Граффити любви (СИ)

***
Никита отвез нас всех сначала в академию. Дакота старалась не смотреть мне в глаза всю дорогу. Она сосредоточенно о чем-то думала.
— Лучик, если твердо решила для себя, что я не должен присутствовать на защите дипломного проекта, то тогда мы займемся нашими делами. Давайте заранее договоримся, где встретимся и когда.
— Никита, а давайте сегодня пикник устроим. Ну там, шашлыки и все такое. Можно в твоем загородном доме, — предложила Катя.
— Хорошая идея, да я заеду на квартиру и заберу Персика в дом. Ему там будет лучше.
— Да, давно надо было. Там Мария Ивановна постоянно дома. Мы, как освободимся, будем ждать вас в кафе, и если вы задержитесь, то вызовем такси до загородного дома.
— Хорошо, созвонимся тогда. Ни пуха, ни пера, Лучик, Катюша, я верю, что у вас все получится.
Никита вышел из машины и деликатно помог нам выбраться. Воспитание Никиты все-таки было безупречным. Иногда мне кажется, что я его не достойна, но вслух я этого больше не произносила. Я всегда теперь вспоминала, что я дочь известного художника, а не девчонка из детского дома.
Ник снова притянул меня к себе и коснулся моих губ в легком поцелуе.
— Удачи, девчонки, будем вас материть, чтобы сдали наверняка. Сейчас только вот вспомню, твою недавнюю выходку и буду материть, не остановишь.
— Не перестарайся, — усмехнулась я, и, помахав ему рукой, отправилась в сторону академии.
Катя шла рядом и старалась смотреть куда угодно, только не на меня, а потом зевнула.
— Дакота, ты спала сегодня вообще?
— Пикассо, нет, но так вышло. Борис он такой милый.
— Я твоему Борису так врежу, если мы не сдадим сегодня. Могли бы до сегодня подождать. Только попробуй затупить теперь, легкомысленная моя подруга.
— Я буду изо всех сил стараться.
— Так, я энергетики не люблю, но иногда без них никак. Идем в супермаркет и быстро, — Мы купили две бутылки «Флеша» и чуть ли не залпом их выпили. Я конечно так как Дакота спать не хотела, но на всякий случай решила взбодриться.
Когда мы оказались в академии, наши уже столпились возле двойных дверей аудитории, где преподавал в будние дни сам ректор.
— Дакота, Пикассо, у вас номер тринадцать, пойдете после Литвиновой и Орловой, у них тоже комплексный. Вообще все комплексные проекты после цифры десять, так что готовьтесь, у вас время еще есть.
— Как вообще защита идет?
— Не очень. Двое защитились на три, две пересдачи, одна четверка, — отозвалась староста Ольга Старкова.
— Да, не густо, ну что, Дакота, пойдем к окну там светлее. Речь пока повторим.
Время тянулось очень медленно, и мы на сто рядов повторили все, что должны говорить и, казалось, теперь уже с нетерпением ждали своей очереди.
Наконец, наш черед настал, и мы шагнули в светлое помещение, где сидели за широким столом члены уважаемой аттестационной комиссии в составе пяти человек. Я быстро вставила флешку в компьютер и настроила презентацию, используя мультипроектор. Дакота разложила раздатку всем членам комиссии.
— Прошу Вас, приступайте!!! — отозвался ректор, и мы начали.
Сердце предательски стучало. Мы выстроили речь так, что вступление проговорила я, первую таблицу и выводы пояснила Дакота, я вторую, потом Дакота третью, и так до двенадцатой таблицы. Общий вывод сделала Катя, а я сказала заключительные слова. Наступила тишина, а потом начались самые тяжелые двадцать минут. Мы отвечали на вопросы. Господи если бы не вчерашний блиц опрос ребят по нашей работе, мы бы точно не справились. Я в прямом смысле пересказала слова Никиты. Все его пояснения включила в ответ, ничего не упустила. Дакота поняла, как нужно отвечать и помогала. У нас получилось. Мне казалось я в обморок упаду от волнения. Даже в глазах темные мушки появились, но я держалась. Ректор удовлетворенно кивнул и изобразил рукой в воздухе цифру пять.
— Можете быть свободны, — проговорил суровый бородатый мужчина в очках. Он был очень большим. Широк в плечах и голос у него был такой низкий. Я поняла, что именно из-за него мы так ускоренно сдаем сегодня наш самый главный экзамен.
 
Когда мы вышли за дверь, я все еще не могла прийти в себя, но нас уже обступили одногруппники и наперебой что-то спрашивали. Дакота приняла удар на себя, и как-то мило улыбаясь, ответила на все вопросы.
Мы стали протискиваться к выходу. Нас всех соберут для оглашения результатов, но это в шесть часов вечера, как мне сказали, а сейчас было только три.
— Фу… — Дакота провела рукой по волосам. — Кажется, мы сделали это, Пикассо.
— Сама не верю, но вопросы задавали действительно очень сложные. Мне казалось, что нам такие вопросы задавать не будут, а спросили все в точности то, что спрашивал Ник и Борис.
— Я запомнила только вопросы Бориса и его пояснения, на них и ответила.
— Ну а я, Никиты, тоже отвечала его словами.
— Кажется, наши ребята заслуживают награду, — усмехнулась Катя.
— Ага, я знаю, какая награда им нужна. Ох, не представляю, как ты еще одну ночь выдержишь.
— Как-нибудь. Если до этой самой ночи где-нибудь под кустом не усну.
— Вот-вот, — усмехнулась я, и мы отправились в кафе, чтобы пообедать. Мы звонить парням не стали, а они боялись нас беспокоить, так как не знали, сдали мы или нет. В кафе мы немного успокоились и пообедали.
Неожиданно к нашему столику подсели двое, и мы опешили. Это были Амалия и Сергей.
— Привет, девчонки. Как дела? — отозвался Сергей, улыбаясь. Он был во всем светлом: белая футболка, бежевые джинсы и белые кроссовки, а его жена была снова весьма необычной. Волосы были черными. Сама тоже вся в черном.
— Амалия, ты что, снова Эмо или Гот. Такая траурная вся, — не удержалась я от комментария.
— Лийка жжет, как всегда. Помнишь когда помогал вам Никиту выручить? Вот тогда она и сменила имидж. Я чуть заикой не остался. Свет выключен, захожу в дом, и вдруг включается фонарик около ее личика. Лия решила, что с дергающимся глазом я буду смотреться очень мило, правда, дорогая?
— Ничего ты не понимаешь в жизни, у меня мрачное настроение было, — звонким голосом заявила Мальвина. Эта девочка-праздник. У нее такие глаза, что глядя на Амалию, сразу настроение повышалось. То, что она с Серым вместе, до сих пор в голове не укладывается, но между ними чувствуется химия. Они явно не равнодушны друг к другу.
— С чего вдруг, Лия? Ну да, не взяли тебя на работу программистом, но в этом нет трагедии. Сказали же стажа нет. Что мы можем поделать?
— Да где я этот стаж возьму? Я же только диплом получила. Серый, закажи мне чего-нибудь такого, чтоб я успокоилась.
— Так, стоп, чего такого? Думаю, это не то место, где можно хорошенько отдохнуть. Мы же в клуб собрались, там и успокоишься.
— Мы в шесть часов должны присутствовать на оглашении результатов, и можем сразу отправиться в ночной клуб с вами, — вдруг предложила Дакота.
— А как же Никита и Борис? — тут же возразила я.
— Мы потом им расскажем, где мы. Пусть они к клубу подъедут, как освободятся, и вместе вернемся домой. У нас праздник сегодня. Кто за клуб, поднимите руки, — отозвалась Дакота.
Все согласились. Я, конечно, самая последняя руку подняла, но с другой стороны, ребята все свои, родные, почти семья. Сережа еще сказал, что сегодня Терминатор тоже придет с ребятами, и я очень захотела их снова увидеть.
***
Теперь оглашение результатов было делом формальным. Когда ректор назвал мое имя, все с непонимающим видом стали осматриваться по сторонам.
— Лучиана Боттичелли, у Вас отлично. Екатерина Смирнова, тоже отлично, — а дальше мы уже не слушали. Я хотела, как освобожусь, позвонить Никите, и телефон показывал, что батарея заряжена всего на пять процентов, но звонить, пока идет оглашение результатов невежливо, ведь хотела сама лично позвонить учителю.
Когда нас распустили, то мой телефон уже полностью был разряжен, а на улице нас ждал Сергей и Амалия. Они опять что-то бурно обсуждали. Как? Вот как они могли быть вместе? Они никогда не ладили, но видимо я чего-то в жизни не понимаю.