Граффити любви (СИ)

Кто его знает, что у этого террориста на уме. А теперь я стала вспоминать географию. Исламабад — это, так это столица Пакистана. Там войны, по-моему, не прекращаются никогда. Возможно, это представители этой страны, только вот что они в Брянске забыли? А еще мне хотелось узнать, где заложена бомба. Нужно было попытаться ее обезвредить. Теоретически мы с Терминатором это умеем. Он меня этому научил, и принцип механизма мне был известен…
Я ни разу не летала на самолете и немного побаивалась. А сейчас вероятность проститься с жизнью была достаточно высокой. Я почувствовала легкую вибрацию и приглушенный звук, который со временем стал усиливаться. Вероятно, запустили двигатели нашего самолета. Никто в аэропорту не знал, что происходит на борту самолета и адреналин зашкаливал. Испытывала ли я страх? Да конечно. Сейчас на кону моя жизнь и жизни моих близких, а еще других соотечественников, которые решили отправиться во Флоренцию. Теперь от нас зависит, жить нам или умереть и здесь не место сомнениям и страхам.
Я медленно стала пробираться в сторону хвостовой части самолета, осторожно проползая под сидениями. Кто меня видел, тот молчал. Люди смотрели на меня с надеждой, и в затравленных глазах читалась безысходность и желание жить. Как знаком мне это взгляд. Они все словно маленькие дети сейчас, и я готова была убивать ради спасения этих людей и благополучного перелета.
По странным ощущениям в животе я поняла, что самолет уже набирает высоту. Я продолжила пробираться в хвостовую часть и услышала еще выстрели. Убили мужчину, который решил проявить героизм и попытался кинуться на террористов, когда его жену или любимую потащили в сторону бизнес-класса «Господи, Никита, прошу не поступи так же. Мы справимся, только бы добраться до бомбы и заполучить оружие. Терминатор, когда ты учил меня драться, и я в кровь сбивая костяшки пальцев рук, не думала, что это мне пригодится. Сколько их? Контролируют бизнес-класс двое. Наверное, в секции управления тоже есть террористы. Еще двое в хвосте. В общем, где-то около восьми человек.
Неожиданно я услышала выстрелы в салоне бизнес-класса, и сердце предательски сжалось…
  
Глава 24. Школа выживания…
 
Голова работала четко и ясно. Все эмоции ушли на второй план. Сейчас главное сделать так, чтобы самолет имел возможность благополучно приземлиться, а еще обезвредить бомбу, но для начала нужно справиться с террористами. Они думают, что у них все под контролем. Как бы ни так.
Когда я жила в детском доме, то мы лишены были возможности по телевизору смотреть то, что нам хотелось, но новости по первому каналу воспитатели и остальные работники детского дома смотрели всегда. Это было традицией, а потом все активно обсуждали то, что происходит в нашем мире сегодня. Терминатору разрешали смотреть все, вместе с воспитателями.
Тогда в новостях периодически появлялась информация о том, что террористы захватили самолет. Это не было таким уж редким явлением, и Тимур Стрельников проникся этой темой. Он буквально уверен был в том, что когда-нибудь попадет в такую ситуацию, когда окажется на борту самолета, который подвергнется нападению. Наши внеплановые учения по выживанию в подобных условиях были серьезными. Проводил он такие учения только среди добровольцев. Я, конечно же, принимала в этом активное участие.
Видимо сейчас пришло время на практике применять знания, полученные еще в детстве.
Пробравшись к хвостовой части самолета, я прижалась спиной к стене, сидя на полу в салоне эконом-класса, прислушалась.
— Зачем ты брата моего немого потащил на это дело? От него толку мало.
— Зато Муста не предаст, и убивать умеет профессионально, — услышала я хрипловатый голос одного из террористов. В хвостовой части самолета, где обычно находится стюардесса, которая была убита первой, и сейчас, вероятно, ее труп находился там же, где были эти трое мужчин. Двое переговаривались, а один был немой. Немой. Я задумалась.
После послышалась очередная серия выстрелов в салоне бизнес-класса, и эти двое мужчин поспешили оставить своего приятеля, чтобы выяснить, в чем дело, а я нащупала в кармане свой складной нож. Да, мне удалось его протащить во время досмотра. Да и нас особо не досматривали тогда. Все очень спешили. Мой нож — это подарок Терминатора.
 
Один мужчина в салоне смотрел на меня очень пристально, внимательно, понимая, что я не собираюсь мириться со своей судьбой. Он был высоким. Его кожа был с характерным загаром, а волосы были черными. Его карие глаза были добрыми, и я понимала, что такому человеку можно доверять. Одежда мужчины чем-то напоминала одежду моего отца. Светло-серебристая рубашка, серый жилет, небольшой стильный шарф и бежевые брюки.
Он кивнул мне в знак того, что поможет в случае чего… Я резко встала и шагнула туда, где находился немой. Терминатор говорил: «Коль решила убить, не мешкай».
Нож был наготове и прежде, чем мужчина совершил выстрел, я ударила его в шею, одновременно пронзая ножом трахею. Небольшой выпад, и его оружие было перехвачено. Тут же позади меня оказался тот мужчина, который следил за мной.
— Кто ты такая, смелая девчонка? — пораженный моими действиями спросил незнакомец. Сейчас смертельно-раненый террорист задыхался. Его смерть была неизбежной, а я, приставив пистолет к его голове, совершила решающий выстрел, который оказался глухим, и благодаря тому, что шумовой фон в самолете был громким, да еще и гроза началась, никто не услышал выстрела.
Сейчас мы летели среди черных туч, и гром с молнией создавали дополнительный жутковатый эффект.
— Отвернитесь, я переоденусь в его одежду, а вы приберите здесь и спрячьте тело под сиденьем в салоне, — я говорила взволнованно, понимая, что действовать нужно быстро. Если узнают об убийстве подельника, никого точно не пощадят, а значит время шло на минуту или даже на секунды.
— Хорошо, — мужчина дождался, пока я переоденусь.
— Вы можете приступить к своей задаче, — у убитого террориста был пистолет, и я пересчитала патроны. Еще один пистолет я сняла с его пояса, и теперь нужно было действовать быстро. Я взглянул на двери салона бизнес-класса. Все преступники сейчас находились за закрытыми дверями, вероятно не ожидая никакой угрозы от пассажиров эконом-класса. Это было мне только на руку.
— Как Ваше имя? — быстро спросил незнакомец, который сейчас помогал мне. На вид ему было лет сорок. В его голосе послышался легкий акцент. Вероятно, он тоже итальянец.
— Пикассо, — бросила я через плечо.
— Пикассо? Вы серьезно, — удивился незнакомец, — а я хирург. Работаю и живу во Флоренции. Здесь гостил у друга. Он из России. Если будет нужна моя профессиональная помощь. Я к вашим услугам.
— Понадобится. Но сейчас не привлекайте внимания и спрячьте тело.
— Пикассо… — окликнул он меня.
— Что?
— Удачи, девочка. Правда на твоей стороне, даже если тебе придется убивать, — мы встретились взглядами, и его легкий кивок придал мне сил.
Отвечать я не стала, а уверенно пошла в сторону бизнес-класса. Самолет сильно трясло. Погодные условия не благоприятствовали. Мы можем погибнут и без помощи террористов.
Сейчас создавалось ощущение, что даже бог отвернулся от этих людей и от меня заодно. Я уверенно прошла между рядами пассажиров и теперь, когда мое лицо было скрыто под маской, люди испытывали страх. Матери прижимали своих детей к груди, которые не могли успокоиться.
Когда я прошла в салон бизнес-класса, то по спине пробежала холодок. В воздухе витал запах смерти. Я быстро нашла глазами своих. Отец был ранен. Его рубашка была пропитана кровью. Ник тоже был ранен в плечо, но пытался помочь моему отцу, а Дакота испуганными глазами оглядывалась по сторонам.
В зоне, где сидели пилоты, слышались странные звуки. Женские всхлипы и вскрики. Я догадалась, что там происходить. Половина пассажиров бизнес-класса были мертвы. Когда Дакота посмотрела на меня, я сделала то единственное, что пришло мне в голову. Я показала ей знак, которому научил нас Терминатор. Слегка согнула руку в локте и скрестила средний и указательный палец, от чего Дакота чуть не вскрикнула, а я приложила палец к губам, показывая, чтобы она сидела тихо.