Резервация монстров 2. Одна из них (СИ)
— Что он еще натворил? — Сощурилась я, чувствуя, как во мне снова закипает злость.
Но бабушка лишь покачала головой, комкая в руке ажурный платок. — Ничего такого, что могло бы вызвать чрезмерное беспокойство, только лишь… Мне не очень нравится, как сильно он торопится узаконить ваши отношения. Ты уверена в нем, внучка?
Она снова подняла на меня глаза, и я поняла. Бабуля до сих пор считала, что между нами все радужно, но Гер по неким интуитивным подсказкам перестал ей импонировать, и оттого она переживала… За меня.
Я знала точно, что могла бы довериться бабушке на сто процентов, но не была уверена, что та сможет идеально отыграть роль, а не порвет его на лоскуты, как только увидит сразу после того, как я все ей расскажу.
Так что я медленно покачала головой, и доверительно прошептала:
— Нет, я больше не уверена в нем, бабушка. Я кое-что узнала об этом человеке, но пока… Пока я не могу рассказать. Единственное, о чем я попрошу, это довериться мне и помогать, никак не показывая ллоррху Тсарге, что вы как-то поменялись по отношению к нему.
— Ты могла бы и не просить о таких вещах. Это само собой разумеется. — Улыбнулась она, ласково поглаживая меня по руке, но тревога из ее глаз никуда не исчезла.
Я обязательно все расскажу, только чуть позже...
А пока я не сдержала ответной улыбки. Здорово было осознавать, что рядом находится такой человек, в любой момент готовый поддержать в любом начинании и не дать никому в обиду. Это крайне воодушевляло.
Я посвятила бабушку в часть своего сегодняшнего плана, который на выслушала очень внимательно, хоть и с долей скептицизма, но возражать, благо, не стала. Спустя час мы рука об руку спустились к обеду.
За длинным белым столом, накрытым золотистой кружевной скатертью, в большой гостиной собрались некие высокопоставленные гости, члены Совета, о которых я краем уха слышала ранее. Они окружили отца, и бубнили серьезными голосами на одни им лишь понятные мужские темы. Меня их персоны не интересовали от слова совсем. Единственная интересующая меня сегодня персона стояла у окна. При нашем появлении все присутствующие мужчины поклонились, и вежливо заулыбались.
Я, согласно инструкциям, замедлила шаг и чуть расфокусировала взгляд, нацепив на лицо благожелательную улыбку, увидев, как Гер Тсарге отлепился от созерцания пейзажа за окном, и направился к нам.
Высокий, холодный, с собранными в высокий хвост волосами и напряженным взглядом, непривычно элегантно одетый, он приветственно поклонился бабушке, после чего забрал у нее мою руку, невесомо поцеловал пальцы, и проводил меня к нашим местам за столом.
Заговорить со мной он не пытался. Интересно отчего? Что-то подсказывало, что от излишней уверенности в моей неадекватности как собеседницы. Мог хотя бы притвориться...
Но Гер не заморачивался разговорами. Он лишь холодно улыбался одними губами, и делал вид, что увлеченно следит за разговором членов Совета. Я, с другой стороны, была рада и облегченно выдохнула, когда поняла, что мне не придется выдерживать эту пытку, пытаясь поддерживать с ним разговор. И, когда он заговорил, среагировала далеко не сразу, что, в общем-то сыграло мне на руку.
Медленно повернув голову, я вопросительно подняла брови.
— Ты что-то сказал?
— Я сказал, что сегодня ты прекрасно выглядишь.
Сомневаюсь. Платье на мне было самое повседневное, простое светлое, волосы распущены, макияжа ноль. Если только принимать за свидетельство прекрасного внешнего вида мой лихорадочный румянец и нездоровый блеск в глазах… Я смотрела на его показательно равнодушное лицо с ледышками серых глаз, и представляла, как вцеплюсь в него ногтями, а оттого на моих губах расплылась мечтательная улыбка. Вовремя прибывший обед избавил меня от необходимости отвечать.
Перед нами на столе появились большие фарфоровые блюда, из которых каждый сам мог выбрать еду по своему желанию.
Я, играя свою роль, продолжала задумчиво разглядывать деловито снующих слуг. Гер, к его чести, тут же взял тарелку, набросал в нее всяких вкусностей, и поставил передо мной. Я оглядела предложенные яства, и почувствовала неконтролируемое слюноотделение. Месяц без еды давал о себе знать. Но мне категорически нельзя было выбиваться из роли. Поэтому я лениво размазала пюре по тарелке, разворошила салат и мясо, и лишь слегка облизала вилку, едва не застонав от невозможности радостно наброситься на еду. Хорошо хоть догадалась заранее перекусить булочкой…
— Ешь, Рин. — Посоветовал Гер еле слышно. — Не то я снова поставлю тебе зонд.
Зонд...? Снова??!! Я застыла в ступоре, переваривая услышанное. Боже. Я не думала, что можно ненавидеть кого-то еще больше… тем не менее, я куда с большим энтузиазмом принялась за еду, насыщая благодарный организм полезными калориями, думая о том, что каждую из них я потрачу на то, чтобы избавиться от этого человека!
Я слегка напряглась, взволнованно наблюдая из под ресниц как, согласно договоренности, отдельный человек наполнил бокал Гера из специального графина, и тут же убрал его со стола. И только после того, как мужчина чуть пригубил напиток, пробуя, я расслабленно выдохнула и не удержалась от удовлетворенной усмешки.
Фиолели, по словам моего любимого шерстяного шпиона, могли не только успокаивать. Сок их корней и нижние части листьев вполне заменяли сильнейшее снотворное. И кое-кому скоро предстояло испытать их действие на себе.
Я старалась лишний раз не глядеть в его сторону, поэтому лишь ближе к концу обеда заметила, что пресловутый стакан был все еще полон. Неужели он о чем-то догадался? Оставалось надеяться, что того небольшого глотка ему хватит… Хозяйка кухни обещала насыпать столько, что свалит и слона…
Приканчивая последний кусок индейки, краем глаза заметила легкую самодовольную улыбку на его губах. Чтоб тебя! Недолго ты будешь улыбаться, уж поверь.
После обеда Гер, бросив смятую салфетку поверх приборов, раскланялся с хозяевами, и, цапнув меня под локоть, технично увлек за собой.
Мы вышли из гостиной и зашагали по длинной галерее с колоннами по направлению к саду. Я напряженно отслеживала малейшие изменения в его лице, и мне вовсе не нравилось, как собственнически крепко он сжимает мою руку.
Вскоре людное место осталось далеко позади. Мы оказались в пустынном саду.
Усадив на ближайшую скамейку, мужчина навис надо мной, опираясь руками о ее спинку, и мрачно прошипел:
— Ты принимаешь меня за идиота, Рин?
Я подняла на него глаза, и захлопала ресницами, мысленно стараясь успокоить резко подскочившее сердцебиение.
— Я ученый, если ты до сих пор не поняла, и все местные растения изучил вдоль и поперек давным-давно, а уж фиолели…
Я незаметно сглотнула, и продолжала непонятливо на него таращиться. Он пристально глядел в ответ, будто надеясь прочитать все мои сокровенные мысли. Спустя несколько томительных секунд его выражение чуть смягчилось, он выдохнул и опустился рядом, оказавшись непозволительно близко. Гораздо ближе, чем мне бы этого хотелось.
— Ладно… — Он с нажимом потер переносицу, и обернулся. — Если это не ты, то кто-то другой, и я обязательно выясню, кто… А пока...
Его пальцы коснулись моей щеки, я заглянула в его глаза, и с тоской отметила печально знакомую черноту, заклубившуюся в ледяных радужках, и следом в голове зазвучал его негромкий, повелительный голос:
— Ты скажешь родителям, что готова сделать Выбор, и попросишь назначить его на ближайшее время, после чего объявишь дату свадьбы. Не позже, чем через неделю, дольше я ждать не намерен. Это итак уже непозволительно затянулось.
Я очень надеялась, что все эмоции, кипящие внутри, никак не отражались на моем лице, потому что сейчас я просто готова была вцепиться в него ногтями и драть на мелкие лоскуты. Чертов хозяин чужих жизней, чтоб тебя! Радовало одно: его слова не произвели на меня ни малейшего впечатления, и ни малейшего желания подчиниться чужой воле у меня не возникло.
Но как же хотелось сейчас встать, усмехнуться ему в лицо, отвесить сочную оплеуху, потом пойти напрямую к отцу и рассказать тому всё до мельчайшей детали! Проблема была только в отсутствии у меня веских доказательств… Одни лишь слова. А этот чертов интриган наверняка найдет способ отбрехаться, да еще и неизвестно на что он окажется способен, если припереть его к стенке. Так что стоило действовать максимально осторожно.