Крепость над бездной (СИ)

Там было далеко не так интересно, как в гаражах, тем более что куратор сразу сообщил, что все башни крепости устроены по единому принципу: просторный подвал, он же склад и он же технический этаж; здесь же — подземные переходы, связывающие всю крепость единой сетью тоннелей; жилой первый этаж, где располагались казармы и подсобные помещения; второй этаж, где находились комнаты техников и сложное оборудование, кабинет начальства… а у каждой башни имелся свой командир, который, как и все, подчинялся напрямую коменданту… а также просторный операторский центр, куда стекалась информация с камер и датчиков, расположенных в непосредственной близости от аномальной зоны. Ну и боевой третий этаж наконец, где имелся свой мини-арсенал, места для размещения личного состава. Тогда как на крыше каждой башни и в непосредственной близи от нее имелось несколько грамотно оборудованных огневых точек, в которых тоже постоянно дежурили люди.
Само собой, нам там находиться было не положено, но в качестве исключения лэн Остэн провел нас по кабинетам, показал, где что находится. Заодно познакомил с операторами «нашей» башни, которая имела порядковый номер два. Дал взглянуть, как ведется наблюдение за аномальной зоной. Позволил задать несколько вопросов дежурным операторам. Затем провел по коридорам, попутно рассказывая, кто и где из военнослужащих несет вахту, чем при этом занимается и за что отвечает. Заодно провел инструктаж по технике безопасности. Ну а после этого отвел в конец коридора и представил командиру второй башни — лэну Оргэ Рано-Хатхэ, человеку, который на протяжении всего следующего месяца будет отвечать за нас перед комендантом.
Лэн Рано-Хатхэ оказался уже немолодым, лет шестидесяти навскидку, но еще крепким, с военной выправкой, темноволосым усатым здоровяком, который при виде нас явственно нахмурился. Наше присутствие его определенно не порадовало, но раз начальство распорядилось, то и ему, и нам придется с этим смириться.
Правда, при виде Дэма его лицо несколько разгладилось. А когда ему сообщили, что первокурсников в нашей группе всего семеро, он и вовсе удовлетворенно кивнул.
Самого коменданта мы, к сожалению, не увидели — он обитал в башне под номером один, которая находилась чуть севернее нашей, но при этом была раза в полтора шире. Зато лэн Кайра назвал его имя, я чуть не поперхнулся, узнав, что в настоящее время командует крепостью не кто иной как лэн Нардэ Хатхэ, младший сын мастера Даэ и родной дед Арли.
На дне ее рождения он, правда, не присутствовал, хотя и числился среди ближайших родственников. Так что лично знакомы мы не были. Но в Сети его фотографий имелось предостаточно, так что заочно я его, можно, сказать, все-таки знал.
Сейчас же меня гораздо больше занимал третий этаж башни и особенно крепостная стена, на которую лэн Кайра тоже не поленился нас провести. И я, разумеется, одним из первых подошел к краю, после чего свесился между зубцов и жадно оглядел раскинувшееся внизу зеленое море.
Ух, высоко!
Если учесть высоту стен и глубину котлована, то получалось, что от его дна нас отделяло почти такое же расстояние, как если бы я находился на высоте восьмого этажа обычного многоквартирного дома!
Причем на первый взгляд пространство между крепостными стенами ничем особенным не выделялось. Да, оно было большим. И действительно оказалось до упора засеяно сочной травой, тесно стоящими кустами и даже молоденькими деревцами, которые освобожденно тянули ветки к небу, благо конкуренции в виде деревьев-великанов у них не было. Там же, под ними, судя по аурам, водилась масса мелкой живности. Однако никаких признаков того, что именно здесь время от времени случаются пространственно-временные разрывы, я не заметил. Ну, кроме довольно широкой дорожки, похожей на выложенную черным камнем полосу под самыми стенами, на которой почему-то не росло ни единой травинки.
К сожалению, досконально проверить, что и как, я не смог — Эмма с момента нашего прибытия благоразумно свернула найниитовое поле, поэтому с некоторых пор могла видеть и слышать лишь то, что видел и слышал я.
 
Предосторожность, кстати, оказалась нелишней — пока мы осматривали башню, мимо нас прошло несколько вооруженных до зубов бойцов в одинаковой черной униформе и с найниитовыми чипами в головах. И эти парни, полагаю, были далеко не единственными, кто носил подобные маготехнические устройства, поэтому Эмма вела себя тише воды ниже травы.
Не знаю, правда, как именно наличие чипов соотносилось с запретом на использование маготехники и насколько они были привлекательны для дайнов. Но, наверное, не привлекательнее других приборов, иначе бойцы предпочли бы остаться без найниита, нежели превратиться в первоочередную цель для потусторонних тварей.
И все же над аномальной зоной далеко не все было так спокойно, как казалось. Хотя, полагаю, из всей нашей группы только я мог увидеть, как над всем этим зеленым изобилием медленно кружит огромный, майнов пятнадцать в высоту, то есть возвышающийся над стенами майна на четыре и искусственно отграниченный от всего остального мира разноцветный шар, похожий на забытый в корзинке гигантский клубок из спутанных разноцветных нитей.
Причем, если хорошенько присмотреться, можно было увидеть, что каждая нить плавает в воздухе по отдельности, по своей собственной траектории. Просто делает это так медленно, что это сложно заметить. И все вместе это смутно наминало огромный величественный водоворот, при виде которого мне, откровенно говоря, стало не по себе.
— Обратите внимания, лэны, — отвлек меня от созерцания магической аномалии куратор. — Вдоль периметра аномалии, непосредственно на крепостной стене, находятся тридцать шесть стационарных огневых точек, оснащенных преимущественно крупнокалиберными станковыми пулеметами. В спокойные периоды орудия находятся на консервации, однако при необходимости их можно привести в боеготовность в течение всего четверти рэйна. Помимо этого, в стенах крепости имеются раздвижные панели, за которыми располагаются огнеметные системы нескольких типов. Часть из них позволяет производить поражение на большой площади на расстоянии до сотни майнов, но большинство все же рассчитаны на работу в пределах заградительной полосы. Они предназначены для сдерживания дайнов, которые обрели материальную форму. Таких дайнов здесь обычно называют «матами», сокращенно от «материальные». Дайнов, которые еще не успели обрести материальную форму, соответственно, называют «нематами». Так вот вам могло бы показаться, что в условиях наличия магической аномалии было бы целесообразнее оснастить все огневые точки мощными огнеметными системами последнего поколения. Однако против «нематов» они бесполезны, тогда как бездумное уничтожение биомассы, как вы понимаете, неминуемо приведет к увеличению их количества. Исключительно по этой причине работу огнем по площади мы используем лишь в особых случаях, когда число «матов» существенно превышает количество «нематов», а сохранность биомассы больше не имеет значения. В стандартных же ситуациях порядок действия обычно следующий…
Лэн Остэн на мгновение умолк и прицельно нас оглядел. Но убедился, что его внимательно слушают даже старшекурсники, и спокойно продолжил:
— На этапе открытия разлома, когда количество «матов» еще невелико, огонь ведется преимущественно по краям аномальной зоны с упором на сохранение имеющейся биомассы. Огнеметы, работающие на сравнительно короткой дистанции, для нас по понятным причинам предпочтительнее. Поддержка со стен огнестрельным оружием осуществляется по такому же принципу, причем это касается и стационарных, и мобильных огневых точек — все они работают преимущественно по периферии, то есть вблизи или непосредственно в зоне заградительной полосы. Вот она, идет под самыми стенами…
Он указал на лишенную растительности полосу.
— Как видите, зелени там нет. Это сделано умышленно, чтобы как можно дольше удерживать дайнов в пределах аномальной зоны. При этом под камнями проложены огнеупорные трубы с легко воспламеняющейся газовой смесью. Во время открытия разлома открываются специальные клапаны, а выходящий под давлением газ поджигается, что дает нам дополнительную защиту от «матов», позволяя сократить затраты боеприпасов и минимизировать контакт людей с дайнами. Однако по мере того, как «матов» становится все больше, а количество биомассы, соответственно, сокращается, дальность поражения неуклонно растет. Материализованные дайны видны невооруженным глазом, поэтому командиры сами определяют дальность и плотность огня на своем участке. А если стационарные средства поражения не справляются, то на помощь им приходит поддержка с воздуха. При той скорострельности, которую способны выдать станковые пулеметы и особенно наши «вертушки», дайнов буквально разрывает в клочья. Причем так быстро, что они даже на стену вскарабкаться не успевают. При стандартном разломе остановить их не составляет труда, главное — иметь достаточный резерв биомассы и запас боеприпасов, но с этим в крепости проблем, как правило, не бывает. На самый крайний случай биомасса также выращивается и хранится в стенах самой крепости, и ее тоже можно использовать для сокращения числа «нематов». Однако самые большие сложности возникают в случае, если разлом оказывается чрезмерно большим, а количество дайнов резко превышает их обычное для данного разлома число.