"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

В ходе глобального исторического процесса сложилось так, что некоторые народы смогли или успели, называй, как хочешь, создать собственное государство, а некоторые нет. Лис ничего не имел против того, чтобы некий малочисленный или не очень народ получил собственное государство, но это же не означало, что и далее нужно любой ценой позволять любому этносу, точнее отдельным представителям такового, возжелавшим независимости прежде всего для себя лично, создавать новые административные образования. На свете существуют люди, родившиеся, допустим, без руки или ноги, но никто же не требует, чтобы конечности начали отрезать и тем, кто имеет полный комплект таковых, дабы соблюсти некую извращённую «справедливость»!
Любые попытки кроить и разрывать уже сложившиеся образования могут приводить лишь к серьёзным проблемам, к крови – и ни к чему большему. Ни одно государство, особенно государство с большой территорией, если оно желает продолжать существовать как таковое, не должно забывать, что у него имеются собственные «жизненные интересы», и подобных определений не стоит стесняться.
Российскую Империю строили, прежде всего, русские люди – сие есть реальный исторический факт, и, рассматривая иные примеры, можно смело утверждать, что здесь для так называемых национальных меньшинств создали не самые худшие условия существования. Как бы то ни было, насильственную ассимиляцию как, например, римляне, или насильственное приобщение к своей религии, как арабы, русские никогда не проводили. Очень может быть, к сожалению не проводили – именно с позиций «самосохранения» государства.
Странно, почему большевики с параноидальными идеями «мировой революции» и «пролетарского интернационализма» не исповедовали политики действительно полного слияния народов. Наоборот, на словах они всячески поддерживали национальное самоопределение и тому подобные вредные, по-существу, идейки. Лис прекрасно помнил введение в СССР в 1977 году новых паспортов, где по-прежнему не отказались от графы «национальность», хотя очень многие люди тогда говорили, что логичнее было бы писать «гражданин Советского Союза», а не русский, еврей, латыш, узбек или чукча.
А ведь КПСС тогда всюду трубила о возникновении «новой исторической общности людей – советского народа». Но пятая графа осталась пятой графой, коммунисты тщательно культивировали идею национальных республик и всяких автономных округов, подчёркивая тем самым, сколько сделала так называемая партия рабочих и крестьян для народов, якобы, томившихся в царской России, как в тюрьме.
Более того, большевики, в конце концов, создали ситуацию, когда имперское большинство в собственной империи стало жить материально даже хуже, чем нацменьшинства, потому что все экономические задумки коммунистов реализовывались, прежде всего, за счёт благополучия этих самых русских рабочих и крестьян, и очень часто – на их костях.
Ну, чёрт с ними, с большевиками, но Лиса чрезвычайно поразило, что лидеры «новой» России так же легко пошли на предательство русских интересов. Президент Ельцин, земляк Лиса и самый что ни на есть русский человек, одним росчерком пера под Беловежскими соглашениями предал миллионы братьев по крови, оставшихся в Прибалтике, Казахстане и Среднеазиатских республиках. Каково было этим людям, да и всем, так называемым «русскоязычным», жившим на территориях, входивших ранее в состав единого государства, вдруг оказаться «за границей»?
Руководство России практически махнуло рукой на Крым, оставив в стороне вопрос о том, что в состав Украины этот, завоёванный русскими, полуостров попал только потому, что в 1954 году Хрущёв в пьяном угаре по чьему-то науськиванию подписал очередной указ с бредовой подоплёкой.
Ситуация с Крымом возмутила Лиса до глубины души. Он, как говорится, испытывал самые тёплые чувства к братскому украинскому народу, но считал, что большей исторической несправедливости к памяти людей, проливавших в течение столетий кровь за Крым и интересы России в данном регионе, придумать невозможно. Украина как государство не имела никаких моральных прав на Крым, она никак не заслужила обладание этой территорией. По мнению Лиса, уж если кто ещё как-то и мог пытаться оспаривать права на Таврию, так лишь крымские татары, проживавшие, по крайней мере, там относительно давно исторически, а никак не украинцы.
 
Конечно, всю ситуацию, вроде бы, подготовила политика коммунистов в советский период. Но, анализируя хаотичную информацию, полученную за последние часы, Лис тоже не мог назвать политику последующих руководителей страны разумной и взвешенной, отвечающей интересам одной шестой части суши, на которой он сам родился и которую, несмотря ни на что, считал своей Родиной.
Чем, или кем, они руководствовались, действуя так, а не иначе, сказать было трудно. Судя по тому, что сейчас главным моральным критерием стал рубль, а точнее – доллар, то именно деньги, а никак не интересы страны сделались основным движущим фактором всех современных политических игр. Люди, дорвавшиеся до управления «государством российским», преследовали единственную цель: сиюминутно «сделать» максимально возможные капиталы, перегнать их в надёжный зарубежный банк, а дальше, как говорится, хоть трава не расти.
И, что поражало Лиса, большинство этих людей не являлись нацменами или инородцами. Они даже не были все поголовно, в конце концов, евреями, которых так любят обвинять во всех грехах оголтелые русофилы. Нет, судя по фамилиям, лицам на экране, фотографиям и косвенной информации, многие из них были насколько возможно чистыми русскими. Хотя, разумеется, бросились ему в глаза и личности вроде Березовских, Гусинских, Абрамовичей, Тулеевых или Грефов.
«Неужели это и есть русский народ?» – спросил себя Лис. Да, он признавал, что русские имеют такие характерные национальные черты как безалаберность, бесшабашность, они склонны порой к чрезмерному потреблению спиртного, но он всегда думал, что русские готовы, когда надо, горой стоять за Родину, за Россию, за землю, где они родились и выросли.
Таких примеров за всю историю Руси и, собственно, России насчитывалось более чем достаточно, а сейчас ведь как раз такой момент. Но почему же, прочитав горы статей и просмотрев десятки телепередач, он не видит никого, кто мог бы повести народ за собой, кто мог бы сказать: «Русские, одумайтесь, наконец, что вы делаете?! Да, вы, некоторые из вас получают колоссальные деньги, обворовывая народ. Но, это же, фактически, эксплуатация благополучия Родины, и, в конечном итоге Родине придёт конец. Вы останетесь с деньгами, но без России. Вы что, этого хотите, или вам просто на всё наплевать? Родина Родиной, но деньги – главнее всего на свете?!»
Но так стоило бы сказать тем, кто эти миллиарды загребает, а что же так называемый простой народ? Что думает и что делает он? Спокойно наблюдает, как грабят его богатства – и всё?
Лис вспомнил самого себя пятнадцать лет назад. Тогда казалось, что единственным выходом не видеть маразма «старцев из Политбюро», является побег на Запад. Так получилось, что на пути встретился полукруг вместе с Ингваром Яновичем, и Богдан – Лис исчез из мира Земли, но он и в своё время тоже не пытался сделать что-либо реальное для изменения положения в стране. Тогда, правда, гражданская пассивность чрезвычайно удобно объяснялась всесилием КГБ…
Неужели правильно сказано в старом анекдоте о том, как армянское радио спросили, что же такое чукча, еврей и русский? Там всезнающее армянское радио ответило: «Чукча – профессия, еврей – призвание, а русский – это судьба!» Неужели, действительно, судьба такая?
По данным телепередач и газетных статей можно было легко сделать вывод, что страна катится в пропасть. Чудовищный спад промышленного производства (несмотря на уверения, что «начался рост»), сильнейшее расслоение общества, когда одни из так называемых «новых русских» покупают за миллионы долларов недвижимость на Лазурном Берегу Франции и виллы во Флориде, а другие едва могут прокормиться. Дети и пенсионеры, брошенные на произвол судьбы – всё это не могло быть компенсацией за наполненные завозными товарами прилавки. Тем более что, как стало казаться Лису, завозились все товары на деньги, выручаемые от нещадной распродажи природных ресурсов, и, в конечном счёте, для того, чтобы выкачивать, остающиеся у населения средства платежа и продолжать поддерживать вывоз этих самых ресурсов страны.