Нежное создание 2 (СИ)

Выполненная в технике трёхмерного объёмного изображения, вывеска вышла на загляденье.
Как и ожидала Ника, необычная подача плоской картинки дала визуальный эффект и произвела нужное впечатление. Выполненные в серо-голубых и бирюзовых с белым тонах, буквы выглядели вышедшими за рамки вывески, парили в небе, летели.
Приём девушке хорошо знаком. Наши глаза в каждый конкретный момент воспринимают небольшой участок зрительного поля. Желая получить полную картину, мы неосознанно движемся взглядом по зрительному полю. Нарисованные определённым образом тени обманывают наши глаза: мозг находит точки отсчёта не там, где полагается, и воспринимает изображение как движущееся. Недостающий эффект дадут погодные условия — дуновение ветра, запахи, брызги дождя или солнечное тепло.
С не меньшим интересом нетерпеливые горожане рассматривали кованую консольную вывеску, размещённую на углу дома на цепи. Кофейник с условно льющейся в чашку жидкостью как нельзя лучше говорил о назначении питейного заведения.
Название кофейни звучало на устах всех жителей города.
— Все только и говорят о вашей кофейне, — говорила Хенни, возвращаясь с рынка с печатью усталого довольства на порозовевшем лице. — Не дают мне шага ступить, всё выпытывают, что у вас тут, да как.
Служанке доставляла удовольствие не столько растущая известность заведения хозяйки, сколько вдруг ставшая популярной сама персона Хенни.
Ника пробежалась взором по приглашённым и явившимся на открытие кофейни без приглашения горожанам. Зацепив боковым зрением в стороне от всех тёмное пятно, вернулась к нему.
Тело пробрал озноб.
Владелец конторы по переписи книг и документов Мейндерт Готскенс безотрывно смотрел на неё. Когда их глаза встретились, он, изобразив на худом вытянутом лице подобие улыбки, неторопливо приподнял круглую шляпу и в знак приветствия кивнул девушке.
Ника машинально кивнула ему в ответ и отвела глаза. Ответной улыбки мужчина не дождался.
При скором повторном осмотре плотных рядов горожан, Мейндерта Готскенса девушка не увидела.
«Правильно, мужичок-паучок, нечего тебе здесь делать», — выдохнула она с облегчением. От мысли, что мужчина может прийти в кофейню и Нике придётся его обслужить, пробрал озноб.
«Не придёт», — заверила она себя. Кусачие цены не хуже злющей цепной собаки перекроют вход в дорогое заведение небогатым обывателям.
Она пропустила момент, когда губернатор закончил свою речь, и приглашённые единым плотным потоком влились в широко открытые двери кофейни.
Поняв, какого та уровня, небогатые горожане, кривясь и укоризненно покивав на свежеокрашенный белоснежный особняк, ушли кто в сторону площади, кто к каналу.
Посетители не толпились у барной стойки, не выстраивались в длинную очередь. Разделившись на группы по интересам, господа оккупировали всё свободное пространство небольшого зала, прохаживались, вели беседы, рассматривали интерьер заведения, задерживались у витрины-шкафа с продукцией и ценниками, оглаживали столешницу барной стойки, пробовали на прочность барные стулья, привычно ждали, когда их обслужат.
Чтобы рассадить всех желающих, в ход пошли запасные стулья.
Госпожа Маргрит то и дело указывала на стоявшую на стойке рамку, похожую на портретную, со вставленным в неё меню и которая, впрочем, приглашённых интересовала мало.
В любимой Никой VIP-зоне расположились судья и старший бальи с супругами, губернатор и красивая молодая женщина с мальчиком на вид лет шести и прелестной белокурой четырёхлетней девочкой.
Мама с детьми заказала горячий шоколад, холодный чай с лимоном, мёдом и мятой, треугольные сырники с изюмом и пирожное-медовик. Старшие женщины решили попробовать «Пивную тарелку №2» с ароматным куриным филе в кляре, золотистыми сырными палочками и пикантными луковыми кольцами в кляре.
Мужчины к пиву заказали пивные тарелки всех видов.
За вторым столом в VIP-зоне, расположенной ближе ко входу в кофейню, но от этого не ставшей менее привлекательной, расположилась чисто женская разновозрастная компания, включая трёх девочек-подростков, в которой выделялась госпожа Шрайнемакерс и, как ни странно, чувствовавшая себя необычайно непринуждённо госпожа Бригитта.
  
Госпожа Маргрит часто подходила к ним, задерживалась, участвовала в беседе. Указывая на витрину, рекомендовала отведать то или иное блюдо. Женщины много ели, на похвалу не скупились, удовлетворённо кивали и улыбались. Девочки шептались, обсуждая полученные «жетоны» за покупку одной чашки горячего шоколада.
Не советуясь с Ван дер Меером, которому в последнее время было не до Ники, повторяя как мантру, что победителей не судят, девушка решила действовать самостоятельно — ввела накопительную скидку на покупку чашки горячего шоколада. В качестве дисконтной карты вместе с каждой покупкой вручала покупателю «жетон» в виде миниатюрной кружки-напёрстка*. Их лепил Маркус — старательно и весьма аккуратно. Его тонкие пальчики как нельзя лучше подошли для задуманного. Смесь обожжённых «жетонов» в коробке пестрила разноцветьем.
— Соберите на шнурок девять кружечек, принесите в кофейню и получите десятую чашку горячего шоколада бесплатно, — поясняла Ника каждому покупателю дорогого напитка.
— Нет, оставить себе «жетоны» нельзя. При следующей покупке отсчёт начнётся снова, — поясняла терпеливо.
— Разных цветов?.. Вам они нравятся? — улыбалась понятливо. — Ничем не могу помочь. Либо обмен, либо соберите коллекцию из всех имеющихся цветов и остановитесь. Выбор за вами.
Ника вертелась как белка в колесе. Провести розыгрыш призов она планировала чуть позже, когда схлынет напряжение, господа пообвыкнут, станут спокойнее: мужчины захмелеют от крепкого пива, а женщины и дети насытятся. Под стойкой стояли призы: пивная кружка, мыльница, оригинальный подсвечник, подставка под ложку и забавная округлая лягушка-копилка. Настроение подпортила пропажа курильницы.
Кто-то разбил её и скрыл от хозяйки? Почему? Испугался, что Ника потребует выплатить причинённый по неосторожности ущерб? С трусишкой она разберётся после.
Курильницу пришлось заменить чайной парой с прямоугольным блюдцем.
Спустя час пропажа «приза» виделась Нике сущей мелочью по сравнению с тем, что творилось под самым её носом.
**
Как и госпожа Маргрит Ван дер Меер принял активное участие в открытии кофейни: привечал приглашённых, охотно показывал обстановку и рассказывал о заведении.
В форме морского офицера, гладко выбритый, подтянутый и красивый, сегодня он снова забыл о трости и почти не хромал, выглядел бодрым и всем довольным.
Занятая продажей напитков, Ника не заметила, когда за округлым столиком напротив барной стойки разместилась новая компания. До неё на этом месте надолго задержались две молодые семейные пары, оставив в кошеле хозяйки кофейни внушительную сумму серебром.
Виллемина с братом, угловатым бледным подростком лет двенадцати, расположились на диванчике. По правую руку от дочери на стуле восседал Питер ван дер Ваал. Рядом с Юлиусом сел Алан Матфейсен.
Ван дер Меер принёс дополнительный стул, подсел к главе семейства, и за столом стало теснее. Мужчины пили пиво, разговаривали, ели, отдыхали.
«Так будет всегда», — заметила Ника. Кто-то будет приятно проводить время в дружественной обстановке, а кто-то будет их обслуживать. Ты этого хотела?
О чём говорили за столом, девушка не слышала. Мягкий низкий голос Питера ван дер Ваала звучал тихо и ровно. В расслабленной позе нувориша* сквозило превосходство.
Алан, по мнению Ники, вёл себя сдержанно, а вот Кэптен удивил. Отец Виллемины беседовал преимущественно с ним. Прозвучавшие из его уст «ост-индец» и названия некоторых специй, долетевших до девушки, навели на мысль, что разговор идёт о парусном судне и коммерческой деятельности семьи Адриана до войны.
Виллемина не участвовала в беседе, предпочитая слушать. Присматривала за скучающим братом, маленькими глотками пила горячий шоколад и блаженствовала.