Ведьма с крылом дракона (СИ)

— Ты уже совсем взрослый, поэтому я готов отойти от дел, — пробормотал глава Баретти чуть заплетающимся языком. Глаза Дилана широко открылись. Юноша не верил своим ушам, что отец столь легко намеревается передать ему место главы. — Уверен, ты прекрасно справишься…
— В конце концов, ты во всеуслышание заявил о своих намерениях, — встрял глава Эстебан.
От приторности тона Дилан поморщился. Он видел в глазах старших скользкое намерение связать его и усадить на короткий поводок.
— Не увиливайте. И что же нужно взамен? Моя послушность?
Юноша сглотнул вязкую слюну, а мужчины переглянулись.
— Верно, — улыбнулся маркиз Диассийский, заговорив первым. — Повторюсь, что Илария будет свободна в своих действиях, пока не вредит людям и жителям Рейнера, также все охотники, подвергшиеся упразднению, восстановятся в должностях. Естественно, с Варго тоже снимут всю ответственность. Однако…
Мужчина замолчал, будто намеревался усилить драматичность момента. Дилан нахмурился, кожей ощущая, как его загоняют в невидимую клетку.
— Цена — брак с Хильдой и объединение двух родов в единую семью, — заключил маркиз и схватил стакан, залпом осушив терпкий напиток. — Небольшая цена ради благополучных жизней возлюбленной и друзей, не находишь?
— Вы с ума сошли? Мнение Хильды для вас совершенно не имеет веса?!
Дилан запротестовал, хотя понимал, что его сопротивление — бесполезно. Старшие обдумали все нюансы, создали для него идеальную ловушку, чтобы не мог отвергнуть предложение. Весь Рейнер гудел, что Илария стала нечестивой, теперь же люди заговорили еще и о том, что Дилан ниспослан Богами и приведет город-крепость к процветанию.
— О Хильде не беспокойся понапрасну. Она захочет спасти сестру хотя бы так. И, смею предположить, для нее идея брака с наследником Баретти не столь мучительна, как ты считаешь.
Дилан с раздражением выдохнул. Пресловутый разговор с отцом и маркизом Диассийским не шел у него из головы. Пусть они захмелели и расслабились, но ловко выставили преемнику условия и ограничения в действиях. В тот момент юноше ничего не оставалось, кроме как буркнуть в ответ, что всё тщательно обдумает, а в довесок ему поручили новое задание, выполнить которое он должен в одиночку и скрытно. Дилан осознавал, что главы четырех великих домов попросту решили проверить силу светлого гримуара, даже если ценой окажется жизнь одного из наследников. Но Дилан не протестовал, желая, наоборот, скрыться от надзора, ведь вне стен белокаменной крепости он был свободен. И только это чувство способно было вселить в сердце охотника надежду.
— Ну-ну, застоялся уже без прогулок? Раньше мы с тобой никогда столько не отдыхали.
Юноша улыбнулся, потрепал вороного коня по подстриженной гриве и вывел его из конюшни. Жеребец одобрительно заржал, будто понимал слова своего всадника, а затем постучал подковами по земле.
— Кажется, ему не терпится отправиться в путь, младший господин, — неловко пробормотал помощник конюха, закончив проверять крепления на подпругах.
— Спасибо, — поблагодарил Дилан мальчишку. — Как всегда прекрасно справился. Можешь идти отдыхать — время ужина все-таки.
Тот просиял, радуясь похвале, и, попрощавшись, как полагалось, поклоном, скрылся в недрах конюшни.
Дилан остался наедине с конем, поэтому больше не пытался улыбаться. На сердце юноши скреблись кошки, стоило вспомнить, какие ему выставили условия сделки. Какова бы ни была причина, но вступать в брак Дилан не желал, тем более с младшей сестрой своей невесты. Но так же его мучило то, что Варго, будучи невиновным, прозябал в холодной подвальной камере уже больше недели, а остальные рыцари, последовавшие за ними, чтобы вызволить Иларию из беды, с позором лишились званий, почестей и работы в целом. Многие из них родились простолюдинами, поэтому служба, несмотря на опасность для жизни, спасала их семьи от невзгод.
Дилан смог повлиять на старших, что, если те осуществят выдвинутые условия сами, по возвращению с задания он выполнит свою часть. Юноша вспомнил, с какими маслянистыми выражениями лиц посмотрели на него взрослые, и передернул плечами. Они точно что-то затеяли, и Дилан надеялся, что хотя бы сможет вернуться холостяком, ведь отправиться за стены Рейнера означало, что у охотника есть шанс встретиться с Иларией и попытаться убедить ее покинуть нечестивых.
 
— Не будем терять время, — пробормотал Дилан в пустоту, накинул капюшон и запрыгнул на коня.
К вечеру погода испортилась: резко похолодало, началась морось, и с гор спустился плотный туман. Выдвигаться к ночи было особенно опасно, ведь сила нечестивых росла с приходом темноты. Однако оставаться дольше в стенах прогнившего до основания поместья юноша не хотел: над домом будто витал морок лицемерия. Поужинав в спальне и собрав вещи в дорогу, Дилан сразу же решил отправиться в путь.
Стоило покинуть территорию, прилегающую к поместью, и миновать ворота, жеребец остановился и предостерегающе заржал, смотря куда-то вдаль. Дилан сосредоточился, пытаясь разглядеть, кто к ним приближался. Сначала показался серый силуэт, сливающийся с пеленой, а затем очертания приобрели облик Хильды. На девушке была надета длинная серая мантия, глубокий капюшон которой покрывал светлые волосы. Хильда ехала верхом на пегой лошади, и ткань мантии так же скрывала черные пятна окраса.
— Я догадалась, что ты решишь отправиться сразу, — произнесла девушка, приблизившись. — Дворецкий случайно проболтался, что дядя Генри сейчас у вас, и они с твоим отцом намереваются отправить тебя в город Мелеу.
— Возвращайся домой, глупая, а то еще простудишься.
— Я тепло оделась и взяла с собой немного еды, денег и даже оружие.
— Думаешь, это поможет тебе спастись от нападения нечестивого? Их непросто убить даже зачарованными клинками обученным рыцарям! — усмехнулся Дилан. — Ты даже опомниться не успеешь…
Знай маркиз, что задумала его вторая племянница, на которую теперь были возложены все его надежды, он бы поседел или даже словил болезнь сердца от потрясения.
— Я узнала, что Мелеу находится в двух часах езды отсюда, и путь пролегает в безопасной зоне. Мелеу — город людей…
— Да, где тоже можно встретить нечестивого. Только Рейнер и имперская столица находятся под защитными барьерами.
Дилан сыпал фактами, но девушка не собиралась сдаваться. Ее затея могла стоить им обоим жизней. Хильда, пусть и родилась в роду охотников, непосредственно сражающихся с нечестивыми, никогда не покидала Рейнер, а ее обучение владению оружием было слишком поверхностным, базовым. Девушка прекрасно ездила верхом, имела неплохую реакцию, но она действовала мягче и жалостливее, чем Илария, поэтому ей никогда не доверяли ни одного задания.
Дилан задумался, что способности Хильды — наверняка не единственная причина, почему маркиз держал вторую племянницу при себе. В главных домах зачастую рождалось несколько прямых наследников, часто встречались и внебрачные дети, ведь большая смертность уносила жизни потомков одну за другой. Остаться без преемника для великой семьи считалось грехом, поэтому только наиболее способного ребенка обучали искусству убийства. Для семьи Эстебан жертвенным ягненком стала Илария, а у Баретти остался Дилан, ведь его старший брат погиб при исполнении на одном из первых же заданий.
— Это не изменит моего намерения поехать, — упрямо заявила Хильда, встретившись взглядами с Диланом. — Я хочу своими глазами увидеть Иларию. То, что с ней стало… Наверняка это можно исправить, просто главы Рейнера отказывались пытаться возвращать обращенных ко свету золотых драконов. — Девушка поджала губы и заговорила тише: — Мне не нравится, что дядя так легко отказался от наследницы. Я не помешаю: сниму комнату в гостинице и буду ждать твоего возвращения после выполнения задания.
— А если я умру? — спросил Дилан напрямую, ведь тогда девушка останется одна в незнакомом городе, а сейчас она — единственная преемница своего рода.
Хильда встрепенулась. Ее брови сдвинулись на переносице, глаза заблестели.