увидеть, как она реагирует на всех нас троих, а не только на него? — Он мотает своей челюстью в сторону Теоса, который, похоже, готов разбить ему лицо.
Я не знаю, что сказать или как остановить этот странный поворот событий, чтобы это не скатилось по спирали, из которой нет возврата, но что я знаю точно, так это то, что мне нужно поговорить с Каликсом наедине, и нам с ним нужно поговорить.
Я понижаю голос до едва слышного шепота. — Могу я говорить? — Спрашиваю я.
Все взгляды устремляются на меня. Руэн сглатывает, и он кивает головой.
— Думаю, будет лучше, если я пойду с хозяином Каликсом прямо сейчас, — говорю я.
Руки Руэна сжимаются в кулаки по бокам, но он отвечает не сразу. Каликс выдыхает прямо у моего уха, звук со свистом проносится мимо. — Вау, маленькая Терра, — говорит он. — Уже выбираешь любимчиков? — Он хихикает. — Я впечатлен, что ты можешь быть такой решительной.
— Я не выбираю, — огрызаюсь я, прежде чем успеваю сдержать горечь в голосе, и останавливаюсь, как только осознаю это. Сделав еще один вдох, я выдыхаю его, прежде чем снова начать говорить.
— Я не выбираю, — говорю я снова, на этот раз гораздо спокойнее. — Я ваши «всех вас» но я верю, что если я хочу доказать господину Долосу, что усвоила свой урок, то это тот путь, которым я должна идти.
Теос подходит ближе, и Каликс отодвигается к стене, отводя меня от себя, когда он устраивается в пространстве, теперь крепко держа меня в своих объятиях. Теос останавливается и на мгновение пристально смотрит на своего брата, прежде чем поднять свои закатные глаза и встретиться с моими.
— Ты уверена, что это то, чего ты хочешь? — спрашивает он меня.
Вовсе нет.
— Да, — говорю я. — Терра и другие Смертные Боги больше всего боятся Каликса. Если Долос увидит меня рядом с ним, делающую то, что он приказывает, то наверняка поверит, что я понесла заслуженное наказание, и снова знаю свое место.
От моих слов Теосу становится немного не по себе, но после короткого момента неловкого молчания он кивает. — Тогда мы будем уважать твое решение. — Он смотрит на Руэна, но когда темноглазому Даркхейвену нечего сказать, Теос снова переводит взгляд на меня.
— Мы с Руэном не можем уйти, пока празднества не будут в самом разгаре, — говорит он мне. — Итак, мы будем поблизости, но направимся в зеленую комнату, где находятся некоторые из более… консервативных Богов и Смертных Богов. Найди нас там, когда закончишь делать то, что должна.
— Благодарю вас.
Руэн не говорит больше ни слова, поворачивается и уходит по коридору, даже не потрудившись дождаться Теоса.
Теос, к моему удивлению, поворачивается ко мне и наклоняется вперед, обхватывая мою щеку рукой, когда его губы касаются моих. Поцелуй мягкий и нежный, совсем не похожий на те, что были той ночью, которую мы провели вместе. Тем не менее, это приятно, а иногда нежность необходима. Итак, я позволяю ему поцеловать себя и целую его в ответ, открывая для него рот таким образом, что он углубляет нашу связь. Его язык скользит по моей нижней губе, прежде чем проникнуть внутрь. Искры пляшут по моим нервным окончаниям. Грубый звук женского раздражения и ярости достигает моих ушей, но Теос не поднимает глаз, и я тоже. Он продолжает неуклонно целовать меня, и женский шум возмущения затихает, когда до нас доносится эхо топающих шагов. Я лишь смутно осознаю, как Теос убирает язык, а затем, как только он заканчивает поцелуй, он прикасается своими губами к моим, один, два, три раза.
Он ушел слишком быстро. Исчезая в направлении Руэна так быстро, что у меня даже не было шанса по-настоящему ощутить странное ощущение от того, что член Каликса трется о мою задницу, а его руки обхватывают мои бедра, прижимая меня к себе, пока его брат целует меня. Этот аморальный поступок должен был вызвать у меня чувство отвращения, но этого не происходит. Совсем наоборот.
— А теперь, — говорит Каликс, дыша мне в шею, когда он протягивает руку и убирает мои волосы в сторону, чтобы самому поцеловать меня в затылок. — Поговорим ли мы о твоем обмане до или после того, как устроим шоу для Богов и Смертных Богов нашей прославленной Академии, Кайра Незерак?
Глава 22
Кайра
Каликс Даркхейвен — придурок, и он играет со мной. Теперь, когда меня вытряхнули из моей собственной проклятой головы и страха, я обнаруживаю, что во мне снова поднимается гнев. Горячий и бушующий, словно я заживо киплю внутри собственной ненависти, я позволяю ей разгораться, пока руки Каликса скользят по моему телу. Вверх и вниз по моим бокам, его руки скользят под прозрачную ткань моего платья.
  
Он не запускает свои пальцы слишком далеко, что меня удивляет. Я ожидаю, что он сорвет чашечки моего лифчика и даже крошечный лоскуток ткани у меня между ног и трахнет меня прямо здесь, стоя у стены. Он этого не делает. Каликс просто гладит меня и дышит на мою кожу, напевая что-то в глубине своего горла. Проходит несколько долгих минут, прежде чем я понимаю, чего он ждет. Меня.
— Давай, — говорю я, высвобождаясь из его объятий и зная, что я права, когда он легко отпускает меня. — Я хочу поскорее покончить с этим.