"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

«Надо было просто гранату бросить», – подумал Богдан, одновременно сам же понимая, что теперь уже рассуждать весьма просто.
Он прислушался: вокруг было тихо, только шелестели ветви деревьев и кустов. Раздвинув ближайший куст и чуть позвякивая железом, просунулась морда лошади, той, на которой ехал рыцарь. Лошадь мерно жевала траву и косила глазом на Богдана.
– Вот так, – тихо сказал ей Богдан, – теперь я, получается, твой хозяин.
Проблема, как добыть одежду для маскировки, решилась неким весьма софистическим путём. Теперь у Богдана даже имелся выбор: платье господина или платье слуги. Естественно, землянин выбрал доспехи рыцаря.
Подавляя естественную неприязнь к мёртвому телу и некоторый страх человека, мягко говоря, до сей поры мало имевшего дело с трупами, Богдан подошёл к рыцарю и, удостоверившись, что тот действительно мёртв, начал снимать доспехи. При этом он старался не смотреть в лицо убитому.
Рыцарь был чуть ниже ростом, чем Богдан, но несколько более грузным по комплекции, так что одежда пришлась почти впору, а сапоги на удивление оказались даже чуть свободными. Шлем, напротив, был маловат и давил голову. Поэтому Богдан пока не стал вообще его надевать, а ограничился наброшенным капюшоном кольчуги.
Надо было отметить, что от всех доспехов и одежд рыцаря не слишком сильно воняло, вопреки ожиданиям Богдана. Нельзя сказать, что всё производило впечатление свежевыстиранного и вычищенного, но неприятные запахи сводились к терпимому минимуму. То ли цивилизация здесь, несмотря на явные земные корни, пошла по какому-то более чистоплотному пути, то ли представления Богдана о земном Средневековье расходились с истиной.
Отобрав себе то, что он наденет, Богдан занялся похоронами. Естественно, бросать тела просто так он не хотел, и вырыл лопаткой неглубокую могилу. Копать мешали корни, так что пришлось потратить немного энергии лучемёта. В конце концов получилась не слишком глубокая «двухместная» могила, в которую Богдан и опустил оба тела.
Постояв у свежего холмика, он вздохнул и стал собираться в путь. Из доставшихся трофеев, кроме оружия, доспехов и кое-какой дорожной посуды, явно принадлежавшей рыцарю, самым ценным оказались два каравая хлеба из муки грубого помола, изрядный кусок солонины, больше полкруга овечьего сыра и большая фляга с вином. Вино было кисловатым, а вот сыр, напротив, к удивлению, оказался весьма вкусным, и Богдан не мог удержаться, чтобы не съесть здоровый бутерброд. Правда, сыр ломался и крошился, так что бутерброда в классическом понимании не получилось, но всё равно было приятно поесть что-то отличающееся от уже поднадоевшей пищи дикого охотника.
На лошадь слуги Богдан нагрузил снаряжение и провизию, оставив на всякий случай самое ценное в торбе у себя, и, стараясь повторить манеру убитого рыцаря держаться в седле, двинулся в путь. Опыта верховой езды у него не было почти никакого. Приходилось иногда во время поездок в колхозы кататься на лошадках, но это были настолько редкие эпизоды, что даже взобраться на коня, тем более в доспехах, Богдану удалось не сразу.
– Ядрёна вошь, – проворчал он, когда наконец-таки устроился в седле, – все поймут, что я такой же рыцарь, как Леонид Ильич – Маргарет Тэтчер. Сразу раскусят.
У него даже мелькнула мысль поехать сразу к ближайшей точке перехода, а не болтаться здесь, устраивая маскарад. До точки перехода на грань Азии оставалось, кстати, всего километров двадцать, и она сейчас лежала где-то справа, но, подумав, Богдан решил строго придерживаться выбранного ранее плана – зачем эти «азиатские проблемы»? Здесь же у него, несмотря на досадную необходимость пролить кровь (к счастью, не свою), всё пока получалось: есть маскировка – одежда не кого-нибудь, а рыцаря, и есть более быстрое, чем собственные ноги, средство передвижения – конь. При таком раскладе, оставшиеся километры до перехода на грань Африки можно преодолеть максимум за пару дней, конечно, если в пути не возникнут непредвиденные обстоятельства.
Надо сказать, что именно в последнем утверждении он изрядно сомневался.
 
Лошадёнка Бафомета оказалась весьма послушной и выносливой. Она хорошо откликалась на команды на старофранцузском и резво перебирала копытами. Правда, через пяток километров выбранного Богданом ритма движения лошадь бедняги Тальбо начала отставать, натягивая поводья, которыми была привязана к седлу первого скакуна, и пришлось сбавить ход.
Несмотря на малоприятную стычку, почти до самого вечера путешествие проходило спокойно. Дорога, правда, начала уходить чуть в сторону от нужного направления, но Богдан, осмелев, решил пока оставаться на этой «проторённой тропе».
Правда, чувствовалось, что без должной подготовки высидеть в седле будет не так просто. Но в первые часы под потоком впечатлений Богдан даже забыл о некоторых неудобствах.
Несколько раз ему встречались крестьянские повозки, и возницы, завидев рыцаря, торопливо ломали шапки. Никто не пытался с ним заговорить, что только убедило в том, что худа без добра не бывает: ему пришлось убивать (исключительно в целях самозащиты, но это по-прежнему тяготило душу), однако он приобрёл ценнейшие для себя трофеи, позволявшие открыто передвигаться. Пусть попробуют эти крестьяне что-то возразить рыцарю!
Встретилось одно поселение – среди расчищенного участка леса на холме примостился небольшой замок, вокруг которого лепились деревянные постройки люда попроще. Посёлок окружал ров и стена, сложенная из камня вперемешку с брёвнами. Кое-где среди леса виднелись поля, над крепостной стеной дымили трубы, вокруг сновало довольно много людей, но никаких инцидентов и здесь не возникло. В этом месте дорога раздваивалась: одна вела к замку и посаду вокруг него, а основная «магистраль» шла дальше.
Уже миновав посёлок, Богдан встретил маршировавший отряд вооружённых людей, во главе которого ехал всадник в доспехах, говоривших о принадлежности к рыцарскому сословию. Богдан было напрягся, но рыцарь со своими вояками спокойно проехал мимо, только учтиво кивнув юноше. Юноша в ответ тоже приветливо склонил голову, и после этой встречи он совершенно осмелел, полагая, что здесь вряд ли у кого-то могут возникать претензии к рыцарю.
Дорога вскоре снова сделалась пустынной, и так продолжалось достаточно долго. Солнце начало потихоньку опускаться за горизонт, когда местность изменилась. Стали встречаться хуторки с возделанными полями, а лес отступал всё дальше и дальше, открывая обширные посевы каких-то злаков. В одном месте крутила крыльями солидная ветряная мельница, от которой отъезжали повозки, гружёные мешками.
Вдали, за чащей, распавшейся на светлые рощицы, показались высокие башни, увенчанные шпилями, и вскоре с очередной возвышенности Богдан увидел, что он попал в густонаселённый район.
Метров через триста впереди почти у самой дороги располагалось нечто, безусловно, являющееся постоялым двором с корчмой и всеми полагающимися атрибутами. Чуть дальше, на лугу, через который текла небольшая речка, пестрели многочисленные шатры, мимо которых как раз должна была пройти дорога. На лугу толпились люди, развевались цветные флаги и гарцевали всадники.
Богдан присмотрелся, чуть привстав на стременах, и вскоре сообразил, что там, судя по всему, проходит настоящий рыцарский турнир! Это было страшно интересно – увидеть рыцарский турнир воочию, о таком любой землянин двадцатого века мог только мечтать.
Но сейчас Богдану было не до массовых зрелищ. Поэтому он пришпорил коня, чтобы скорее миновать место проведения турнира и избежать вероятного интереса к своей персоне: ведь здесь собралась знать, которая уже вполне могла пытаться на равных завязать разговор со странствующим рыцарем. В этом случае пришлось бы давать множество объяснений.
Народ, слонявшийся вокруг корчмы, всё больше люди простого вида, приветствовали его одобрительно-хмельными криками, видимо, полагая, что ещё один рыцарь прибыл на турнир. Богдан несколько напряжённо улыбался, кивал и откровенно торопился быстрее проехать это сборище. Он уже почти миновал постоялый двор, как из дверей корчмы, стоявшей последней на его пути, вывалилась компания в лёгких доспехах и при мечах – судя по всему, так называемые благородные господа.