Тонкие грани (том 4) (СИ)
Покрашенный в тёмно-зелёный цвет, он состоял из листов железа, которые между собой были скреплены большими металлическими щеколдами. Предположу, что для того, чтобы в случае необходимости его можно было легко разобрать. Но вот что это, для нас оставалось тайной.
— Мне, наверное, не надо объяснять, что это тайна, — сказал я громко, обходя его по кругу. — Если это станет известно, то выяснить, у кого длинный язык, не составит проблем. А там…
Думаю, можно было не продолжать, что там дальше будет ожидать говоруна. Фантазия у всех здесь работает неплохо, и они помнят, как я разделывался с прошлыми предателями, которых всех до одного выловил: сжигал, рубил, волок по земле на машине, пока от них кости не оставались, и так далее. Не сам, конечно, иначе бы крышей поехал — в тот момент, уже после расчленения тех уродов, меня словно замкнуло: снились кошмары, а в голову лезли навязчивые мысли. Но другие орудовали не менее жестоко. Я видел у людей, которые меня окружали, не жалость, а злорадство и презрение к предателям. Да, семьи не трогал, просто выгонял из города, но для виновников это вряд ли было утешением во время пыток.
Поэтому сейчас каждый хорошо представлял, что с ним будет, а я надеялся, что до такого не дойдёт. Не могу до сих пор понять, почему, но меня слишком сильно накрывало от подобного. То ли психика слишком расшатана, то ли из-за возраста — я читал, что подростки в силу их возраста сильнее попадают под влияние подобного, даже если всё прекрасно понимают умом. И лечилось это только лекарствами. Как я читал, в норме нужны были антидепрессанты, но так как у нас их не было, но были тонны наркотиков, выбор был очевиден.
Быстрый осмотр ящика всё же дал нам некоторые результаты.
— Нет пометки, какая страна это делала, хотя подобное обычно отмечается, — прожестикулировал мне Молчун через Сэндмэна.
— Может не хотели, чтоб если кто-то это найдёт, отнесли к ним? — предположил Скрипка. — Какое-нибудь химическое или биологическое дерьмо.
— Или же это и вовсе не военные, — пожал плечами я. — Написать на ящике можно всё что угодно, например, что это оборудование, но на таковое это не похоже.
— И пометок какой-либо опасности тоже нет, — обошёл во внеочередной раз по кругу этот ящик Сэндмэн.
— А в других что было? — кивнул я на остальные.
— Рации армейские, пустые обоймы прямо с завода, какой-то пеленгатор с компьютером, металлоискатель, ящик с десятком ПР, — насколько помню, это Пистолет Разовского, под семь шестьдесят два, — ещё совершенно новых и… часть они ещё не открыли, — перевёл он мне Молчуна.
— Иначе говоря, всё от военных, — перевёл я взгляд от ящиков к гробу и обратно. — Возможно, он где-то закупился просто по дешёвке и сбросил у себя.
— Старые склады? — предположил кто-то из парней. — Те, что в Сибирии?
— В Маньчжурии тоже были такие. На случай большой войны, — возразил другой. — Недавно, несколько лет назад, был скандал, что один из законсервированных складов просто распродали. А там хранилось всё едва ли не со времён Российской Империи.
— Так Маньчжурия вроде отсоединилась вообще в начале прошлого века, не? Ты чот там заливаешь, — тут же возразил ещё один.
— Да хер знает, может в шестидесятых, семидесятых, восьмидесятых, — пожал тот плечами.
— Хера немного, ты лет так на шестьдесят ошибся.
— Да плевать, чё докопался? — нахмурился тот. — Те склады, короче, распродали, а потом как спохватились, прошло несколько лет. Типа может этот с тех, ну, складов?
Да, примерно в то время образовался и здесь картель, восьмидесятые, где-то так. Но меня осенило немного по другому поводу: Бурый рассказывал, что Соломон был из тех, кто тащил всё, что плохо лежит, к себе, такая вот черта была у него. Так что если где-то быстро сливали товар, то он вполне мог его просто купить, потому что дёшево, и он это может. Если разграбление склада происходило в восьмидесятые, когда у него уже были деньги, то всё вполне сходится. Грабят, задёшево распродают на чёрном рынке, и Соломон благодаря своей хомячьей натуре это скупает, а потом просто складирует на чердаке.
А возвращаясь к складу…
— Что за склад был, помнишь? — задал я вопрос.
— Склад? — как-то странно напрягся парень. — Он… э-э-э… это… ну-у-у… склад. Я не знаю, по телику показывали, вот я и вспомнил сейчас, глядя на этот гроб.
— Будет не смешно, если мы сейчас действительно урановые стержни вскрываем, — поёжился Скрипка. — Мы это, когда в армейке были, ездили тоже за патронами на склады, там целый конвой был с солдатами. Так там вроде и другие припасы хранили, не только от автоматов.
— Не урановые стержни, это вообще к армии не имеет никакого отношения. Ядерные боеголовки. Но для подобного есть специальные склады. Их не хранят рядом с обычными боеприпасами, — не согласился Сэндмэн. — Здесь же, — он окинул взглядом ящики, — я бы сказал, чисто обеспечение. Если оружие, то скорее по мелочи, а в основном техническая часть. Скорее всего и склад был техническим или на случай войны, но всё равно с преимущественно техникой и аппаратурой.
Самое забавное, что мы просто стояли и рассуждали, глядя на этот ящик как овцы на ограду под напряжением. С другой стороны, слишком уж странно эта вещь выглядела, потому вызывала у нас, людей, способных немного думать, беспокойство.
— Можно вечно стоять, — покачал я головой. — Давайте, открываем его и не компостируем собственные мозги. Если там что-то будет действительно опасное, быстренько избавимся от него и всё. Хотя я хочу сразу предупредить всех, что если кто раскроет свой рот об этом, я лично отрежу ему яйца и скормлю их. И это не оборот речи.
— Если с ними не сделает то же самое ОБС, — пробормотал Скрипка.
Раскрыть щеколды, как оказалось, было не так уж и просто. Пришлось едва ли не ломами и кувалдами их вскрывать, так как те намертво прикипели. Это заняло у нас добрых полчаса. Но ещё до того, как все стенки были убраны, нам открылось содержимое этого ящика — мы просто сняли стенку с торца и смогли заглянуть внутрь. Первое, что мне пришло в голову, на что это похоже, было… ничего. Даже предположить не могу.
— Даже не представляю, что это, — почесал я макушку. — Он фонит?
— Нет, — покачал головой Сэндмэн. — Ни радиации, ни газа.
— Но упаковано так, будто есть и то, и другое, — сказал Скрипка. — Хотя выглядит безобидно. Может быть… я не знаю, какое-то хранилище?
— Надо снять остальные части, с той стороны тоже что-то есть. Давайте, работаем, — поторопил я их.
А в моей голове крутилась только одна мысль — за сколько от этого можно избавиться. Ведь, конце концов, вряд ли, что бы это ни было, нам оно пригодится. Мы не военная организация и не научная. Мы обычный картель. Вот будь тут лекарства всякие, то да, наша стихия, а здесь не пойми что.
Мне это ещё сундук Пандоры напомнило. Как откроешь, так выпустишь в мир то, чего лучше не выпускать. Причём это вот, — я даже не знаю пока, как это называть, — выглядит именно так. Закупорено, заварено, всячески закрыто, чтоб никто случайно его не открыл. Может ну его нахрен? Прямо сейчас в грузовик, к морю и сбросить в воду? Или продать куда-нибудь? А лучше вообще отвезти на пустырь и позвонить в полицию, чтоб они сами разбирались с этим?
Я знаю, что так не поступлю, однако думать об этом мне оно не мешало. А к тому моменту, как все стенки были окончательно сняты, я мог примерно сказать, что в действительности этот агрегат мне напоминает.
— Ну что, ваши ставки, господа, что у нас в руках?.. — пробормотал я.
Глава 159
— Похоже на бомбу, — спокойно высказался один из присутствующих, поглядывая на открывшееся нам чудо. — Знаете, ту, что в мультиках рисуют, такую, как торпеду. Только эта побольше будет и с ящиком с другой стороны.
— А ты видел бомбу настоящую? — покосился на него один из парней.
— Не-а, только в мультиках. Так вот, они выглядят как эта. А ты что думаешь, Мясник? — спросил он, глядя на меня. — Ебанёт или нет?