"Фантастика 2023-75". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)

Взвалив на плечи тюки, как две торбы на осла, и взяв в руки фляжки, копьё и лук, Богдан вскочил на плоскую поверхность камня.
В тот момент он не подумал, что из-за коварной сущности Творца эта точка может тоже работать прерывисто, и как раз сейчас пребывает в нерабочей фазе, но ему повезло: дунуло волной воздуха – переход сработал – Богдан стоял на площадке, очень напоминавшей ту, где он провёл последнюю ночь, за тем лишь исключением, что залезать на неё, как и спускаться, было куда сложнее: площадка венчала макушку утёса, похожего на грубый каменный столб.
Утёс возвышался среди буйной растительности и имел высоту метров десять-двенадцать. Справа за полосой растительности, напоминавшей папоротники, всего в нескольких километрах высились массивы исполинских скал – он оказался где-то рядом с Безвоздушными горами. В противоположном направлении, тоже в паре километров, блестела гладь озера, на котором что-то двигалось, но ничего опасного рядом с ним сейчас не наблюдалось.
В остальном пока оглядываться Богдану было некогда: если переход работал постоянно, то следом за ним сюда вполне могли последовать отвратительные помеси черепахи, краба и фрезерного станка. Богдан поспешно отпрыгнул в сторону с точки перехода и стал ждать, держа её под прицелом и временами оглядываясь.
Но, к его счастью, точка перехода функционировала либо прерывисто, либо как-то избирательно, пропуская только людей, что было вполне возможно. Богдан ждал десять, потом пятнадцать минут – монстры не появились.
Юноша вытер лоб и хлебнул воды из фляги – здесь было душновато, и дышалось тяжеловато, словно в воздухе не хватало кислорода.
Достав бинокль, Богдан посмотрел в сторону озера. Так и есть – там, на топком берегу, нежились существа, очень похожие на диплодоков. Длинные шеи с микроскопическими головами покачивались над водой, словно стебли фантастических растений.
Он сплюнул и в который раз выругался – необыкновенное везение, похоже, кончилось: это была грань Динозавров.
Но в любом случае, с этой скалы следовало спускаться и искать другие точки перехода – данная тоже была односторонней и никуда больше не вела.
Странно, что на плоской верхушке этой скалы не свила гнездо какая-нибудь местная летающая тварь – возможно, что-то отгоняло птеродактилей от этого места. Впрочем, из-за чего бы это ни происходило, такое положение дел было только на руку Богдану. Ещё бы эти фрезочерепахи не полезли с той стороны! Дело в том, что все точки переходов с грани на грань и с грани во дворец (в отличие от точек на островах) активировались совершенно понятными процедурами – следовало либо нажать определённым образом на края рабочей зоны, либо провести пальцем или сделать что-то подобное. Компьютер не дал объяснения, почему устроено именно так, но Богдан и сам всё понял: в противном случае слишком часто люди проникали бы с грани на грань, а то и во Дворец.
Богдан на всякий случай отодвинулся подальше от точки перехода, сел, скрестив ноги, и задумался, рассматривая карту. Хотя на грани Динозавров вообще отсутствовали точки перехода непосредственно во дворец (во всяком случае, отмечены они не были), но сориентироваться здесь было несколько проще, чем в Торцевом океане. Особенно в том месте, где оказался Богдан: совсем недалеко высились Безвоздушные горы, а точка перехода из Торцевого океана, которая располагалась в такой близости от этих гор, на карте имелась только одна.
Если судить по карте, самой ближайшими к данной точке перехода была точка, ведущая на Доисторическую грань – до неё было всего километров шестьдесят. Но на этой грани оттуда, где Богдан бы оказался, до точки перехода во дворец было очень далеко – около тысячи километров. Кроме того, путешествие среди первобытных людей воодушевляло не больше, чем путешествие среди динозавров. Поэтому Богдан решил идти к второй точке почти двести километров и искать переход, который вёл на грань Европы, на небольшом каменистом плато, которое хорошо заметно среди местных папоротниковых лесов. На грани Европы до нужного перехода будет тоже прилично – километров четыреста, но всё-таки не тысяча!
 
Но для начала предстояло спуститься с каменной колонны, на которой он сейчас восседал. Богдан усмехнулся: чем-то его нынешняя ситуация напоминало первое появление во дворце на той башне с системой переходов. Вот только лифта в центре площадки тут нет.
В принципе, Богдан видел два варианта спуска. У него имелись достаточно длинные кожаные верёвки, и если закрепить конец на площадке, то можно было бы спускаться по верёвке. Правда, Богдан не был уверен, что изготовленные им ремни выдержат его вес, а переломать кости совершенно не улыбалось. Был второй вариант – вырезать ступеньки полевым ножом, который прекрасно резал камень, и спускаться таким образом. Никуда не деться – придётся расходовать энергию батареи. Правда, тут тоже можно сорваться, так как, хотя нож и резал камень очень легко, держаться в момент работы придётся одной рукой…
В конце концов, Богдан решил использовать комбинированный способ: вырезать ступеньки, но страховаться верёвкой.
Для начала он проверил крепость ремней. Его сыромятные верёвки выглядели достаточно крепкими, но всё-таки рисковать Богдан не хотел. Спустив к подножию скалы свой скарб, он вырезал на краю площадки выступ в скале, за который закрепил верёвки, пропустил её через пояс комбинезона и лёг на край, вырезая ступеньки на таком расстоянии, насколько мог дотянуться. Чтобы случайно не выронить нож, Богдан привязал его к запястью тонкой страховочной верёвкой.
Когда первые несколько ступенек, а точнее выступов, за которые можно было держаться и куда можно было поставить ногу, оказались готовы, Богдан сообразил, что таким образом было бы гораздо легче пониматься, чем спускаться: вырезать ступеньки на уровне ног, вися на верёвке, было совершенно неудобно. Тогда пришлось усовершенствовать и этот комбинированный способ: Богдан стал вырубать уступы, стреляя из лучемёта.
Это тоже имело свои недостатки, так как при выстреле камень нагревался, трескался, летела каменная крошка, и, самое главное, приходилось ждать, пока скала остынет, чтобы можно было браться за неё руками. Но, в конце концов, затратив около полутора часов на спуск и почти пятую часть заряда лучемёта, Богдан стоял на каменистом склоне, из которого торчала колонна с точкой перехода на макушке.
– Вот так ведь не знай, что там точка перехода, – проворчал Богдан, глядя вверх, – и как узнаешь, если на карте не отмечено?
Хотя тут он зря сетовал: все точки переходов на гранях имели мнемонические изображения с намёком, как выглядят они и местность рядом. Перерубив верхний конец верёвки выстрелом, Богдан смотал свой ремённый канат, увязал тюки поудобнее в некое подобие рюкзака, и ещё раз прикинул направление движения.
Вокруг чуть ниже по склону метрах в двухстах начинались плотные заросли гигантских хвощей и пальм. Можно было двигаться напрямик через лес, но Богдан решил, что это не лучший вариант. Лучше пройти как можно дальше по почти совершенно открытой местности предгорий, а потом повернуть под прямым углом. Путь получится ещё длиннее, но зато спокойнее.
Сориентировавшись по солнцу, которое перемещалось по небу параллельно этой гряде Безвоздушных гор, Богдан отправился в путь.
Пока за исключением парящего высоко и в стороне ящера, живность в поле зрения отсутствовала. Пройдя пару километров, Богдан вытер вспотевший лоб и обернулся – колонна с точкой перехода практически слилась с нагромождением скал.
Здесь с гор бежали ручьи, а заросли подступили ближе, и Богдан наконец увидел вблизи первого местного обитателя.
Из чащобы густых папоротников и каких-то пальмообразных растений с кустистыми венцами листьев на чешуйчатых стволах на открытое пространство выбрался крупный ящер, передвигавшийся на четырёх мощных лапах. Большая зубастая голова сидела на короткой, переходящей в толстое туловище шее. Туловище, длиной метра полтора, оканчивалось примерно таким же длинным сужающимся хвостом.