Хозяйка дома в «Гиблых Пределах» (СИ)
Кто поведет себя неправильно, тому будет запрещено выходить на срок от недели до месяца. И подобные жесткие правила были только для нас, ссыльных с черными браслетами.
«А я, оказывается, опасная преступница», - усмехнулась про себя.
Глава 10
Дом для нас действительно был похож на барак. Был он двухэтажным, со входом посередине, и мне, как и остальным немногочисленным женщинам, нужно было размещаться отдельно от мужчин. Наша часть была от центрального узкого коридора, что тянулся от одного конца стены до другой, справа. Мужчин же отвели в левую дверь. Учитывая, что тех было больше, женщин селили с детьми, если в ссылку приезжали семьями. Но из женщин здесь были не только жёны, вот что интересно.
В толпе, пока шли, я видела пожилую даму, которая поехала вместе с дочерью и зятем помогать как раз с их детками. Семья была большой: старшей девочке уже было лет шестнадцать, потом два мальчика близкие по возрасту, а младшему было от силы два года. И как они решились всем табором ехать в такое опасное место?
Пока шли, мы разговорились, и Лиса, что несла своего младшего на руках, успевала контролировать своё большое семейство, да ещё и мне отвечать:
— А что делать, Рада, если муж случайно какого-то пройдоху прибил в таверне, когда тот ему в карман полез. Вон он у меня какой, — махнула головой в сторону высокого здоровяка, идущего чуть впереди и посматривающего по сторонам, явно подмечая и запоминая местность. — Он же у меня старшим ковщиком был по маг-металлу, уважаемым человеком. Да не смотри на меня так, многие в городе знают, что у моего мужа дар есть. Без него старшим не стать. Так что я и не скрываю.
— А из детей кто-то унаследовал дар, хоть каплю? — мне было интересно, как часто дети наследуют этот признак.
Та хитро улыбнулась и покачала головой отрицательно:
— А вот этого я никому говорить не буду, не сердись. Да ты же спрашивала, почему мы все в ссылку поехали. Так вот, у нас семья ещё больше была, и жили мы дружно. Но на семейном совете решили ехать так. Ведь мужу ещё и заплатить пришлось порядком за того ворюгу и пропойцу. Я могла бы и дома остаться, да только не хочу быть на иждивении у родни. Дом у них небольшой, а наш мы продали: часть отдали в счёт оплаты, а частью мы правильно распорядимся здесь. В нашем городе сложно пробиться, все тёплые места поделены. А ведь Норна места лишили сразу. Там очередь мастеров из желающих, сразу прибежали, да быстро разобрались, кто теперь старший мастер. Да только не в месте дело, а в мастерстве. К нам в дом тогда старший в артеле приходил, прощения у Норна просил, что место его сберечь не мог. Уговаривал заплатить ещё, чтобы не ехать в ссылку, подождать полгода, тихо посидеть, да муж словно заболел идеей уехать, отказался. Едем, говорит, и всё тут. Чует он, что в городе ему места нет, зовёт его сила вон. А с ней шутки плохи. Если чуешь, иди, куда сила зовёт. Так что обдумали мы всё хорошо, поспрашивали знакомых по этим местам, да приняли решение.
— А не страшно было тебе, Лиса, с детьми ехать? Может, оставила бы с матерью, да позже та бы приехала, как устроились здесь?
Та кивнула и уточнила:
— Мы и так думали, да только знакомые сказывали, что сразу с детьми нужно ехать. Город их под опеку возьмёт, мы сразу договор и подпишем, когда муж будет годовой контракт заключать с городом как сборщик ресурсов. Да и мама моя с ними будет, пока мы на сборы ходить будем. А у меня вообще контракт свободной будет. Он самый лучший. Ни объёмов, ни сроков.
— А тебе-то зачем собой рисковать, Лиса, если ты не обязана? Ведь у тебя дети, подумай о них.
— Да думала я. И есть веская причина, Рада. Только о ней я говорить не буду, тем более не здесь, где лишних ушей полно. Вот узнаем друг друга получше, может, и скажу. Да только это личная причина, тебе с тех знаний проку не будет.
В голове появилась мысль, что именно о даре та говорить не хочет. Вполне возможно, что есть в семье полезный дар для этих мест.
Я и сама, пока в Пределы ехала, наслушалась от соседей по вагону многочисленные байки, кто и сколько заработал на сборе, как стал богатым и уважаемым человеком, да уехал отсюда. Кто-то открыл своё дело, кто-то на проценты жил.
Да только было в тех историях очень уж много везения. И ведь это единицам повезло. А скольким нет? Истории о неудачах никто рассказывать не хотел. Впрочем, как и в нашем мире.
Это на словах всё просто, а в жизни совсем не так. Меня и саму помотало по жизни, кем я только не поработала в своей жизни: и няней, и репетитором, пока училась в колледже. И официантом, и администратором в ресторане, когда уже на вечернем в универе училась. Доводилось по специальности и в хороших ресторанах поработать, и в приличных отелях. Богатств не скопила, но своё дело начать смогла.
Как любая женщина, хотела я чего-то уютного. Сама я увлекалась ручной работой в разной сфере, поэтому задумала я магазин подарков. Но просто в подарки мало кто будет заходить, ведь в крупных городах сейчас много подобных сетевых магазинов.
Тем более у меня и увлечение нужное было: очень я любила цветы, растения, а уж из сухоцветов в юности делала прекрасные картины. Благо у бабушки в деревне поняла красоту и полезность сухих трав и цветов.
Именно поэтому часть помещения я заняла цветами, для этого даже прошла курсы флориста и поработала полгода продавцом в подобном магазине. А фишкой я сделала элегантные композиции из цветов, а ещё многочисленные подарки только ручной работы. Для этого я сотрудничала с местными мастерицами.
И хотя доход был не таким большим, но вот удовольствие от своего дела было неоценимым.
Отвлёкшись на воспоминания, не заметила, как мы зашли в те самые бараки. Старший в смене стражи, уважаемый Талан Корк, всё подробно показал и рассказал, как именно мы дальше будем жить:
— Вот из этого коридора в правую часть и заходят женщины всех возрастов, и дети. Нет, мужчины будут жить отдельно, вон их дверь, у них левая половина.
Одна бойкая пышечка возмутилась:
— Да как так-то? Я с мужем приехала, мы семья. И нам говорили, что семейным отдельные комнатушки дают. А здесь, получается, отдельно жить от мужа?
— Именно так, ваш муж будет жить отдельно от вас, таковы правила. Нет, семьи с чёрными браслетами не живут вместе. Вы в ссылке, у вас нет права выбора.
— Но нам же говорили, совсем не так всё будет. Это что, меня обманули? — повысила она голос на стража.
Вот ведь скандальная баба! Явно же разозлила его. Тот аж покраснел, и как рявкнет на неё:
— А ну-ка, молчать! — я аж вздрогнула. И уже тише, для всех пояснил: — Хорошо, чтобы вопросов больше не было, поясню. Да, ещё недавно всех семейных селили в том доме, где сейчас будут проживать только белобраслетчики. Руководство нашего посёлка приняло решение отменить эти правила, ведь те, кто носят чёрные браслеты, подминали под себя тех, кто имеет белые. А ещё постоянные драки, угрозы, воровство, всё это пора было прекратить. Ссыльные по суду теперь живут отдельно, в отдельных бараках для одиночек. Вы ссыльные, у вас нет права выбора. А те, кто долг приехал отрабатывать, те в лучших условиях. Таковы правила посёлка. Я всё сказал. Идём дальше.
И мы пошли знакомиться с местом нашего проживания.
Глава 11
Уважаемый Талан Корк показал нам дверь, что вела на дворовую часть дома, за которой проживающие сами и ухаживали. Там и огородик можно было сажать, деревья фруктовые росли, да ягоды. А ещё там бельё вешали сушиться.
Наш сопровождающий выполнял свои обязанности хорошо, всё подробно рассказывал, да на вопросы отвечал обстоятельно и со знанием дела. Из общего коридора ещё была лестница на второй этаж, где проживали те, кто уже приехал до нас. Как сказал старший страж, более опытные с годами перебирались выше на освобождённые места, а новичков всегда селили внизу. Года два мы точно будем жить на первом этаже, а там и перебраться можно. Ведь на втором этаже и зимой теплее, и попросторней, ведь столовая, в которой все ели, была как раз на первом этаже на женской половине, как и примыкающая к ней кухня.