Жестянка 2 (СИ)

— Пулемёт на второй вышке?
— Ага.
— Кстати, Игорь, а с чего все решили, что это враги?
— Ну, а кто тогда, День? — удивился тот. — Когда это к нам с запада друзья приходили?
— Логично. Ладно, парни, не расслабляемся, внимательно наблюдаем, фиксируем любое шевеление. Втроём такие гарнизоны не атакуют. Если это наскок, то должны быть и другие группы.
Парни кивнули.
Хм-м, надо же... Впервые вижу на Жестянке живой грузовик. До этого момента самой тяжёлой автотехникой русского анклава являлся наш «уазик».
  
— Спика, а Кретова где?
— На второй вышке.
— Хайдаров?
— Мустафа со своими ребятами за воротами. Стоят в качестве маневренной группы, ждут команду на выдвижение.
— Понятно. А ты что здесь делаешь со своей трещоткой? От неё толку на вышке мало.
— Да... Это... — замямлил Пикачёв, — Вообще-то, Ирина меня на куртину отправила, стеречь в ячейке периметр.
— И?
— Просто решил сюда забежать, типа тебя предупредить, — изображая наивное детство маленького романтика, Пикачёв смотрел на меня честными васильковыми глазами.
— Ясно, налицо нездоровый энтузиазм. Значит, так, дуй на куртину, занимай свою позицию.
— Может, всё же лучше к воротам, а? Типа на усиление мангруппы? — с надеждой спросил он.
— На куртину! — громче приказал я на правах старослужащего. — Вперёд, типа в окоп! Кретова всё уже обдумала, или мне ей брякнуть?
— Не надо, бездушный ты человек, — расстроенно буркнул Пикачёв, разворачиваясь к широкому люку.
Только он спустился, как лестница задрожала снова.
— Что тут у вас происходит, воины? — с трудом восстанавливая сбившееся на подъёме дыхание поинтересовался Казанников.
Ого! Сам шеф прибыл на вышку, небывалое дело! Не поленился вскарабкаться.
Все, конечно, приветственно кивнули, напряглись, принявшись с двойным усердием наблюдать. Игорёня быстро начал докладывать обстановку. Краем уха слушая его рассказ, я пару раз посмотрел на легендарную винтовку Казанникова Tikka T3 Varmint в калибре 243 Win. Оружие пока находилось в дорогом деревянном футляре, поцарапать который не менее страшно, чем сам ствол.
Между тем грузовик продолжил осторожное движение по боевому полю, от прежней лихости нежданных гостей не осталось и следа. С высоты ближний участок полигона просматривался отлично. Одному человеку здесь ещё можно укрыться от опытных глаз наблюдателей, а вот группе нет. Присутствия, признаков активности вспомогательных групп, прикрывающих или отвлекающих внимание наблюдателей от автомобиля не видно.
Что же они здесь делают? Можно допустить, что нежданные гости прибыли с торговыми целями, но почему тогда кузов пустой? Проделать на такой технике дальний путь и не нагрузить в товаров до выпрямления рессор?
Неожиданно мою голову посетила весьма нехорошая мысль, век бы о таком кошмаре не думать:
— Владимир Викторович, а что если это террористы, а в кузове у них лежит двести кило взрывчатки? Что если они с подрывом на таран пойдут?
Казанников сухо закашлялся.
— Рубин, ты что, моего инфаркта ждёшь? Нет, фантазия у тебя действительно безграничная...
Я промолчал, зная, что Дед сейчас всё переварит и отреагирует уже иначе.
— Террористы... Ещё скажи, смертники! Ну, откуда? Впрочем...
— Так я же про «впрочем» и говорю! Надо бы препятствие перед центральным въездом поставить. От прорыва злодеев. Блоки железобетонные!
— Гениально, Рубин! — похвалил меня шеф. — Прямо сейчас спускаемся и быстренько ставим, да? У тебя в заначке найдётся парочка таких блоков, или со склада выпишем? Террористы, надо же такое придумать. Возможно, конечно... Когда-нибудь. Ставим твои блоки в план на будущее, тут ты прав. На будущее, да.
И всё-таки, что у них в кузове, кроме одного пассажира?
В радиоэфире изредка звучали короткие переговоры наших. Кретова оперативно корректировала диспозицию, кого-то перебрасывала с места на место, какие-то участки усиливала...
Между прочим, сейчас идёт спасательная смена первой группы. То есть, если сейчас обнаружатся баррели, то нам придётся вприпрыжку скакать по полигону. Как это возможно увязать с происходящим на боевом поле, я не представлял. «Подождите, не стреляйте, нам к баррелю надо!». Так, что ли? Я посмотрел на небо, нервно выискивая в синеве пятна спускающихся куполов... «Лишь бы не начали сбрасывать», — эта недопустимая мысль буквально потрясла меня.
Вот такая каша.
А внизу, там, за моей спиной, в полном неведении о ЧП продолжал спокойно жить и работать маленький посёлок Пятисотка. Женщины и мужчины, старики и дети спокойно делали своё дело, отдыхали после смены, лечили, учили и учились в полной уверенности, что враг не пройдёт, а специально обученные мужчины гарнизона обеспечат безопасность посёлка и всё сделают правильно. Как тут не обеспечить? Костьми ляжешь.
— Белый флаг выбросили! — громко крикнул Игорь.
Да вижу, вижу... Нет ли здесь уловки?
Тут лестница снова заскрипела. Неужели опять Спика? Ну, я ему... Но вместо наглого лица Пикачёва в проёме показалась хитрющая мордашка помдежа Кирилла!
— Какой чёрт тебя принёс? Тьфу, ты! Брысь! — прошипел я, сплюнув вниз.
И тут же нарвался.
— С вышки плевать нельзя, плохая примета. Спасработы можно сорвать, — нахмурился Игорёня.
Помдеж не испугался, сдаваться просто так он не собирался.
— Товарищ спасатель, ваше приказание выполнено! Бифштексы собраны и доставлены по назначению!
Я открыл рот, вокруг послышались ехидные смешки, а Дед решил уточнить:
— Не понял, что за бифштексы, причём тут бифштексы, Рубин?
— Рабочий момент, Владимир Викторович!
— Рабочий? Мне бы такую работу...
— Просто Денис у нас очень бифштексы любит, — ехидно пояснил Игорёня, который мог бы и промолчать, зараза. — Он известен, как бифштексовый наркоман.
Всё, теперь меня пацаны заклюют. Как бы обидное прозвище не приклеили.
— Кто тебя просил сюда...
— Так вы же сами просили доложить! — с улыбкой профессионального мошенника уверенно откликнулся мальчишка.
— Так, вали!
— Прекращай, пусть остаётся, ему полезно будет, — неожиданно распорядился Казанников.
Пш-ш...
— Внимание! — прозвучал в эфире строгий голос Кретовой. — Готовность не снижать. Никому не верим, белому флагу тоже. Первая вышка контролирует грузовик, вторая и бойцы в ячейках — фланги. Маневренной группе на выезд! Мустафа, людей береги, постарайся без стрельбы... Рубин, во все прицелы смотрите там, прикрывайте надёжно! Как приняли, доложить.
Посты поочерёдно отбились, а я не выдержал:
— Мустафа, не исключай вероятность теракта. Маленькая, но есть.
— Принял, — несколько растерянно откликнулся коллега после короткой паузы.
Все посмотрели друг на друга, ожидая реакции.
— Ну, что ж, надёжно так надёжно, — вздохнул Дед, похлопав Игорёню по плечу. — Пострелять-то дадите, если что?
Он примерился возле ограждения вышки, положил винтовку, вложился. Нет, эта позиция ему не понравилась.
— Сынок, подвинься-ка, я здесь встану, — мягко попросил он часового, затем обратился к нам:
— Кабину держу. Денис, ты пока что поработай-ка при мне наблюдателем-корректировщиком, стрелковый бинокуляр у тебя хороший... А вы, ребятки, за сюрпризами из кузова смотрите. Из «мосинки» пока не палите, у неё кучность по настроению. Вот так и стоим, пока злодеи из кабины не полезут, а там посмотрим.
— Да не злодеи это, — тихо сказал я.
— Я тоже так думаю, — сразу согласился Казанников. — А кто? Поэтому смотрим в оба, думаем тщательно. Хуже нет, чем непонятное.
Если честно, то толку от моего «укорота» с открытым прицелом немногим больше, чем от шмайсера Спики. Так что Дед решил правильно.
Грузовик неизвестного назначения наконец-то преодолел так называемые «говны» и в районе Пылевика выбрался на более-менее приличную дорогу, за годы работы утрамбованную колёсами спасателей. Дальше ГАЗ-53 полетит без задержек.