"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

– Говорит, что не жилец, – прокомментировал Гончаров.
Неожиданно инопланетянин, собрав остаток сил, потянулся к карандашу и изобразил книгу, на обложке которой нарисовал значок, очень похожий на кружок с мерседесовской звездой. Уронив карандаш, Пятачок ткнул пальцем в сторону книжной полки.
После недолгих поисков Пётр нашёл указанный томик. Открыв его, он увидел, что все страницы испещрены мелкими буковками. Текст, без сомнения, был печатный, а сам шрифт имел сходство с грузинским или армянским, но, судя по всему, строчки располагались вертикально. Получив книгу, инопланетянин благодарно кивнул, положил томик на грудь, а поверх него сложил руки.
– Что будем делать? – поинтересовался Домашников.
– Судя по всему, он собрался тихо отойти в мир иной, – констатировал майор. – Полагаю, вмешиваться не стоит, хотя… Конечно, можно его и увезти, но стоит ли в такой ситуации? Ведь явно не довезём.
– Что ж, как мне самому ни хотелось бы вернуться вместе с инопланетянином, но такова его воля. В конце концов, кто мы такие тут, чтобы решать за него?
Пятачок лежал, закрыв глаза, и что-то тихо шептал, шевеля сморщенными губками.
– Молится, – уверенно сказал Гончаров. – Книга-то, наверное, вроде Библии.
Домашников кивнул, и они тихо вышли из каюты. Уходя, инженер прихватил несколько книг и альбом, в котором они рисовали.
– А лодку-то нашу – того, почикали! – вдруг вспомнил Пётр. – Всё равно придётся Фёдора вызывать.
– Ясно-понятно!
Майор вызвал Исмагилова по рации и распорядился снять их с борта судна. Сам он пока за верёвку с «кошкой» вытащил пропоротую лодку, и скатал её, чтобы потом по возможности починить.
Домашников тем временем в качестве образцов инопланетной культуры подобрал несколько сабель, какой-то, судя по всему, медный подсвечник и несколько других предметов утвари свинолюдей.
– Слушай, – сказал Гончаров, – а вот штука, которую рисовал Пятачок и которая их подбила, никак на «конфетницу» не похожа. Прямо летающая «тарелка» какая-то. Интересно, кто это и что они тут делают?
– А что у нас делали «конфетницы»? Что здесь делаем мы? Может, тоже какие-то господа из других миров на разведку сунулись?
– И сразу начала стрелять по безобидному кораблю?
– Откуда мы знаем, как всё было на самом деле? Может, свинки взяли да и пальнули по «тарелке» из пушки, как лобстеровские бандиты – по «конфетницам»? Вот и получили в ответ. Я думаю, что надо поскорее отсюда выбираться и готовить более серьёзные экспедиции. Самое главное мы выяснили: тут можно спокойно дышать, хоть и радиационный фон повышенный, и тут есть другие Арки. Да и в нашей Зоне тоже есть другие Арки. Значит, для исследований – непочатый край.
Фырча и буравя воду, подплыл БТР. Фёдор и даже Семён Ефимович хотели взобраться на борт судна, но Гончаров не дал им полюбоваться зрелищем: солнце висело уже совсем низко над лесом.
Во избежание никому не нужных приключений решили возвращаться проверенной дорогой по уже проложенной в лесу просеке, а потом вдоль реки, по которой так неожиданно пришлось плыть. Теперь путь занял гораздо меньше времени – Фёдор ехал значительно быстрее, и каменистую гряду удалось миновать даже ещё засветло. Не останавливаясь, на ходу наскоро перекусили консервами и захваченными из дому овощами.
– Ох, и нахватали мы инопланетных микробов, – покачал головой Пётр, тем не менее с аппетитом жуя тушёнку. – Да и рентгенчиков тоже!
– Чему быть, того не миновать, – напомнил Гончаров. – Сам же говорил.
– Сейчас бы Петиного самогончика… – мечтательно сказал из водительского кресла Фёдор и покосился на одну из пятилитровых канистр, прихваченных Домашниковым «на всякий случай».
– Я тебе дам – самогончика, – шутливо пригрозил Гончаров. – Во-первых, ты за рулём, а во-вторых, наша экспедиция – это фактически боевой рейд на вражескую территорию. Видели же, что тут не всё тишь да гладь? Так что выпивку можем себе позволить, только находясь в безопасном месте, да и то понемногу.
– А кто же говорит, что помногу? – парировал Исмагилов. – Товарищ майор, мы меру знаем.
 
– Ладно, Фёдор, – прервал Гончаров, – дискуссии на данную тему закончены. Давай я тебя сменю – поешь пока, но никаких выпивок.
– Кстати, алкоголь помогает организму противостоять ионизирующим излучениям, – заметил Пётр. – Нам всем стоит немного выпить, кроме шуток. Вообще надо было с самого начала, я просто как-то забыл.
– Думаешь? – с сомнением спросил Гончаров.
– Уверен, медицинский факт! Разве ты не слышал?
Гончаров усмехнулся – «ну, если факт!» – и налил всем по сто граммов.
В серых унылых сумерках выехали к тому месту, где удалось выбраться из реки на берег. Все уже думали, что возвращаться придётся в свете фар и полной темноте искать Арку, как вдруг из-за горизонта показался край огромного оранжевого серпа. Местная луна выглядела раза в четыре больше, чем земная, и хотя сейчас время приходилось далеко не на местное полнолуние, тундра окрасилась удивительно тёплым янтарным светом.
Стало намного светлее, чем в самые лунные ночи на Земле, что позволяло легко держать направление. Кроме того, прекрасным ориентиром служила река, воды которой поблёскивали справа от машины.
Исмагилов был отличным водителем, да и майор ориентировался на местности великолепно – сказывалась большая боевая практика. Когда оранжевый серп оказался на полпути к зениту, впереди замаячила Арка, которую все встретили как старую знакомую.
Домашников установил датчик на опору Арки, но лампочка индикатора работы Перехода молчала, да и на ощупь никакой вибрации не ощущалось. Поэтому приняли решение караулить момент включения. Поскольку никто пока не знал продолжительность здешней ночи, условились дежурить по два часа, а дальше – как получится.
Радиационный фон в данной местности держался на том же уровне, что и днём, но заметно похолодало – термометр показывал уже минус шесть, и чтобы не мёрзнуть в стальной коробке, оставили работать двигатели БТР на малых оборотах.
Разыграли дежурство по два часа – выпало заступать Исмагилову, потом Гончарову, а Петру досталась третья очередь. Семёна Ефимовича, несмотря на его протесты, не включили в список, приказав отдыхать.
Однако сон ни к кому не шёл. Уже заканчивалось дежурство Фёдора, а люди всё сидели и обсуждали первый день, проведённый в чужом мире, встреченного инопланетянина, который остался умирать на своём судне, и планы возможных будущих экспедиций. Арка всё не включалась, а ночь явно не заканчивалась, и в конце концов майор всё-таки погнал всех спать.
Спали спокойно, но миновала очередь Петра, начался новый цикл дежурства, ночь продолжалась, а Переход не открывался.
Кутаясь в одеяло, Пётр вдруг вспомнил жену и дочку. Вот, у майора есть шанс добраться до своих, слабый, но есть, а у него, Петра Домашникова, такого шанса уже нет. «Но я, чёрт побери, постараюсь добраться до тех, кто порезал на куски Землю, – подумал он, засыпая. – До тех, кто, фактически умертвил мою семью и ещё многих и многих людей… Да и за Пятачка тоже стоит поквитаться – мужественный парень, ничего не скажешь, хоть и похож на свинью. И майор явно тоже настроен не одними изысканиями заниматься…»
Ему снилось серое море, по которому он каким-то образом бежал с автоматом в руках, пытаясь догнать летевшую низко над водой «тарелку», очень похожую на те, что любили изображать в фантастических фильмах. Из кабины высовывалась свиная рожа с тигриными клыками и стреляла в Петра шаровыми молниями, которые с электрическим треском взрывались вокруг, местами поджигая серую воду.
Потом море вдруг потемнело и сделалось сушей – ночной, холмистой равниной, над которой, закрывая полнеба, вставал завалившийся набок серп оранжевой луны. Домашников остановился, не понимая, как же он упустил «тарелку» с гнусным свинотигром – ведь именно эта тварь виновата в бедах, постигших все без исключения миры. Свинотигры и поделили миры на Зоны, а всех – и расу людей, и расу «пятачков», и даже расу тех, кто владел чёрными машинами, превратили в этих Зонах в настоящих зэков. Эти инопланетные обезьяны просто прикидывались глупыми, вот Пятачок – он так и не понял, что свинотигр на самом деле виноват во всём, и наивно полагал, что это просто его свиноподобные родичи. Более того, даже сам майор Гончаров на такое купился.