Тонкие грани (том 4) (СИ)

— Добро пожаловать в поместье рода Ли, мистер Блэк. Мы вас ждали.
— Добрый день, — кивнул я.
— Позвольте проводить вас, господин и госпожа Ли уже ждут вас.
— Пожалуйста, — кивнул я.
Мы вошли внутрь поместья. Надо сказать, что он был явно побольше и побогаче, чем все те, что мне приходилось до этого видеть.
Напоминал мне чем-то залы во дворцах, где с противоположной стороны от входа есть большая лестница, которая потом разделяется на две поменьше, расходящиеся в разные стороны на балконы второго этажа. Здесь было то же самое, но в уменьшенной версии. Однако… я не знаю, как объяснить даже… вроде чистенько и богато, но словно выцветше, будто не хватает красок. Сразу вспомнилось поместье Лань.
Меня проводили в большую дверь на первом этаже, где мы прошли по длинному широкому коридору. Здесь с одной стороны были огромные окна, как в замках, а с другой — двери в какие-то помещения, назначение которых останется для меня загадкой.
Надо сказать, что здесь было… пусто, будто не хватало мебели, которую так любят ставить богачи там, где ею никто пользоваться не будет. Мы прошли, свернули направо и упёрлись в большую дверь, которую служанка открыла передо мной. Посторонилась в сторону, поклонившись. Я вошёл внутрь и оказался в небольшом, но уютно обставленном зале, который был чем-то между библиотекой и местом, где можно хорошо провести время перед камином в креслах или на диване. И как раз на диване сидел господин Ли собственной персоной вместе с госпожой Ли. Я их сразу узнал, так как искал на них информацию. Не сказать, что много нашлось, но достаточно, чтоб сложить о них некоторое мнение.
Никто из них не встал, но удостоил меня кивком головы. Я же, как и положено простолюдину, поклонился, но теперь уже на правильный угол — тот раз с Янмэй научил меня, что с этим перебарщивать не стоит.
— Добрый день, господин Ли, госпожа Ли, я благодарю, что согласились встретиться со мной.
— Добрый день, мистер Блэк, рад с вами познакомиться, — произнёс глава, его жена обозначила свою радость от нашей встречи ещё одним лёгким поклоном. Видимо, пока говорит муж, говорить ей нельзя, по крайней мере на относительно официальной встрече. — Присаживайтесь, пожалуйста.
— Благодарю вас, — сел я туда, куда мне показали. — Ещё раз благодарю вас, что согласились меня принять.
И… всё. Повисла тишина. Старики смотрели на меня со своего дивана и вежливо улыбались, тем самым обозначая своё отношение ко мне, пока что доброжелательное. Даже мистером Блэком назвали, хотя вполне могли из-за возраста, да и из-за положения назвать меня просто Томасом, и слова бы никто им не сказал. Возможно, здесь причина в том, что и я не просто мальчик, который способен не уничтожить их, конечно, но попортить кровь знатно, откуда отношение ко мне более серьёзное. Или они не знают, что от меня ожидать, и поэтому сохраняют пока нейтралитет — не приветливо по-доброму, но и не по-злому.
И сейчас они просто устроили мне молчаливую атаку, предлагая самому взять инициативу в руки. Очень удобно, когда хочешь понять, что же и как много может тебе предложить человек, чтоб потом начать гнуть свою линию. Или, — слишком много «или» получается, — просто так давят морально, чтоб легче было потом опять же гнуть свою линию.
— У вас красивый дом, — решил я лить воду литрами, пока они сами не сдадутся. — Сколько поместью лет, если не секрет?
— Он здесь с самого основания города, мистер Блэк, — улыбнулась госпожа Ли.
— То есть можно сказать, что это первое здание, которое было построено, так?
— Да, можно сказать и так.
— А город? Те дома, будто из тридцатых годов, когда были гангстеры в Америке, они позже возникли или одновременно с вашим домом?
— Практически одновременно.
— Ясно, просто я, когда гулял по городу…
И понеслась.
Я взял пример с Джека, который мог иногда болтать без умолку, причём делать это по большей части для самого себя и не сильно волнуясь по поводу того, интересно ли это людям или нет. Он просто не обращал внимания на то, что его никто не слушает, и тарахтел как трактор, пока топливо не закончится.
 
Надо признаться, что это оказалось нелегко, говорить без умолку обо всякой чуши, когда на тебя смотрят. Чувствовал себя идиотом, пусть и старался не подавать вида, что меня это как-то волнует. Наоборот, показывал, что мне это самому интересно и я словно подросток, который пытается поделиться впечатлениями об увиденном и, к своему счастью, нашёл свободные уши. Плевать, какое впечатление я на них произвёл этим, но мне всё же удалось из них выбивать более сложные ответы, чем «да» или «нет».
Так и длилась их экзекуция, пока к нам в комнату с глубоким поклоном не заглянула служанка со словами:
— Обед подан, господин Ли.
Хм… а они, случайно, не сидели и ждали этой фразы? Я, случаем, не зря такой словесный понос на них вылил? Хотя… нет, не зря, в любом случае, это их забота — развлекать гостя, раз уж согласились принять.
Обеденный зал выглядел явно подороже, чем у Лань Янмэй. Да и блюда были, как мне показалось, поизысканней. Только вот, когда мы сели, глава, видимо, решил ответить мне той же монетой. Потому, пока передо мной стояли эти блюда, мне пришлось с ним разговаривать. Возможно, это был такой хитрый ход с их стороны.
— Мы наслышаны о вас, мистер Блэк.
— Надеюсь, только о хорошем.
— К сожалению, нет, — покачал он головой. — Вас боятся в Нижнем Сильверсайде.
— В той части города страх равносилен уважению, увы, господин Ли, — пожал я плечами.
— И почему же?
— Потому что живёт та часть по закону джунглей, пусть и каменных, где уважают только силу. А уважают её, потому что боятся. Была бы возможность найти общий язык с другими иначе, несомненно это бы и сделал.
— А пытались? — спросила его супруга.
— Много раз, госпожа Ли. Но есть люди, которые понимают слова и для них добродетели — это добродетели. А есть те, кто слов не понимает, и для них любая добродетель является слабостью. Они подобны волкам.
— Не думали, что это связано с родом вашей деятельности?
— Сомневаюсь, господин Ли. К тому же, не понимаю, чем им не угодил вполне легальный бизнес моего товарища. Видимо, магазины не даёт грабить.
Говорить прямым текстом про наркотики, естественно, я не стал, а то мало ли. Да и он, судя по улыбке, всё прекрасно понял. «Охранка, ага…» — будто говорил он.
— И всё же причины вас ненавидеть у людей есть.
— На каждого найдётся причина его ненавидеть, господин Ли. Я веду свой бизнес спокойно и не заставлю кого-либо пользоваться моими услугами. Я не бегаю по барам, не пытаюсь подсунуть людям так, чтоб они этого и не поняли, не агитирую на улицах. Это их выбор.
— Но будем честны, вы считаете это правильным? Что этим действительно можно заниматься?
— Конечно нет. Это ужасно, я не отрицаю. Я сам был свидетелем, как дорогие мне люди попадали под это влияние. Но люди ненавидят меня не из-за этого.
— Но тогда из-за чего?
— Из-за того, что людям надо кого-то винить в своих бедах. Они не винят свой слабый характер, нет, они винят меня. Родители не винят своих слабохарактерных детей, которые не думают головой, нет, они винят меня. Все винят меня, потому что это легче, чем взять ответственность на себя.
— Но вы же поставляете это сюда. Логично, что они винят вас.
— Лишь поставляю, господин Ли, но никак не впихиваю силой. Такие обвинения равносильны тому, как если бы ребёнок сел в машину, сбил кучу людей, а потом его родители сказали бы, что он не виноват, раз не думал головой. Но все будут винить парня, а не машину.
 
— То есть вы признаёте, что это грязный бизнес?
— Я вроде и не отрицал подобного, господин Ли. Никогда. Но лучше я буду этим заниматься, чем кто-то другой.
— От чего же, позвольте спросить?
— Наверное, причина та же, что и у домов. Всё, что для нас — хорошо, даже если это плохо.
— Позвольте заметить, мистер Блэк, — вмешалась в разговор госпожа Ли, — что дома подобным не занимаются.