Инакий (СИ)
— Бандюки Борисычи подбираются! — утвердил я. — Стоит ли рядом со мной оставаться? Может ну его?
Изменился Бес, из суетливого раздолбая, превратился в рассудительного мужика, всё интереснее и интереснее.
— Они! Тут и я не сомневаюсь. Дал уже наводку дяде Саше, работают! Охрану тоже усилили… А по поводу твоих «стоит не стоит», скажу просто: мне тридцать шесть лет, шесть последних, я существую в спецсанатории, ем… точнее кормят, и хожу под себя. Но не из вредности, — проскользнула грустная улыбка. — Из всего тела, я контролирую только голову… полетал на папином вертолёте, хирурги по кусочкам собирали… вот! Моя жизнь — это ад! Игра единственная отдушина… а ты говоришь ну его. Нет, бос, я с тобой… весело же! Папа там прикроет, не сомневайся.
— Как знаешь! Я в претензии не буду.
Тем временем на арену вышел кваз, и противник у него был посерьёзнее, лотерейщик не из свежих. Рост за два метра, канаты вместо мышц, а кваз хоть и крепкий на вид, но всего лишь с ножом. Народ гудел, ставки росли, а десять процентов от них, капали в бюджет! У меня все же был хомяк, сидел он где-то глубоко, а сейчас вылез и довольно потирал лапки. Бабло!
Бес посматривал на арену искоса, ведро с попкорном забыто, видимо разговор незакончен.
— Скажи бос, каково это?.. Жить тут! Только не ври, знаю, что переселенец! Сам бы перебрался, но мама… я ей сердце разобью.
Вопрос не удивил, ответим откровенностью за откровенность.
— Разницу я почувствовал сразу! Не знаю, как объяснить, попробую. Смотришь ты допустим старый добрый фильм, но на его возраст, внимания не обращаешь, потому что зришь в корень. Люди, актёры, их игра, глядя на них, ты переживаешь по-настоящему, эти люди умеют преподнести! Но всему приходит конец, ты с сожалением переключаешь на другой канал, а там идёт дешёвый боевик, краски яркие, да, экшен, но с отстойной подачей, говорят не то, погибают не так, фальшивка… в общем, не хватает того огонька. Как сказал бы Станиславский. Не верю!
Помолчали…
— Уже потом, когда я понял, где оказался, стали проявляться другие несоответствия. Голод не чувствую, как говориться, приходится ориентироваться по показаниям приборов…
— В смысле понял? — удивлённо перебил Бес. — Так ты чё, не по своей воле сюда перебрался?
— Я даже не знал, что такое место существует! — окинул головой округу.
— Охренеть! Откуда ты, бос?
— Это уже другая история, как-нибудь потом, — чтоб не продолжать, решил перевести тему. — Тебе усилиться надо! А то так и будут сливать.
Бес усмехнулся.
— Да насрать! Не по-настоящему же! И как усилиться, не бел…
Рыжий замолчал, когда я протянул ему мешочек, маленький, но ценность его, я уточнял. Белку можно обменять на квартиру в столице, а в мешочке их три. Дело в том, что яичко наконец-то продалось, нашёлся игровой олигарх. За минусом комиссии, я получил семьдесят жемчужин с мелочью. Три отдал Катьке, хоть та и упиралась, сдалась, когда я сказал про питомца, можно неплохо усилить и даже ещё одного завести. Убежала счастливая.
— Ты чё Бос? Это же белая жемчужина! Знаю, что не жадный, но… три!!! — он наконец-то раскрыл мешочек. — Охренеть! Куда?
— Не спорь, я лучше знаю! Прими одну, прямо сейчас, давай, давай!
Подчинился он с радостью. Запил пивом.
Пока мы болтали, кваз завалил лотерейщика, но и самого на носилках выносили. Судя по жестикуляции здоровой рукой, он был доволен, видимо неплохо заработал.
— О! Уровень дали! Чё-чё? А-а, прибавка к начальной скорости полёта пули, снаряда, тридцать пять процентов⁉
Ты прикинь, бос, я теперь топтуна с арбалета могу завалить! Ух, ещё плюшки…
— Заведи себе питомца, — сказал я, глядя на арену.
Девчонка худышка лупила молодого лотера ногами, да так шустро, что тот не успевал реагировать.
— Пета⁉ А что, классная идея! Я даже знаю кого.
Бес говорил что-то ещё, но мне вдруг стало не до него, нечто неприятное, мерзкое, коснулось моего затылка. Оборачиваясь, я уже знал, кого увижу. Чупа — шестёрка Борисычей, лыбился во весь рот, сверкая фиксой, а рядом стоял Игорь, один из боссов.
— Во, припёрлись, — недовольно выдал бес. — Щас стращать будут!
Судя по виду Игоря Борисовича, он был не прочь поболтать, недолго думая, я махнул им, приглашая. Пусть стращает, работа у него такая, может полезное что-то сболтнёт.
Братки прошли через ряды зрителей и поднялись к нам. Игорь поздоровался, затем уселся через кресло от меня, а шестёрка остался чуть в стороне.
— Чё вылупился падаль, любовника сегодня потерял?
Таким невежливым образом, Бес поприветствовал Чупу, тот в свою очередь, ощерился счастливой улыбкой.
— Ты в следующий раз сам приходи, вонючка! Упакуют, отправят куда надо. Хочешь к опущенным? А?
Улыбка Чупы поблекла.
— Давно под шконкой не сидел? А может на параше удобнее? Так ты скажи, организую!
Чупа уже рот раскрыл, но к нему повернулся Борисыч, видимо что-то в личку начеркал, тот перестал сверкать фиксой, ограничиваясь злобными взглядами. Зато теперь Бес улыбался.
Инакий: Попридержи коней!
Рыжий бес: Понял, да я уже закончил!
«Закончил он, Чупу аж трясёт, готов прямо тут на британский флаг порвать».
— Занятные у тебя друзья, — начал Игорь Борисович, глядя на представление.
Гвардейцы, выполняя поручение казначея, выловили целого топтуна. Старались ребятки, молодцы, хорошо хоть элиту не притащили! Заражённый, не обрадовался пленению, да и шоу, похоже не понравилось. Порвав одного из пятёрки противников, пошёл в наступление. Зрители орали в три горла.
— Да и ты не прост! — повернулся в мою сторону, взгляд малость озадаченный. — Вон какой аттракцион придумал! Да и стаб не слабый забабахал! На цитадель метишь? И откуда бабло?
— В налоговой, я уже отчитался! — надо было что-то говорить, вот и ляпнул.
— В местной что ли? — улыбается, старый бандит. – Мне-то уши не три, лапши столько набросали, за три жизни не схаваешь! Сидел?
Поняв, о чём спросил бандит, отрицательно покачал головой.
— Не довелось, особо не жалею!
Тот усмехнулся.
— Жалеет только молодёжь и не сильно одарённая! Никто туда не стремится! Клетка, — кивок в сторону арены.
Топтун покончил со вторым, лягнул наступающего третьего и бесшабашно прыгнул на остальных.
— На счёт бабла… с Бродячего Эла, столько не падает! Да-да, — бросил хитрый взгляд. — Срисовали тебя! Когда узнают остальные, придут и спросят… а спросить с чего есть! — Борисыч окинул взглядом, то, что видел. — Время щита вышло!
Запугивает и предложить что-то хочет, в общем-то понятно что! Покровительство… бандит же!
— Разберусь, — отстранённо бросил я.
— Разберётся он, ну-ну, — проворчал Игорь Борисович. — С атомитами хорошо получилось, грамотно подставил, теперь нескоро очухаются… погань! Что за расу придумали⁉ Ходят как опущенные и живут так же… ладно, отвлёкся я, но тема та же! Приходил к нам посланник ихний, предъяву кинул. Говорит слили мы сынка какого-то главнокомандующего. Тот, конечно, огорчился, родная кровь всё-таки, да и смена будущая! Но готов простить, если мы вернём фамильную винтовку, ну и выплатим контрибуцию в размере десяти белок, — взгляд на меня. — Я его, само собой, послал, мы не про каких с сынком делов не знаем. Неделя! Или пронесут на стаб вонючку! Вижу, что не понял! — старый бандит, ехидно смотрел на меня. — Атомиты, те ещё твари, живут на заражённых кластерах, им там дышится легче и работается само собой. Много всяких гадостей сработать могут, в том числе и грязную бомбу! О! Понял, как я погляжу.
Топтун всё же слился, не выдержал напора двух оставшихся игроков. В возгласах зрителей, кроме радостных, слышались и разочарованные, кто-то поставил не на того.
Ясно, тема та же, добрые дяденьки решат вопрос, а попросят самую малость, сферы распада, все что есть!
Придётся проштудировать тему, ведь не просто же «ради поболтать», мне это втирают, сольёт меня грязнулям, а те с радостью принесут вонючку. Надо что-то решать… хотя, у меня же есть подчинённые и заинтересованы они не меньше, а то и больше! С атомитами решим, а что прикажете делать с братками?