Хозяйка дома в «Гиблых Пределах» (СИ)

— О, Ред. Да она же дорогая. Смотри, какой шарик. А чего не продал? И где ты лиану нашёл эту? Это же редкость большая.
Тот оглянулся, а стояли мы недалеко от входа. Ред явно опасался, что мама его услышит. Значит, достал он её явно с риском для здоровья, если не для жизни. Покачала головой. А тот сбивчиво, но тихо ответил, явно боясь, что мама услышит наш разговор:
— Да я лазил на деревья хлебные. Хотел проверить одну идею свою. Вот и полез. Да вы не волнуйтесь, тётя Рада. Я плоды руками не трогал. Сразу перчатки защитные надел и ничего лишнего в руки не брал. А как забрался я на первое дерево, так в кроне и увидел, что пока лиана по дереву внизу ползёт, она быстро грубеет на солнце, и становится негодной. А в густой кроне молодые части ещё нежные. А их и нужно собирать. В сумку сколько мог, тогда и собрал. И дома попробовал верёвку сплести. Всё получилось. Вот я и набрал лиан побольше и сплёл вот эту. Так что она единственная у меня. Вы её берегите.
Я пожурила его, что рисковал он сильно. Хлебные плоды ещё не дозрели и к ним даже притрагиваться опасно. Ядовиты. Вот когда созреют, они меняют спектр цвета, если смотреть волшебным зрением. Да только чтобы оттенки различать так хорошо, искра сильная должна быть. А таких в посёлок не ссылают.
Взяла обещание у Реда, что он расскажет подробней о своём эксперименте, когда вернусь, и отправилась на встречу со командой.
Шли мы долго, часа три. По пути редко где останавливались, только в самых интересных местах, с точки зрения старшего. Он рассказывал о тех растениях и явлениях, которые мы ещё не встречали.
Постепенно лес стал редеть, среди деревьев попадались большие камни и выходящие на поверхность неровные края плит. И в один момент Сток велел всем надеть маски.
Пройдя ещё метров двести, мы очутились на вершине широкого и пологого спуска. Он не было похож на гору, но разница между тем местом, где стояли мы, и полем внизу, была достаточно велика. И по всему пути вниз я видела взрытую плитами землю.
Лес на этом пути был очень редким, а дорога вниз опасной. Оказывается, и здесь можно было попасть ногами в яму, скрытую травяным настилом. Поэтому мы заранее озаботились сбором сухих и крепких палок, что встречали по пути и все успели подобрать себе помощницу по росту.
Это не были полноценные пещеры, но в ямках, под слоем дёрна можно было встретить небольшие наросты грибов, что обнаружили здесь всего пару лет назад. Надел был не интересен опытным сборщикам, ведь здесь средний размер гриба достигал фаланги пальца, а опытные сборщики, как рассказал Сток, искали места, где гриб вырастал до размера кулака взрослого мужчины.
В сборе среди травы, камней, валунов, внимание — главная вещь. Но поползать пришлось знатно. Устали все за три часа сбора сильно. Обратно мы плелись на автомате.
А при очередной остановке, я пошла по нужде. Выходя из-за кустов, увидела Мару, младшую Мадлен. Та чем-то шуршала в кустах. Услышав меня, она подняла голову и позвала рукой, прикоснувшись пальцем к губам, в жесте молчания.
Ох, и что она могла там найти? Вот пройду мимо, а она влипнет куда-то. Нужно её увести отсюда. Подошла ближе со словами:
— Мара, ты что здесь одна делаешь? Тебе же сестра велела её держаться. И что ты там роешь? А вдруг что опасное?
— Почему опасное? Да я, значит, решила здесь по нужде сходить. Присела и вот. Нашла, сама. А уйти боюсь. А вдруг кто другой придёт и заберёт. А ножичка такого у меня нет. Только у Мадлен. Может, у вас есть. Гляньте туда, гляньте, — показывала она рукой мне на куст.
— Давай лучше старшего позовём, Мара. Что-то мне лезть туда неохота, больно куст большой, ещё и цеплючий, вон, какой. Да и что там можно было найти?
— Ой, так старший если в сборе помогать будет, то половина ему. Такие правила. А я чёрную ягоду нашла. Там прямо кучка большая. Я видела картинки, Мадлен говорит, дорогая ягода. Давайте вам немного отсыплю, а вы никому, особливо Мадлен, ни слова. Она ругаться будет.
Да уж. Девчонка, конечно, глуповата, но не жадная. Я достала из сумки нужный нож, повесила её обратно на спину, запахнулась полностью, поправила шапку сборщика, да полезла.
 
Вдруг сзади услышала быстрое шуршание не с той стороны, где стояла Мара, хотела было вернуться, но резкий и сильный удар по голове заставил рухнуть на землю. Лежала на земле без сил, борясь с уплывающим сознанием, не в силах пошевелиться, а искажённые голоса доносились словно издали:
— Ну что, лежит? Ух, как я её, поганку! Погоди, ноги видно. Туда мы её не затащим, давай ноги сгибай, прячь их в кустах. Да, вот так. И пойдём быстрее, а то хватятся, если нас всех не увидят, начнут пересчитывать. А пропажу её одной могут и не заметить. Идём, Мара, чего стоишь?
— Да вот думаю, что неправильно мы поступаем. Она же нам ничего не сделала. Чего ты такая злая на неё?
— Ничего не сделала?! Да я таких проныр ненавижу! Вот ведь, бедненькая. Все её жалеют, всё ей за просто так дают. Вон, ещё и дом отхватила, хитрая гадина! Просто так! А я сколько горбачусь, а вылезти из нищеты не могу. Почему кому-то всё, а мне ничего? Вот нечего было мне на дороге становиться и выступать. Знаю я, почему тебя не взяли и меня, вот, выгнали с кухни. Всё эта гадина. Она всё время со старшей шушукалась. Ладно, пойдём. И запомни, мы её не видели, вместе до куста ходили. Поняла?
Та что-то буркнула, и голоса начали отдаляться. А моё сознание меня покинуло.
  
Глава 34
 
Я очнулась в кустах. Странно. Несколько первых секунд никак не могла понять, где я, и почему не в кровати, если спала. А потом пришли последние воспоминания.
Перевернулась на спину, убеждаясь, что я внутри высокого кустарника. Наверху я видела кусочек неба, почти скрытый деревьями. Значит, всё верно, я в лесу. Стоп! Ощущение, что сейчас совсем не день. Начало вечера? Пожалуй.
Получается, что я пролежала в кустах несколько часов, и меня никто не хватился? И если сразу не хватились, то могли заметить только ближе к выходу. Старший Сток обещал проверить всех внимательно, не надышался ли кто спор грибных. У взрослых симптомы появлялись далеко не сразу, а приходили в ближайшие пару часов. Так что мою пропажу обнаружат скорее всего ближе к выходу.
И тут пришло полное понимание, что я осталась одна в лесу, а идти мне в сторону Гиблых Пределов ещё часа два как минимум, ведь в обратную сторону мы успели пройти не больше часа.
С ужасом подумала, что даже не знаю направления, в котором двигаться. Расположение солнца мне не поможет. Ведь я понятия не имею в какой стороне от него находится городок.
Я решила найти место последней стоянки и идти, ориентируясь на память. Ведь когда мы шли, я посматривала по сторонам. Значит, шанс у меня есть.
На карачках вылезла из куста и поняла, что удар по голове сказался. Она болела. Поднялась на ноги, чувствуя затёкшее и непослушное тело, и медленно пошла в сторону стоянки группы.
Решила найти тот самый плоский валун, на который многие клали свои вещи, пока отдыхали. Раз уж я потерялась, стоит понять, на что могу рассчитывать и что у меня есть.
Через час я перекусила, съев маленькую горсть орехов, запила парой глотков бодрящего чая, а в термосе его оставалось ещё половина, то есть меньше литра. Провела ревизию в рюкзаке, с грустью думая, что мне придётся туго, если не найду выход из леса завтра.
Шла я, опираясь на свою память, но через два часа к знакомым местам я не вышла. Откровенно говоря, окружающий лес я вообще не узнавала. Начало темнеть и я решила искать место для ночлега. Самым безопасным мне показалось место на дереве. Найду удобный вариант и привяжу себя, благо прочная веревка у меня была.
Оказывается, в лесу темнеет очень быстро. Хорошо, я дерево нашла до того, как лес погрузился во тьму. Залезала я на него долго, а привязывала себя к удобной раскидистой ветке уже на ощупь.
Долго лежала без сна, вслушиваясь в звуки леса. Днём я слышала и шуршание, и другие звуки. Здесь, в этой части волшебного леса особо опасных для человека животных не было.