"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Тут уже поднялся вовсе невообразимый гвалт. Пората снова схватили и вытолкали наружу. Следом выскочили аборигены, дверь захлопнулась, и в главном помещении по звукам, доносящимся оттуда, начался сумасшедший погром. «Только бы дом не подожгли, – озабоченно подумал Валентин. – Хотя нет, не должны – нам ведь обещаны какие-то испытания… Тьфу ты, будь всё проклято!.. Что ж за непруха такая?»
Только через полчаса или около того наступила тишина. «Осьминог», казалось, спал, не подавая признаков жизни.
– Ну что, друг, и ты попался? – хмыкнул Валентин, когда тот наконец щёлкнул клювом и открыл круглые глазища, вперив немигающий взгляд в капитана. – Хорошего мало, я понимаю. Не вешай нос! Клюв, я хотел сказать…
Илк Оу снова щёлкнул, моргнул и что-то прошелестел.
– Перевод! – приказал Валентин шлему.
«Осьминог» пробулькал что-то ещё. Потом тихонько завыл.
– Ну-ну, – успокаивающе проговорил Валентин. – Со всеми бывает…
Динамики шлема издали жуткое кваканье. Монстр завыл ещё сильнее.
– Почему всё так, почему всё так… – услышал перевод с «осьминожьего» языка капитан. – О горе мне, горе великое!
– Знаешь, давай по порядку, – попросил Валентин. – Кто ты и что ты тут делаешь?
– Знай же, о, чужеземец, не из этих я мест диковинных! – сказал Илк Оу. – Занесло меня сюда странным образом, и судьба моя чудна и непонятна. Описывать её полностью – что звезду пытаться взять в руки, что море выпить или поцеловать Принцессу из Сиреневой Раковины… Что сказать тебе, о пришелец из неведомой страны? Что может передать мой жалкий пищевод такому страннику, как ты?
«Витиевато, – с определённым уважением то ли к словесам инопланетянина, то ли к возможностям транслятора, подумал Валентин. – Прямо „Тысяча и одна ночь“…»
«Осьминог» пошевелил кончиком щупальца и громко щёлкнул клювом:
– Странно всё это и не познаваемо, о, мой друг по несчастью! С ума сошло Мироздание, и даже Создатель, да простит он мои крамольные мысли, не в силах разобраться, где правда, а где ложь, где его творения, а где чудища из миров запредельных…
– Кто ты и откуда, досточтимый путешественник? – поинтересовался Остапенко, подделываясь под стиль своего товарища по заключению.
– Мы – шаванаки, знаменитые герои из славного рода ивукков.
– Весьма польщён, очень приятно! А я с планеты Земля, – представился Валентин.
– Не знаю такой страны, – Илк Оу помолчал. – А тебя как звать, храбрый рыцарь?
– Валентин. А твоё имя, как я слышал, Илк Оу, верно?
– Да, таково моё имя в первой ипостаси. О, горе мне… Но можешь звать меня и так, о, замечательный Валентин.
– Значит, ты – шаванак? – переспросил капитан. – Ваша родина далеко отсюда? За морем? Или за горами?
– Нынешнее расстояние до моей родины мне совершенно неведомо, к величайшему сожалению! Но, как говорят мудрецы из Мфумфы, нет расстояния, которое не смогли бы преодолеть горе, печаль и разруха – эти три столпа, на которые опирается Чвамрль, внебрачный сын Желтого Сатаны.
Валентин закатил глаза и вздохнул – разгадкой здесь явно и не пахло.
– Насколько я понимаю, досточтимый Илк Оу, этот мир не родной для вас? – поинтересовался он.
– Абсолютная истина, сосед мой по тюремной раковине! Здесь слишком холодна, глубока и пуста окружающая сушу вода – эта святая из святейших субстанций, дающая жизнь, радость бытия и чудное ощущение соития с самками! Здесь слишком печальна водная могила!
– А небо? – допытывался Валентин. – Небо здесь тоже другое?
– Небо? – Шаванак помолчал. – Небо, о, несравненный землянин, оно тут странное. Сверкает точками непонятными, будто чьи-то глаза!
– Точками? – не понял Валентин.
– О, да ты ещё не узрел это? Чудное видение! Но только по ночам, ибо днём огромный огненный шар катается по небосводу и несёт жар, иссушающий тело, душу и мысли.
Капитан сообразил, что, видимо, в мире Илк Оу царит постоянная облачность.
– Ты давно здесь? Как попал сюда?
– Это случилось на шестой год Апокалипсиса, мой догадливый Валентин. Мы отправились на поиски рич-ха, которая особенно хороша была в то время года. О, рич-ха, так вкусна!.. Ты когда-нибудь ел её?
 
– К сожалению, нет, – ответил Валентин. Разговор был крайне неинформативен, хотя упоминание Апокалипсиса его ничуть не удивило. – Расскажи, как именно ты здесь очутился.
«Осьминог» начал долго и пространно описывать свои злоключения. Из рассказа Валентин понял следующее. Илк Оу был представителем расы шаванаков – спрутообразных существ с внутренним скелетом, ведущих жизнь амфибий на одной из планет во Вселенной. Цивилизация их достигла уровня, аналогичного раннему средневековью Земли, в частности, там была известна письменность, колесо, мореплавание, металлические орудия труда, изобрели порох. Шаванаки были очень религиозными, и хотя до фанатичности, по словам Илк Оу, не доходило, вера пронизывала буквально все сферы их жизни.
Некоторое время тому назад на Шавантеу, точно так же как и на Земле, произошла Катастрофа, в результате которой планета оказалась разделённой на Зоны неизвестным силовым полем. Разумеется, шаванаки приняли это на свой счёт, объяснив карой Божьей. Какие при этом произошли катаклизмы в обществе в целом, Илк Оу рассказать не захотел, да и не мог, но Валентин понял, что начались бесконечные «Варфоломеевские ночи» и тому подобные разборки, как на «высшем» политическом, так и бытовом уровне.
Группа охотников во главе с Илк Оу специализировалась на добыче рич-ха – существа, напоминающего ежа, но размером с крупного кабана. Катастрофа практически не повлияла на количество этого деликатесного, хотя и опасного животного, и клан Илк Оу, проживающий в глухой провинции, держался исключительно за счёт этого промысла. Как-то раз они высадились на одном из островов гигантского архипелага и наткнулись на переход.
В тот момент арка работала, и восемь шаванаков (из одиннадцати охотников отряда) перенеслись в этот мир, решив, что попали в некое отражение Ада, мифология которого у них была очень развита. «Осьминоги», думая, что оказались в западне, отправились искать другие пути, чтобы попасть домой. Поплутав по острову и не встретив никого из знакомых божеств, ни положительных, ни отрицательных, шаванаки наткнулись на примитивное племя Островных Людей, как они сами себя называли. Из-за своего необычного вида и более высокого развития группа «осьминогов» быстро стала для туземцев богами.
К удивлению капитана, это событие произошло достаточно давно, порядка нескольких земных лет тому назад, что подтверждало не одновременность Катастрофы на разных планетах.
Самым сложным явился языковой барьер. Речевые аппараты у аборигенов и «осьминогов» разнились настолько, что воспроизвести звуки речи друг друга было проблематично. Однако жесты, это универсальное средство коммуникации, оказались пригодны для выражения основных понятий обеих рас, и, в конце концов, взаимопонимание оказалось достигнуто.
На момент появления шаванаков у Островных Людей туземцы не знали ни лука, ни веревок, ни других технологий, как-то гончарного дела или строительства хижин-мазанок. Пришельцы научили их этому, что способствовало укреплению авторитета «осьминогов».
Однако для шаванаков ситуация складывалась не так гладко, как это могло показаться на первый взгляд. Несмотря на то, что они были на привилегированном положении, численность их уменьшалась. Кто отравился неподходящими плодами, кто погиб от укуса ядовитого насекомого или в бою с соседними племенами, кто покончил с собой в порыве отчаяния, а кто исчез в переходе, пытаясь вернуться домой. Илк Оу так и не решился снова испытать судьбу, воспользовавшись аркой, так как был свято уверен, что попадет на следующий круг Ада, а это его не устраивало. Таким образом, последние несколько месяцев «осьминог» провёл уже в одиночестве, без своих собратьев.
Однако пару лет назад у шаванаков родилось новое поколение, те самые «осьминожки», бегавшие вокруг тарлан и землянина. О механизме размножения Валентин расспрашивать не стал. К сожалению, в результате восстания аборигенов Илк Оу потерял с детьми связь и не знал, что будет с ними дальше, однако ничего хорошего от Островных Людей он не ждал.