Тонкие грани (том 4) (СИ)

Кстати о врагах, мне тут напели со стороны, что некоторые кланы, более-менее сильные, положили глаз на Сильверсайд и в частности Нижний город, который им показался оптимальным вариантом по понятным причинам: после войны, ослабленный картель, куда большая свобода для действий.
Так что нет, страх показывать я не имел права. Если я здесь король, то и вести себя должен соответственно. Поэтому немного закинуться и в путь с песней.
Доехали мы до храма без каких-либо приключений. А в самом храме я, видимо, застал время сразу после молитвы, так как из него сплошным потоком выходили люди. Пятились, кланялись собственным фантазиям и быстренько расходились. Дождавшись, пока тротуар перед храмом опустеет, и потом подождав ещё немного, чтоб перекурить, я быстренько вылез из машины и вошёл в храм. Там только-только улеглась суета после молитвы, а младшие святые сёстры уже закончили убираться после прихожан.
— Прошу прощения, младшая святая сестра… — тихо обратился я к одной из девушек.
— Да-да, чем могу помочь? — посмотрела на меня девчушка, держа в руке метлу.
— Святой отец… Мне бы ребёнка осветить, — показал я спящую на руках Эйко. — Не подскажете, где мне найти его?
— Вы можете пока присесть, мистер. Святой отец только-только закончил полуденную молитву и отошёл. Но скоро точно вернётся.
— Благодарю.
Как и в прошлый раз, я прошёл к переднему ряду и сел на скамью, дожидаясь, пока здесь где-нибудь появится Святой отец. А мои глаза раз от раза возвращались к золотому чану и кубкам, вокруг которых крутились мысли настоящего бездуховного человека: если их переплавить, сколько я смогу выручить? Миллион будет?
И это мысли человека, который купил бутылку вина, стоящую больше, чем полмиллиона. Человеческая жадность — это то, что у нас в крови. Всегда будет всего мало и всегда будет хотеться больше.
— Вы вновь пришли, мистер, — раздался за моей спиной голос уже знакомой сестры.
— Младшая святая сестра, — встал я со скамейки, — вы сегодня работаете, как вижу.
— Я всегда на службе у света, мистер, — слегка поклонилась девушка.
— Вы прямо как солдат, всегда на службе.
— Я бы не назвала это именно такой службой. Мне в радость здесь находиться, как и в радость нести свет в жизни людей.
— И подметать полы?
— Это вызывает чувство удовлетворённости, когда становится чисто, — не смутилась и нашлась с ответом она.
— Понятно… — огляделся я по сторонам. Ещё две младшие святые сестры убирались где-то в дальнем углу зала, но вряд ли слышали нас. — Я, наверное, должен извиниться за прошлый раз. За то, что оскорбил вашу веру и вас в частности.
— Так вы уверовали?! — сложила она ладошки вместе и буквально приподнялась с таким счастьем на лице, что мне стало неловко.
— Нет, просто попросил прощения, потому что поступил некрасиво. И не должен был оскорблять ни вас, ни вашу веру.
— Это маленький шаг к искуплению грехов, — сообщила девушка мне с улыбкой.
— Боюсь, тогда расстояние, которое мне придётся прошагать, будет как от Солнца к Земле.
— Никогда не поздно начать, мистер. Я не приняла ваши слова близко к сердцу, но мне приятно, что вы попросили за это прощения. Внутри вас скрывается добрая душа, что бы вы ни пытались доказать. И признание неправоты — маленький шажок к истине.
— Да, хорошо, как скажете, — пожал я плечами и сел обратно.
Святая сестра мягко приземлилась рядом. Не так близко, как сидят парочки, но и расстояние не особо держала.
— Может быть вы хотите по…
— Нет, — тут же хрипло отрезал я. — Никаких молитв. Тот факт, что я извинился, не означает моё желание приобщиться к вашей вере. И уж тем более моё мнение не изменилось. Просто я посчитал невежливым оскорблять вас. Ни больше, ни меньше.
— Вы добрый человек, мистер.
Ну началось…
— Зря вы закатываете глаза. Я говорю лишь то, что вижу в вас. Жизнь сама по себе полна греха и тьмы, мистер, поэтому каждый да соприкоснётся с ними. Куда важнее, что он несёт в своей душе.
— Ну и что же вы несёте в своей душе, юная мисс? — поинтересовался я.
 
— Прощение и понимание, — ответила так, будто только и ждала этого вопроса.
— Интересный набор… — протянул я. — А как же вера?
— Верой наполнена моя душа, мистер. Это само собой разумеющееся.
— А прощение и понимание нет?
— Я прощаю врагов своих и понимаю людей, кои далеки от меня своими взглядами на жизнь, мистер. Вы не верите в Святой Свет, я с вами не согласна, однако я могу взглянуть с вашей точки зрения и понять, от чего вы так думаете.
— Вот бы все умели смотреть с другой точки зрения… — вздохнул я.
— Люди несовершенны, так как бог сделал их такими. Ибо так мы становимся лучше, стремясь к идеалу.
— Хотите стать проповедницей? — спросил я, посмотрев на неё.
— Я хотела бы дослужиться до святой матери, чтоб иметь возможность нести свет в души людей.
— Вы и так можете это делать.
— Да, но… некоторые вещи мне недоступны в связи с моим рангом в церкви.
Ох уж эти ранги…
— Что доказывает мою версию насчёт всей этой веры.
— Вы не правы, — покачала девушка головой. — Просто моя вера недостаточно сильна, как и я сама, чтоб действительно направлять людей. Но… — многозначительная пауза. — Я уже могу помочь нуждающимся.
— Мне уже не нравится, как вы на меня смотрите, — нахмурился я. Да-да, в этих святых глазёнках я видел желание. Желание творить добро, подозрительную целеустремлённость и нацеленность на мою персону. Так смотрят хищники на жертв.
— У нас есть круг анонимных наркоманов, — выдала она мне в лоб.
— Ну начало-о-ось… — протянул я. — Вот как чувствовал!
— Но мистер…
— Я что, похож на наркомана?
— Да, — кивнула сестра, после чего посмотрела на мои руки. — У вас пальцы немного трясутся.
— Это от нервов. Я волнуюсь в церкви. Ваш Святой Свет слишком слепит мою душу.
— Вы хороший человек, мистер, но я видела тех, кто хочет бросить наркотики, однако не могут. Поэтому иногда я могу точно определить, когда человек принимает наркотики.
— Слабаки…
— Не все могут… — начала было она, но я закончил мысль.
— …решили бросить наркотики. Не смогли пройти весь путь настоящего наркомана до конца.
Я не смог сдержать улыбки, глядя, как наша святая сестра насупилась. Это было прямое попадание по её идее, которую она была готова защищать. А если готова защищать, значит, сама идея не так уж и устойчиво стоит. Девушка посмотрела на меня осуждающим взглядом, после чего вздохнула.
— Вредный вы человек, мистер. Осветить вас светом надо.
— Звучит как угроза сжечь на костре, словно еретика, — заметил я. — Или огреть половником.
— Наша церковь и в частности святая сестра Надя проводят по понедельникам, средам и пятницам дни, где могут собраться люди, страдающие от наркозависимости или уже пытающиеся бросить.
— Зачем собираться?
— Они могут выговориться, получить поддержку друг от друга, понять, что не одни, что им всегда готовы помочь и поддержать в трудную секунду.
— И помогает?
— Помогает, — кивнула сестра. — Вы тоже можете присоединиться к нам, мистер.
Наркобарон посещает группу наркозависимых. Вот смеху-то будет… Девушка явно не представляет, кто я… Так, меня вообще в лицо мало кто знает. Многие знают, что в картеле сменился босс, однако его в лицо мало кто знает. Иначе говоря, знала бы она правду… Было бы интересно посмотреть на её реакцию.
— Я пас, юная мисс.
— Не будет вам в обиду, мистер, но я, быть может, старше вас.
— И какого вы года рождения? — поинтересовался я.
— Вы очень любезны не спрашивать у девушки её возраст напрямую, — улыбнулась она, — но я могу сказать и прямо. Мне восемнадцать.
 
— Нет, мы ровесники, — соврал я.
— Что же, хорошо, — кивнула сестра. — И всё же подумайте над моим предложением присоединиться к группе.
— Боюсь, что я не интересуюсь подобным, святая сестра, — покачал я головой. — Но могу вас заверить, вы меня уже застыдили и мне совестно.