"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
Он достал трубку и кисет с табаком.
– Я думаю, дыма видно не будет, – заметил он. – Тем более что тут есть какие-то трещины в скале, и я чувствую, что сквозняк тянет внутрь пещеры. Ещё неизвестно, когда представится возможность спокойно покурить.
Лис начал набивать трубку, но Эльот остановил его.
– Подожди! Если хочешь, могу угостить.
Творец вынул из кармана плоскую коробочку. Лис увидел несколько небольших сигар и обрадовался.
– У меня случайно оказались с собой, – сказал Эльот. – Вообще я пользовался табаком только у себя в Резиденции, во Дворце, и то только иногда, под настроение.
– Не откажусь, – Лис щёлкнул пальцами. – Я запасался подобными во время визитов во Дворец, и у меня ещё оставалось кое-что, но я не успел прихватить, когда бежал от вишту.
Лис рассказал Эльоту о бегстве из племени и собственно о цели, с которой он направлялся во Дворец. Творец покивал головой.
– Ты так и не встречал Терпа за все эти годы? – удивился он.
– Нет, – покачал головой Лис, с удовольствием нюхая сигару. – Но не так давно я увидел, что во Дворце кто-то бывал без меня. Возможно, это он?
– До меня доходили слухи, Терп всё-таки рискует выбираться на Землю, – сказал Эльот. – Не понимаю, что он там забыл, чтобы торчать подолгу? А, может быть, его уже и нет в живых.
– Почему у вас всё-таки такая скудная информация друг о друге? – поморщился Лис.
Эльот затянулся и выпустил дым, стараясь не выдувать его наружу.
– Я уже рассказывал, что нас вообще осталось очень мало, и мы практически не общаемся. Мы все заняты своими делами в собственных вселенных. У многих их даже по несколько.
– Мне казалось, что когда людей одного народа остается мало, они должны стараться держаться по возможности вместе.
– Не знаю, – покачал головой Эльот, – не знаю. У нас всё как раз не так. Может быть, ты рассуждаешь согласно психологии земной расы. У нас всё сложилось иначе, и, возможно, дело тут в продолжительности жизни и в том, кем мы стали…
Лис взглянул на залитое солнцем блестящее полотнище реки, играющее чешуйками бликов под лёгким ветерком.
– Но мне, тем не менее, не понятно, почему вы не пытаетесь возродить вашу цивилизацию? Почему замкнулись по одиночке в своих мирах? У вас же колоссальная техническая мощь, вы же не остались без средств к существованию, так сказать. Я понимаю, если бы вы в результате какой-то там катастрофы остались совершенно без техники, были бы полностью отброшены назад, ну тогда ясно – цивилизация деградировала, выродилась, люди одичали. Но у вас же не тот случай!
– Как я уже говорил, попытки возрождать цивилизацию предпринимались: например, строительство базы на вашей Земле. Но этим пытались заниматься во времена, когда ещё были живы наши родители. Из этого поколения сейчас почти уже никого не осталось… Нет, не из-за старости, – пояснил Эльот, видя, что Лис собирается, похоже, задать уместный вопрос. – В принципе, те методы, которыми достигается наше продление жизни, не ставят каких-либо ограничений. Многие погибли, когда была уничтожена база, многие – при меньших по масштабам проектах на Земле, многие – во время своих чрезмерно частных посещений вашего мира. Там погибало слишком много Творцов, там явно имелся некий фактор, неподконтрольный нам. Ещё поколение наших родителей практически ушло с Земли, и меня удивляет, что Терп не побоялся регулярно лазить туда. Многие занялись переделкой малых миров, созданием там человеческих цивилизаций, разными экспериментами в меру своих знаний, желаний и фантазий. Кстати, из-за права владения разными искусственными мирами происходило много конфликтов, и они тоже унесли какое-то количество жизней.
Лис вытаращил глаза:
– Вы и в этой ситуации не могли не ссориться друг с другом?!
– В общем, да, надо признать, – Эльот развёл руками. – Потом, когда миров осталось больше, чем Творцов, конфликты почти прекратились. Все осели по собственным вселенным, а у кого-то их больше даже одной, как я уже говорил. Однако, ещё много осталось практически ничьих миров, есть так называемые «недоделанные» миры…
– А это что такое?
– Миры, считающиеся не вполне пригодными для жизни – их создали, но конкретное обустройство не проводили.
– Там вообще жить нельзя? Нет воздуха, или как?
– Да нет, жить, в принципе, можно, но кое-где непросто выжить: катаклизмы, зверьё, есть совершенно дикие племена и тому подобные штучки. Эти миры не доводили до комфортных условий. Ну вот, например, этот мир, мир Терпа – он явно «доделанный» – здесь нет никаких ужасных природных явлений: жутких ураганов, наводнений, произвольного смещения материков и тому подобных прелестей. Всё сбалансировано.
Лис пожал плечами, вспомнив ураган, в который попал в своё время в торцевом океане, а также монстров, шастающих по Проклятому лесу, но возражать не стал: в целом этот мир был, несомненно, очень комфортным.
– Тут более или менее понятно, но что мешает вам поддерживать какие-то тесные контакты, особенно если миров хватает на всех с избытком?
Наступила очередь Эльота пожать плечами:
– Так повелось уже давно. Большинство из нас вообще стараются никого другого не пускать к себе. Но поскольку с прежних времён точек перехода осталось очень много, зачастую хозяева миров даже не знают о всех таких точках и, значит, на практике не могут держать все проходы в свои миры под абсолютным контролем. Наверное, есть вселенные, всеми вообще забытые. Я думаю, что шаровики, выбравшись именно из какой-то такой заброшенной вселенной, проникли в один из наших миров через старую точку перехода, о которой владелец не знал и поэтому не был готов к такой встрече.
– А, кстати, сколько всего искусственных миров? – спросил Лис. – Если это, конечно, не тайна.
– Я просто не знаю точно, сколько их. Никто на моей памяти не производил инвентаризацию, и, повторяю, я просто уверен, что есть такие, о которых давно забыли. А всего по моим приблизительным сведениям вселенных должно быть не менее семисот-семисот пятидесяти.
Лис немного помолчал, потом стряхнул пепел с сигары.
– У меня вырисовывается какая-то очень странная картина вашей цивилизации или того, что от неё осталось. Я пока не понимаю, почему, обладая таким техническим потенциалом, вы не смогли стать вновь единым народом?
– Да просто никто и не стремился возродить положение вещей, о котором ты говоришь. А может быть, это своеобразный закон развития, кто знает? Я, например, считаю, что мы, называя себя Творцами, всё-таки до конца не познали многих законов развития общества и отдельных индивидуумов. Ведь как объяснить факт нашего собственного развития в явно созданной кем-то вселенной? То, что мы стали практически бессмертными в биологическом смысле, тоже не могло не внести значительных корректив, как в общественное, так и в индивидуальное сознание. Например, поколение моих родителей было последним, имевшим детей, воспитывавшихся как равные Творцы. Их дети, то есть мы, уже не заводили таких потомков. Некоторые имеют детей от аборигенов в своих мирах, но никто не воспитывает их как равных себе, и приемниками знаний и культуры такие отпрыски рассматриваться не могут.
Они помолчали. У Лиса на языке вертелись сотни вопросов. Он много раз сам с собой думал, о чём станет спрашивать хозяина мира, в который попал, если такая встреча состоится. Сейчас перед ним был один из пресловутых Творцов, и Лис даже не знал, с чего начать расспросы. Кроме того, нынешняя ситуация требовала в первую очередь решения задач противостояния неожиданным и безжалостным врагам.
Лис невесело усмехнулся и покачал головой.
– Ты чего? – удивился Эльот.
Лис объяснил, Творец задумчиво потёр подбородок.
– Хм, в любом случае, я вряд ли смог бы ответить на все твои вопросы, даже если бы захотел. Дело в том, что всего мы уже не знаем сами. Мы многое забыли, а многого и не знали, у нас очень мало систематизированных знаний о нас самих.
– Вот я и не понимаю, почему? – Лис сделал акцент на последнем слове.