Целители. Тени прошлого (СИ)
Юноша бессильно мотал головой:
- Нельзя! Ты разобьёшься! Нужно ждать помощи!
Нел изо всех сил тряханула его:
- Очнись, Даст! Упустим же момент! Вчера они весь день торчали тут. Наблюдали, как мы корчимся... Сколько ждать? Пока ты умрёшь? Или пока меня заберут в постель к тому ублюдку? Ещё немного и я не смогу сопротивляться, Даст! Прошу, помоги!..
До парня, похоже, дошло. Он сделал титаническое усилие и попытался встать. Нел помогла ему. Она была намного сильнее почему-то. Будто аколит истощал её гораздо медленнее, чем Астига. Девушка пряталась изо всех сил, чтобы Ельмин не заметил. За Даста пряталась. Он слабел быстрее, она плакала и терпела. Он не сможет выбраться и позвать на помощь. Она вполне. Значит, нужно терпеть и выбираться...
Даст сумел встать. Упёрся ногами, но всё равно покачивался... Нел примерилась. У неё будет одна попытка. Больше он не выдержит... Девушка подвязала платье, чтобы не мешало, прикрыла глаза, медленно выдохнула и быстрой белкой взобралась Дасту на плечи. Прыгнула вверх с такой силой, что Астиг упал... А она допрыгнула.
Ухватилась за балку... Дальше уже было дело техники. Вырвавшись из-под убивающего влияния аколита, Нел не обрела, конечно, прежние силы. Голова ехала. Окружающее по прежнему двоилось...
Потому она была предельно осторожна и не торопилась, когда передвигалась по ветхой кровле башни, и спускалась вниз по почти гладкой стене. Хельм любит повторять, что "беспечный воин - мёртвый воин". Она воин сейчас и должна быть аккуратна, ведь от неё зависит жизнь Даста. Мэй ждёт её и семья.
О Лавиле старалась не думать. Это было почему-то больно и страшно. Пока лежала там, на холодном полу башни, думала. Ещё как. В основном о дочери и о нём. Прощалась. Теперь старалась выбросить их из головы, чтобы не расхолаживаться.
***
Лёгкой быстроногой тенью заскользила она по улицам города. Пряталась. Когда видела, что дорога свободна, стремительно бежала дальше. Может, она и добежала бы до академии. И охваченный беспорядками город не помешал бы.
Беда в том, что её пропажу обнаружили. И не только это... Те, кто схватил их с Дастом, были определённым образом связаны с теми, кто организовал заговор против короны. Можно сказать, что обе эти силы воспользовались друг другом и собирались извлечь пользу из "сотрудничества".
Они знали, как Нел ослаблена. Что у неё нет сил петлять, а значит, она пойдёт в академию прямым, самым простым маршрутом. И имели возможности её подловить...
Те самые "банды", что бесчинствовали в Дорме третий день, сконцентрировались в одном направлении. Алату доложили немедленно. Агенты и городская стража выдвинулись туда. Но те, ловцы, успели первыми...
Всё сложилось идеально для них. Девчонка считала уже, что дошла. Расслабилась и попалась "на глаза" одному из артефактов. А дальше уже было дело техники для тех, кто привык управлять людскими массами, как пешками.
Толпа горожан была подогрета и послушно громила всё, что попадалось на глаза. Лупила любого, кто пытался остановить безобразие. Кричала то, что "крикуны" подсказывали ей... Озверелые люди заполонили несколько улиц и перекрыли дорогу к академии. Жертва поняла это и попыталась отступить. Ей не позволили...
Её будущий хозяин прямо показался ей. Стоял и улыбался. Ждал, что она выберет.
С другой стороны площади кричала и двигалась толпа. Люди, потерявшие себя. С дико блестящими глазами, широко открытыми ртами. "Под воздействием, вероятно",- подумала Нел и стала лихорадочно думать, как бы их обойти. Поняла, что нет. Не выйдет. Её грамотно отрезали. "Хозяин" знает это, потому и улыбается так мерзко. Ждёт её.
Она совсем плоха, оказывается... Или иллюзорная маска на нём... Лицо урода она никак не может рассмотреть. Но так ясно видит другое... Как он крутит в руках, в специальных перчатках, серебристую полоску. Аколит. Ждёт, что она своими ногами придёт к ошейнику и позволит надеть его на себя...
Новое воспоминание прошило девушку... Это она тоже видела, когда падала с утёса на далёком севере. Не только полуразрушенную башню, но и эту площадь. Дико беснующуюся толпу. Новая смерть. Новый выбор... А какой выбор может быть для вольной ведающей? Жизнь рабы или смерть свободной? Выбор, как по ней, очевидный...
Она улыбнулась несостоявшемуся "хозяину" прямо в смазанные иллюзией, расширившиеся от удивления глаза, и сделала первый шаг навстречу толпе. Второй. Третий. Не пряталась. Нет смысла. На неё, так или иначе, натравят псов.
Не ошиблась... Высокий лорд смотрел на рыжую девушку некоторое время. Медленно кивнул. Пусть решает сама. Её выбор... Развернулся и растворился в кипящем котле безумного города.
***
Первые крики "Ведьма!" и первые камни прилетели одновременно. Нел не отзывалась ни на то, ни на другое. Шла вперёд, просто для того, чтобы идти. Она не упадёт, пока у неё будут силы. Просто потому, что сломаться, спасовать перед злом, невозможно ни для ведающей, ни для эльфа.
Она потомок тех самых Ведущих За Собой. Древних эльфийских королев. Лирэль, Ильдис и других, им подобных. Они смеялись с лицо смерти. Как смеялись ей в лицо совсем недавно князь Гарнара и её собственный отец. Она, потомок Талеев, тоже будет держаться прямо и гордо, пока не упадёт.
А как эльфийка, ещё и удержит сердце от гнева и ненависти. Разве понимают одурманенные люди, что творят? Нет. Они искренне верят, что чёрное, это белое, и наоборот. Что она исчадие, без которого мир станет светлее и лучше.
Пусть. Её девочку вырастит семья. И отец. Может быть, Лавиль найдёт в себе силы жить ради дочери... Сейчас, когда грань жизни и смерти размылась, истончилась для неё, Нел увидела, кто держал её. Почему она слабела так медленно. Потому, что слабел он... И сейчас он гораздо слабее её.
- Прости!- прошептала Нел, когда упала.
Именно ему. Точно зная, что он услышит её. И простит... Закрыла глаза, чтобы не видеть озверелое лицо толпы. Она не хочет видеть такое. Она лучше будет помнить людей другими. Способными на сострадание и любовь...
***
Толпа почти уже растоптала рыжую девочку, когда кто-то выдернул её у неё из-под ног. Люди, потерявшие лицо и жаждущие крови, бешено заворчали, закричали, требуя жертву назад. Но отступили... Отхлынули, как отлив...
Гильдия строителей была самой сильной в королевстве. Влиятельной. Пусть и не самой богатой. Всем ведь нужно строиться, ремонтировать дома и крыши. Чистить дымоходы, наконец. Чтобы однажды зимой не отправиться всей семьёй туманной дорогой вслед за Морой.
Может показаться странным, что именно такие, "мелкие" резоны остановили и немного отрезвили горожан? Вы удивитесь, но так чаще всего и бывает. По принципу "своя рубашка ближе к телу".
"Крикуны" попытались раззадорить толпу снова. Ничего не вышло. Просто потому, что никто из обывателей не хотел отправить за Последний порог из-за засорившегося дымохода. К тому же стена строителей, высоких, дюжих ребят, встала перед людским штормом, как волнорез, и погасила самый сильный его порыв. Не полностью, конечно. Но и выплёскиваться дальше не позволила.
Противостояние разума и безумия длилось некоторое время. Разум победил. В головах горожан начало светлеть понемногу. Не потому, что они как-то особенно быстро и дружно раскаялись. Нет, конечно. Так бывает только в сказках...
Сила и страх остановили их. Цепь здоровенных молодых строителей было не прорвать. А один из них, Гин, державший девушку на руках, поговорил с ошалелыми людьми. Ну, как поговорил... Скорее уж угрожал... Громко, весомо. Крикнул прямо в нутро толпы тот самый "мелкий резон", который заставил обывателей думать головой, а не разбуженной мерзавцами тёмной стороной человеческой натуры:
- У нас хорошая память! Клянусь, все, кто бил девочку, оскорблял или бросал в неё камни, никогда не получат помощи от гильдии строителей! Никакой помощи! Собирайтесь и проваливайте из Дормера куда-нибудь в Лабрию или в Самир потому, что в Ламетале или в Гарнаре эльфы и вовсе убьют вас за то, что вы посягнули на одну из них!