Эпоха Опустошителя. Том III (СИ)

Тем не менее слишком долго размышлять над всеми догадками мне не позволили, потому как за барьером начало происходить нездоровое оживление. Малая часть знатных оказалась в некоем ошеломлении от приказа Кайсы, причем судя по лицу Имании и Сианы те и вовсе желали рвать и метать. Моя же группа поддержки не на шутку разволновалась. Спокойные до сей поры Осколки встревоженно зашевелились, а о Танаре, Марии, Йоргосе и Хемахе говорить вообще не стоило. Однако из-за того, что я успел довести публику до белого каления, львиная доля благородных находилась вне себя от злорадства, предвкушая замечательное развлечение с усекновением моей головы через несколько секунд. Особенно выделялась Лиама Креамх, что стояла в обществе нескольких наследников и глав союзных домов в лице Оста и Болсеамона.
К данному моменту огромное количество внимания приковалось к терату и тот судя по лицу оказался чем-то удручён, а пылающий взор вместе с недовольством Эйдер по какой-то причине направил именно на меня. Не знаю, что так на него повлияло, но варианта имелось всего два: либо всему виной выходка Кайсы, либо неудавшаяся беседа с Иманией.
Парень прямо на ходу скинул с себя пиджак, следом на аккуратно постриженный газон отправился плащ с гербами дома Красного Дракона, и под конец тот сбросил перчатки, выставляя на обозрение несколько своих регалий. Затем он ловко завернул рукава рубашки до самых плеч, демонстрируя на всеобщее обозрение еще и искусственный пространственный оттиск.
Не хилые побрякушки!
Хватило одного взгляда на его аксессуары, чтобы убедиться в том, что дело дрянь и протест не просто так напомнил о себе при первой встрече. Болтающийся на груди жетон эссенциала с выгравированной цифрой I и золотым драгоценным камнем посередине вопил о том, что этот хрен является Мастиром Клинка третьего масштаба. Цифра намекала на нынешний физический ранг, а золотой камень на масштаб. Перстень одарённого огненного цвета с жирным знаком IV и двумя ровными зарубками ниже твердил о том, что он Магистэр магии огня второго отсечения. Далее шло какое-то фамильное и плюс пространственное кольцо, и в заключении на большом пальце красовался серебряный перстень со скрещенным клинком и струей пламени, что причислял ухажера Кайсы к своеобразной элите, то есть к безупречным.
Я не мог похвастаться таким шикарным набором регалий, потому как мою оценку и всё с этим связанное оставили на потом. По заверениям наставника и тётки так нужно сделать специально для лучшего эффекта. Лишь в одном Эйдер отставал. Его пространственный оттиск не шел ни в какое сравнение с моим. Цвет отметины терата был светло-красного, а простирался всего-навсего от кисти до локтя. Можно с уверенностью заявить, что он или его дом отвалил целое состояние за такое украшение.
Пока же дракон неспешно поднимался на арену в голове тотчас начала всплывать вся узнанная информация из генеалогии Вечного Ристалища. Дом Красного Дракона являлся одной из независимых сил Альбарры. Если не ошибаюсь подобных сил имелось несколько. Серафимы, великаны, а также еще с десяток народов и рас тоже относились к таким. Держались те в основном особняком из-за своей подавляющей личной мощи, но при необходимости заключали пакты, союзы и альянсы с голубокровными. Сам же Эйдер был главным наследником своего дома и для своих лет выделялся на фоне не только из благородных, но и из множества голубокровных.
— Бойцы, к центру! — скомандовал негромко Райман, глядя то в мою сторону, то в сторону терата, но затем его голос вновь разнёсся по округе. — ВТОРОЙ БОЙ СОСТОИТСЯ МЕЖДУ РАНКАРОМ ИЗ ДОМИНИРУЮЩЕГО ДОМА ХАЗЗАК И ЭЙДЕРОМ ИЗ ДОМА КРАСНОГО ДРАКОНА! БОЙ БУДЕТ…
Вот только довести свою речь до конца тот не успел и осекшись, почтительно взглянул на Кайсу, которая одним щелчком пальцев привлекла к себе массу внимания.
— Так как ваша схватка состоялась по моему приказу, — с игривой искрой в глазах начала говорить она, дождавшись гробовой тишины. — То я запрещаю вам намерено убивать друг друга. Хочу видеть только… предел! — на последних словах её питомцы едва слышно зашипели, и та расплылась в предвкушающей усмешке.
 
— Правила вам известны, — серьёзно заговорил Фалайн, а после с вопросом уставился на дракона, который то и дело порывался что-то ляпнуть и постоянно переглядывался с нахмурившейся Кайсой. — Эйдер, вам есть что сказать?
— Такой бой оскорбление для меня, ваше высочество! — громко выпалил парень, не удосужив Раймана даже косым взором. — И дело тут не в том, что мой противник слаб! И не в том, что Знающая дома Хаззак не желает говорить откуда она заполучила столь драгоценные и необычайно редкие украшения моей расы! Я не припомню, чтобы хоть одна драконья община смела дарить или же продавать столь ценные вещи обычному доминирующему дому! — взор дракона в самой наглой манере вдруг скользнул по соблазнительной груди Имании, а его глаза указали на колье из слёз, но затем тот с пренебрежением посмотрел уже на меня. — Ко всему прочему я могу смириться с тем, что меня использует как тренировочного манекена для зарвавшегося юнца, но я не хочу сражаться… с ВОРОМ!!! Прежде чем начнем бой я требую получить разъяснения! Откуда у тебя этот пространственный перстень, воришка⁈ Либо верни то, что украл, либо отдай свою голову мне!
Мириада сраных бед! Какой глазастый сукин сын, а сколько спеси! Руки сами тянутся что-нибудь ему отрезать! Да я себя лучше тупыми ножницами кастрирую, чем вздумаю отдать ему хоть один золотой аур.
«Проблема не в глазах, Ранкар, — просветила меня Руна. — Он чувствует магическую составляющую слёз. Да и видимо учуял кровь своего сородича, что заключена в твоём перстне».
Отыскалась же вшивая ящерица на мою задницу!
Из-за слов терата напряглись практически все. От услышанного даже Хаззак привстал со своего места и хмуро взглянул на невозмутимого Эйдера.
— Надо же! Занятно, — заинтриговано произнесла Кайса. — Впервые на моей памяти кто-то смеет называть представителей доминирующего дома ворами. Что ж, в этом необходимо разобраться.
Через секунду её взор устремился в сторону Имании и приглядевшись к её украшению она слегка приподняла брови и практически моментально коснулась пальчиками ожерелья уже на своей груди.
— Поздравляю вас, тётя Имания, но не скрою того факта, что удивлена. Откуда, если не секрет?
— Это подарок, юная госпожа, — со слабой улыбкой ответила Знающая.
— И от кого вы получили настолько ценный дар? Слёзы дракона Жизни. Подобным не разбрасываются в высшем обществе. Или вы всё-таки отыскали себе избранника, который без ума от вас? — провокационно заметила горгона.
На лице целительницы внезапно промелькнула гордость с довольством, а затем та отчего-то весело мне подмигнула, но я лишь расплылся в понимающей улыбке и утвердительно кивнул, незаметно касаясь собственного пространственного кольца.
Ну нужно быть идиотом, чтобы понять суть игры названной родственницы.
— Это подарок моего племянника Ранкара. Не правда ли, мой дорогой? — обратилась та ко мне.
— Так и есть, — усмехнулся я, а затем провернул перстень в правильное положение и с демонстративным видом выставил его на всеобщее обозрение. — Колье, как и кольцо, как и многое другое — мой трофей! Трофеи, добытые кровью! Скажу больше тебе, чешуйчатый, — спокойно изрёк я, расслабленно глядя на рассерженного Эйдера, который не сводил цепкого взора с артефакта. — У меня есть еще драгоценности из слёз дракона! Но ни тебе, ни твоим сородичам, ни кому-либо еще я не подумаю их отдавать. Трофеи священны! Они мои! И только мои. Уяснил?
Стоило благородным завидеть перстень, как на лицах многих тотчас отобразился шок вперемешку с неверием. Причем многие голубокровные не сводили алчных глаз с дорогостоящей вещицы. Даже Кайса наряду с Хаймоном Аваноном и Сианой невольно опешили и с интересом уставились на кольцо, но горгона пошла дальше и будто это у неё вошло в привычку она тотчас коснулась похожего аксессуара на собственном пальце.