Суженая. Прощать или не прощать? Вот в чём вопрос! (СИ)
Позади слышится оглушающий мучительный рев надежды.
Поворачиваюсь и вижу горящий лес, но меня тянет туда. Как и в случае с леопардами, я нисколько не боюсь, вступаю прямо в огненную стихию. Она ластится ко мне, а я чувствую что-то родное и самое дорогое сердцу. Это пламя любит меня, готово заботиться и отдать частичку себя. Навсегда!
Поверить? Да, всеми фибрами души ДА!
Огонь ласковой волной проходит по рукам, немного опаляет спину и гладит по голове, растрепав прическу. Через некоторое время он начинает спадать, и я наконец вижу того, точнее, тех, кто владеет этим огнем.
Три дракона несмело перебирают лапами. Огромные кожистые крылья то поднимаются вверх, то спадают на спину. Три головы одновременно тянутся ко мне, драконы заглядывают в глаза, ища подтверждение моего выбора.
Черный как смоль, шоколадный и огненно-рыжий — все трое с надеждой и теплотой смотрят на меня.
Протянув обе руки вверх, дотрагиваюсь до чуть шершавой головы черного. Чешуйки размером с мою ладонь не ранят меня, лишь чуть царапают кожу. Ласково глажу огромную морду, не боясь крепких треугольных зубов-кинжалов. Большие глаза с вытянутым зрачком смотрят с нежностью и, когда моя ласка нравится особенно, с удовольствием прикрываются веками.
Сзади, со стороны шоколадного, меня обдает небольшим столбом дыма, но, что странно, гарью не пахнет. Такое ощущение, что ни их огонь, ни дым не могут навредить мне. Даже не учитывая мою защиту, которую обеспечивает кулон, — сами по себе не могут, а наоборот, оберегают и заботятся.
— Я не забыла про тебя, — протягиваю руки ко второму и тут же — к третьему.
Глажу, прижимаюсь своей щекой к огромной морде и чувствую себя счастливой. Каждый из них пытается урвать немного прикосновений, и если рука отнимается от твердой шкуры, я тут же получаю легкий толчок в спину или плечо лобастой головой.
— Хм… А ты ничего. Мне нравишься, — раздается позади меня звонкий мальчишеский голос.
— Правда они красивые? — улыбаясь, я разворачиваюсь, чтобы видеть, кто со мной говорит.
— Еще бы! — закатывает он глаза, затем глядит снисходительно и принимает расслабленную позу, сложив руки на груди.
Мальчишке на вид лет десять. В белой рубашке, свободных черных брюках с какой-то замысловатой вышивкой, напоминающей руны. Босой, лицо в веснушках, а вот волосы… Длинные, ниже талии, они переливаются тремя цветами — от иссиня-черного до шоколадного с прядками огненно-рыжего — и, кажется, существуют сами по себе. При каждом движении мальчика они перекатываются волнами и меняют цвет, но только в пределах трех оттенков.
— Ты кто и как здесь оказался? — интересуюсь я.
Две огромные головы чуть ли не ложатся мне на мои плечи, устраиваясь по бокам. Третий же нависает сверху, тоже с любопытством посматривая на мальчика.
— Хм… Это неважно. Главное, что ты мне понравилась. Из тебя выйдет хорошая мама. Первый крик напоит меня силой, наконец-то я смогу избавиться от этого тела, — с пафосом произносит ребенок.
— Какой еще крик? — с недоумением спрашиваю я. Паренек вопрос игнорирует.
— Ты выбираешь их? Я правильно тебя понял? — деловито интересуется мальчуган.
Я поворачиваюсь назад, снова прижимаюсь лбом к дракону, в этот раз к огненно-рыжему.
— Я уже без них не могу, — шепчу я, и громче: — Да, я сделала выбор.
— Ну что ж, я принимаю его. Только… что мне с ним делать? — спрашивает мальчишка.
Повернувшись, я вижу, что за стеной огня стоит Сергей и с холодной яростью смотрит на меня и драконов.
Тяжесть и застарелая, въевшаяся боль резко толкает в грудь. Прикрыв глаза и сглотнув набежавшую слюну, я собираюсь ответить, но не успеваю.
— Ты не хочешь слышать? Или слушать? — спрашивает необычный ребенок.
— А есть разница? — шепчу я. Разом куда-то делись силы, и меня начинает тошнить.
— Еще какая! — хмыкает он. — Хорошо, нерешительная ты моя, в этот раз я дам тебе шанс. И ему тоже, — и уже жестче: — Я принимаю решение!
Мальчик взмахивает рукой, и завеса огня падает. Сергей вступает к нам, обнимает мои плечи, целует в макушку. От его ярости не осталось и следа, в глазах плескается лишь беспокойство и боль.
— Только помни: при вступлении в брак тебе откроется все, но и им тоже. Впереди — трудное решение. Сможешь переступить через себя? Выбрать правильный путь? Доказать, что я не напрасно трачу силы и допускаю тебя в этот круг? — раздается уже отдаленно голос мальчика.
— А они? Они достойны твоего допуска? — спрашиваю я, так как волна возмущения поднимается в груди.
— О! Я рад твоим вопросам! Значит, не все потеряно, — улыбается лучезарно паренек.
В этот момент туман заволакивает все вокруг, а тошнота усиливается.
Открыв глаза, я наконец-то осознала, что снова нахожусь в зале. Запястье левой руки жгло, но боль уже уходила, и я смогла различить четыре нешироких браслета, впитывающихся в кожу и тускло сияющих. Когда они полностью погрузились, боль окончательно прошла. Чтобы тщательней рассмотреть браслеты я поднесла руку к лицу и тут заметила, что на ладони пульсирует золотая округлая метка.
Вдруг справа раздался оглушительный стон, затем рык, и эльфийка стала менять форму. Платье трещало по швам, она стонала и продолжала рычать. Но не только она изменялась. Меняли свои формы еще минимум четыре девушки.
А Галя? Галя стояла по левую руку от меня. С прямой спиной, отрешенным взглядом, сжатыми от отчаяния губами. Лишь единственная слезинка скатилась из ее глаз. Она молниеносно смахнула непрошеную влагу, и вот уже перед нами гордая женщина, принявшая решение, которое изменит ее судьбу навсегда.
Глава 10
Тем временем рык-стон продолжился, платье окончательно разлетелось по швам, и вот уже вместо эльфийки рядом с нами находится невысокая, по сравнению с орками, миловидная… орчиха. Или, может, орк женского пола? Женщина-орк? М-м-м, что-то меня занесло.
К ней тут же подскочили, я так понимаю, те орки, которых она выбрала или, лучше сказать, которым магия поспособствовала. Накрыли ее объемными плащами и повели за собой. Испугавшись своего вида, бывшая эльфийка сначала оторопело посмотрела на них, потом на себя, ее рот беззвучно то открывался, то закрывался. Девушка безмолвно следовала за парнями, и ее обняли два мощных орка, нежно поглаживая по спине. И тут до нас донеслись ее всхлипы и причитания. Она что-то выговорила им, но слова я разобрать не могла.
На этом сюрпризы не закончились. Рядом с нами стояли две гномки, прикрывая свои телеса вдруг вмиг оказавшимися им большими, только не в ширину, а в длину, платьями, то же местами порванными. Они ошарашенными глазами рассматривали свои руки, а потом наконец-то заметили бороды и взвизгнули одновременно.
Судя по бывшей одежде — это были те две женщины с открытыми декольте, которых я первыми встретила здесь из женского пола. Я даже испугалась, что сейчас будет истерика, и приготовилась к бабьим страданиям. Но девицы поразили: они снова оглушительно взвизгнули, точнее, басом вскрикнули, чуть ли не подпрыгнули на месте и понеслись по залу вперед. Притормозили перед собравшимися гномами. Я не поняла, кто есть кто, но тут одну из них дернул на себя гном, вокруг которого стояло еще четверо соклановцев. А вторая побежала к оставшейся четверке. По-видимому, девицы сами не сразу разобрались в чей клан вошли.
Я же растерялась и не понимала, что делать дальше, но тут раздался магически усиленный голос мага:
— А вам что, особое приглашение надо? Выбор сделан, подходите к своим парам! — прикрикнул он раздраженно.
Я мысленно выдохнула и, расправив плечи, пошла прямо, глядя на чуть напряженную троицу. Подошла ближе к драконам и нерешительно затормозила.
Брюнет выставил руку вперед, предлагая мне войти в их круг. Я неуверенно вложила в его ладонь пальцы, потом, заметив чуть насмешливый взгляд рыжего и какой-то пустой шатена, решилась окончательно. Опираясь на твердую руку, я сделала последние шаги и оказалась практически прижата носом к груди брюнета.