"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Точно. Причём, заметьте, как он прекрасно сделал вид, что именно я предложил тащить вас всех под землю. Смешно, да? – улыбнулся Ромунд.
– Да уж… А что? Вызнал что-нибудь? – поинтересовался Бочонок.
– Пока только отрывочно. Кстати, тот мёртвый менталист сделал нам большой подарок.
– Что? Он же чуть из тебя душу не вырвал! – всплеснула руками Альма.
– Чуть не считается, – улыбнулся маг. – Не знаю, его ли была предсмертная воля, или каких-то иных сил, но я будто вернулся назад и побывал в его шкуре за несколько дней до того, как здесь всё полетело к чертям. Могу сказать определённо: они знали, что здесь начнётся.
– И ничего не предприняли? – изумился Бочонок.
– Да нет… У них был какой-то план. И, похоже, менталисты приступили к его исполнению. Могу сказать одно: все ответы – ещё глубже под землёй.
– И что же там такого?
– Первое – архив, – сказал Ромунд. – А вот второе… Я думаю, нам нужно набрести на личный кабинет этого, как его, Палантира. Думаю, там мы найдём что-нибудь интересное.
– Да! Но как мы будем искать? У нас и карты нет! – воскликнула девушка.
– Есть. – проговорил Медведь, доставая из кармана пергамент и разворачивая его. – Нашёл у одного бедняги, решил сберечь.
Ромунд улыбнулся. Этот вояка ему нравился больше всех. Слегка молчаливый и хмурый, но сообразительный.
– Отлично! Теперь мы. – проговорил Ромунд и осёкся. Неожиданно на него накатила безумная слабость, глаза закатились, и всё завертелось в бешеном круговороте. Уже падая на пол, он почувствовал чьи-то крепкие руки, пытавшиеся его удержать, а затем с головой ушёл во тьму.
* * *Сладковатый дымок, исходивший из курительной трубки, обволакивал мою жалкую комнатушку, заваленную по большей части всяким хламом. Честно говоря, я не сильно уважаю табак, но в дни глубоких и сложных дум мозг требовал некий суррогат для мыслей. Самовнушение – сильная штука. Когда-то по глупости сам себя убедил, что под лёгкий дымок соображается лучше, и теперь не могу обойтись без одной-двух трубочек при осмыслении ситуации. А ситуация была хуже некуда. На маленьком пяточке земли сошлись интересы многих сильных и влиятельных людей, которые не прочь помериться силами, если потребуется.
Эх, Проект… А как начиналось!.. Какая светлая мысль в тёмном и жестоком мире. Стремление к совершенству, открытие новых знаний, великие исследования, которые поднимали человечество всё выше и выше на пути к Богу! Какие смелые идеи! Какие бесстрашные шаги. И к чему свелось? К крови невинных и тысячам бессмысленных жертв. И почему? Да потому, что кому-то нужно прикрыть собственную задницу самым надёжным заслоном. Воистину – знания в руках политиков и фанатиков просто тупой меч, который плашмя разносит будущее на куски, а великое превращает в низкое, мерзкое и чрезвычайно вонючее.
В дверь постучались.
– Кто? – спокойно спросил я, сканируя пространство.
– А то ты не знаешь, – донеслось снаружи.
– Входи, открыто, – бросил я. Стол был расположен так, что я сидел вполоборота ко входу в свою милую обитель.
Створка быстро открылась, и столь же нервно и резко закрылась. На пороге стоял некто Байдич – мой шпион и соглядатай.
– Привет, морда, – с улыбкой сказал я.
– И тебе привет, голова, – кивнул тот. – Есть у тебя что-нибудь, чем смочить горло?
– Да. Шкаф слева от тебя. Там немного вина.
– Не забродило? – спросил он, доставая глиняный бутыль. – Ого! Холодное!
– Обижаешь, – добродушно улыбнулся я.
– И как ты это делаешь?
– Да вот, знаешь ли, учился столько лет…
– Вино морозить?
– Да, а что ещё делать в скучные вечера в Академии? – рассмеялся я. Байдич оценил и хмыкнул в ответ. Он не стал церемониться и принялся глотать напиток из горла. – Ну ты, братец, и жрать…
– Помолчи ты, – отмахнулся тот. – Я тут кое-что добыл.
– Ещё бы! А то отрабатывал бы мне эти несчастные глотки втридорога!
– Да, да, знаю я тебя, марамой проклятый. Стул у тебя где? Для гостей.
– А гости предпочитают у меня не задерживаться, – ответил я. Это было чистой правдой. Менталистов боялись до дрожи, и лишь очень немногие могли спокойно себя чувствовать в их присутствии. Вот Байдич был одним из них. Несмотря на внешнюю одиозность, в психическом плане этот человек был непробиваем.
– Ну, тогда я облокочу свой зад на край твоего стола, не возражаешь?
– Валяй, – махнул рукой я. Этот человек пользовался всей доступной мне частью добродушия. Хороший шпион тот, кто привязан к тебе всей душой и сердцем. Конечно, для людей привязанность – вещь относительная, но для людей с некоторой толикой подсознательного воздействия – весомая реальность. В своё время мне пришлось поработать над этим оборванцем, сделав его настолько лояльным к себе, что, боюсь, своей смертью я утяну в могилу и его.
Присев на стол, Байдич, ещё пару раз глотнул из бутыли, и, посмотрев на меня серьёзным взглядом, произнёс:
– Похоже, они пронюхали.
– Да ладно? – пожал плечами я.
– Ты знал?
– Догадывался. Хотя, конечно, не думал, что так скоро.
– И что ты намерен делать?
– В смысле?
– Чёрт! Ты что, даже не доложишь Палантиру? – изумился он.
– Доложу, но что с того?
Байдич громко хлопнул себя по ляжке и с полным недоумением уставился на меня.
– Ты что, заболел?
– Нет. Если ты ещё помнишь те немногие уроки, которые я тебе давал, моя аура в целости.
– Да вижу. Просто, боюсь, у тебя в голове что-то чик – и отключилось!
Я улыбнулся.
– Мне всегда нравилось, как ты излагаешь свои мысли.
– Короче, голова, я уж не знаю, что вы задумали – моё дело простое, но, если помнишь, мы хотели старость встретить вместе за кружками отличного пойла, и внуками, теребящими нас за колени. А так… Если банда решит отправить сюда своего человека, то, поверь, он точно накопает на вас всевозможных компроматов. Потом всю вашу компанию и ваш кукольный Сенат измажут в таком липком дерьме, что вы и за век не сможете отмыться. В конце концов, дружище, несколько минут известности и «славы» на эшафоте, и твоя чрезмерно умная башка отлетит в корзину.
– Ну. насчёт последнего я сомневаюсь, конечно, – серьёзно сказал я, убрав улыбку. – Но остальное вполне возможно. Однако у них нет времени. Скоро мы все концы схороним в пепел, а всё, что им останется – разбираться с последствиями.
Лицо Байдича скривилось в неприятной гримасе:
– Вы решили похоронить Проект?
– Это единственный шанс закончить с безобразием. Самовлюблённые глупцы зашли слишком далеко, дружище. Они возомнили себя богами. Что ж, оставим их с рогами. Все прошлые операции с Источниками потерпели фиаско. Сделаем так и в этот раз. После очередного поражения очень многие люди откажутся финансировать дальнейшие работы. И тогда будет война. А уж кто победит…
Очнувшись от очередного видения, Ромунд тут же вырвал. Похоже, мёртвый Патрус решил рассказать свою историю до конца.
– Ты что-то видел? – нахмурившись, спросила Альма.
– Нет. Просто мне плохо. Нужно поспать, – соврал Ромунд, и изобразил, что отключился. Нужно многое обдумать.
* * *– Мой сеньор! – отсалютовал Данила приближавшемуся Строгонову. – Я.
– Успокойся, друг, – махнул рукой сеньор. – Есть что выпить?
– Да, конечно. Вот, Ян, – сказал охотник и хотел попросить Яна подать бутыль, но проклятый наёмник исчез.
– Ты кому? – удивился Строгонов.
– Ах, он маленький ублюдок! Садитесь, вот, здесь ещё есть немного горилки.
– Горилки говоришь? Это хорошо, – улыбнулся тот, потирая руки.
Строгонов уселся на стул и разлил огненную водицу по кружкам. В полном молчании они опрокинули по стакану и налили по второй. Порядочно пьяный Данила почувствовал, что его тянет к полу. Взяв себя в руки, бывалый охотник удержался на стуле. Ещё чего! Такое позорище!
– Так с кем ты тут сидел? – спросил Строгонов, доливая остатки горилки в стаканы.