"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)
– Постараюсь не скучать, – только и развёл руками Богдан.
Глава 17
В этот день Богдан просидел в библиотеке до самого вечера. Два раза слуги приносили ему перемену блюд и также по его просьбе выводили гостя в отхожее место.
В отличие от туалета в апартаментах, где Богдан провёл ночь, здесь имелось нечто вроде канализации. Посветив в отверстие нужника, землянин увидел, что там находится узкий колодец, уходивший в толщу стен замка. Рядом с нужником располагался глиняный бак для воды, объёмом литров сто, не меньше, от которого шла глиняная же труба смыва нечистот. К самому баку из потока подходили тонкие трубки, частично деревянные, с глиняными фитингами и коленами. Очевидно, по этим трубам откуда-то сверху поступала вода для наполнения бака. Богдан сначала удивился – как же сюда, на высоту, подают воду, но потом вспомнил насос, замеченный на дворе замка. Наличие рычажных помп многое объясняло, и, как можно было судить, способствовало более высокому уровню гигиены.
Что любопытно, в замке он пока не видел мышей или крыс, бывших, как известно, в подобных местах на Земле в Средние века явлением совершенно обычным. У одного из слуг Богдан поинтересовался, как борются здесь с подобными вредными грызунами. Оказалось, что мышей и крыс нет давным-давно. Да, когда-то они были – пришли вместе с людьми из мира прародины, но потом, очень скоро, знахари-алхимики создали вещества, которые вытравили крыс и мышей безвозвратно, не причиняя вреда человеку и иным животным.
Это сильно озадачило Богдана, и он провёл много времени, ломая голову, как же примитивные учёные средневековья смогли создать яды подобного избирательного действия. Двигало его мысленными потугами и некоторое уязвлённое самолюбие землянина технологического века, в котором подобного яда вроде бы не существовало. В конце концов, Богдан решил, что и тут не обошлось без таинственного «Создателя»: вероятно, чтобы снизить риск эпидемий, переносимых грызунами, Хозяин или Хозяева мира граней подсунули местным жителям такой препарат. Но потом он вспомнил, что поле переноса обладало избирательным бактерицидным действием, так что его версия не срабатывала. В общем, происхождение ядов осталось загадкой – или действительно удачным местным изобретением.
Ближе к вечеру пришёл Тассилон в обещанном обществе графа Конрада и баронессы Феофаны – к великой радости Богдана. Правда, он чувствовал себя весьма неоднозначно с девушкой. С одной стороны, Феофана нравилась ему, с другой – Богдан догадывался, что и сам симпатичен баронессе. В иной ситуации он ни за что бы не упустил завязывания более интимных отношений при подобном раскладе, но здесь не давал волю эмоциям, сознавая, что любовная интрижка такого уровня может вылиться в совершенно нежелательные для него последствия, которые даже невозможно предсказать, не зная до конца местных обычаев. Задавать же наводящие вопросы Тассилону также не представлялось уместным.
Поэтому Богдан вёл светские беседы в меру своих сил, улыбался баронессе, кивал графу, но не позволял никаких вольностей. Было уже очень поздно, когда он расстался с приятной компанией, поцеловав Феофане ручку, и слуги уже без начальника охраны короля проводили Богдана в отведённую ему с самого начала комнату.
На ночь у его двери снова была выставлена стража. Богдан, как и накануне, задвинул внутренний маленький засов и подставил к двери стул. Хотя и чувствовал себя более спокойно, чем в первую ночь. О том, что какие-то козни попробует ему устроить обиженный и оскорблённый Вайк, он не думал, но повышенный уровень безопасности никогда не мешал.
По привычке он встал рано. Зад под действием мази заживал великолепно – болезненные ощущения почти исчезли.
Выглянув из окна, Богдан увидел, что в замке на ногах пока только прислуга – никого из господ во дворе не наблюдалось. Часы показывали половину восьмого.
Совершив утренний туалет – благо воды накануне было принесено достаточно, а нужник вычищен в его отсутствие, – Богдан попросил дежурившего у двери воина подать завтрак. Стражник заметно удивился такому раннему желанию господина, но просьба Богдана была выполнена весьма быстро.
С извинениями слуга подал скромный набор блюд, состоявший из хлеба, масла, сыра и куска солонины. На подносе оказалась серебряная кружка с подогретым молоком. Увы, не было ни чая, ни кофе – их тут не успели узнать, а Хозяин мира не позаботился о таком расширении рациона своих подопечных. Богдан не слишком любил молоко, тем более тёплое, но выбора не оставалось, и в целом грех было жаловаться на столь калорийный завтрак.
Сегодня во дворце должны были начаться гуляния, посвящённые окончанию турнира. Получалось, что если бал продлится три дня, как и обещал Тассилон, то Богдан просидит в относительном заточении минимум четыре дня. Ведь нет сомнений, что с ним после окончания гуляний ещё будет встречаться король, будут обсуждаться детали предстоящей миссии и что-то там ещё.
Пока Богдан не спеша завтракал и раздумывал, во дворе зазвучали трубы. Он подошёл к окну и увидел двух герольдов, дующих в длинные рожки. Постепенно стали собираться придворные. Прозвучало объявление о празднестве.
Богдан вздохнул: из-за идиота Вайка он лишён возможности посмотреть столь занимательное зрелище вблизи! Впрочем, играла роль и конспирация, предпринимаемая бароном Тассилоном, но сейчас самое большое раздражение у юноши вызывали воспоминания о задиристом рыцаре.
Как он ненавидел подобных типов! Сумасбродные, ищущие на свою и чужие задницы приключений, такие люди, к сожалению, существовали во все времена и у всех народов. Возможно, в более высокоорганизованных сообществах и при иных общественных формациях буйный характер проявлялся не столь докучающе для окружающих, но следовало признать, что подобного типа можно было повстречать в двадцатом веке и в ресторане, и в вагоне поезда, и на скамейке в сквере. Причина для ссоры, особенно подогретая спиртным, могла быть самой незначительной.
В дверь постучали – Богдан постоянно задвигал внутренний засовчик, теперь уже скорее из принципа, поскольку его продолжали запирать снаружи. Вошёл Тассилон в красивом ярком одеянии. Королевская чета и придворные готовились выехать на лисью охоту, после чего к вечеру намечался большой пир и бал. Богдан понимающе кивнул.
– Как там поживает мой ненаглядный Вайк? – поинтересовался он.
Оказалось, что рыцаря Вайка ещё вчера выдворили из замка. Ворча, он уехал, а его дружки остались.
– В общем, как я и полагал, вам лучше переждать это время в стороне от любопытных глаз. Послезавтра гуляние закончится, и мы сможем встретиться королём для обсуждения наших планов.
Богдан с кислым видом покивал. Тассилон дружески потрепал его по плечу, после чего удалился, пожелав Богдану не скучать.
Юноша от нечего делать стал наблюдать за происходившим во дворе. Сначала там творилось значительное столпотворение – сновали взад-вперёд слуги, болтались рыцари и дамы, то туда, то сюда проводили под уздцы лошадей. Но примерно через полчаса эта суматоха начала обретать некий смысл: рыцари садились на коней, дам подсаживали в специальные дамские сёдла, и постепенно группами по пять-шесть всадников придворные начали выезжать со двора. Одни из последних выехал король с небольшой свитой. Прокатилась повозка с забранными железными прутьями бортами, за которыми Богдан разглядел тревожно шныряющих лисиц. Не было сомнения, что это и есть те зверьки, на которых будет устроена охота. Богдан когда-то читал про охоту на лис в Великобритании, и вполне возможно, что современные разновидности такой охоты возникли из того, что собирались организовать сейчас.
– Чёрт побери, – пробормотал он, – стоило бы посмотреть.
Ещё немного послонявшись по комнате и периодически выглядывая за окна, где уже не происходило ничего интересного, Богдан попросил стражника отвести его в библиотеку. Там он вытащил несколько книг с рисунками карт о путешествиях местных исследователей и погрузился в изучение топографии данной грани. Кое-что Богдан срисовывал в свой блокнотик на всякий случай.