Резервация монстров 2. Одна из них (СИ)

Я вспыхнула, едва не подскочив с кресла, чувствуя, как лицо заливает непрошенный румянец – Да, и это были МОИ фотографии! А делать их я разрешения не давала!
От лишь притворно вздохнул, не пряча хитрой полуулыбки. – Ну чтож, в таком случае, буду довольствоваться тем, что осталось.
– Осталось?!
Сердце сжалось в нехорошем предчувствии.
 – Ты вроде жила тут некоторое время?
– Не-е-ет! – Выдохнула, со злостью глядя в бесстыжие серо-зеленые глаза с вертикальным зрачком. – Ты что, извращенец? Зачем тебе это?!
– Я уже сказал. – Легкая полуулыбка не покидала его лица. – Что мое отношение к тебе не поменялось. Ты мне интересна, понимаешь? Во всех своих видах и проявлениях, даже в 2Д.
Я все-таки встала с кресла, забыв недопитую кружку на столе. С минуту изумленно таращилась на эту бесстыжую ящерицу в веревочной оплетке. – Ну и где эта новая папка?
Тот снова безразлично пожал плечами, улыбка стала шире и наглей. – Скажу, если поцелуешь.
Я возмущенно задышала так, что перед глазами поплыли красные пятна.
– Знаешь, я начинаю сомневаться в правдивости твоих слов по поводу Гера. Он никак не мог внушить тебе вести себя как животное, ведь ты итак уже свинья!
Гневно пошатываясь, быстро, насколько позволяли заплетающиеся ноги, я взобралась по лестнице, и что есть силы захлопнула за собой люк в спальню. Ненавижу мутантов!
Бухнулась на кровать и закрыла глаза. У-у-у, проклятый рептилойд, чтоб тебя! Вот и сиди там связанный и голодный, пока я не остыну и не спущусь, чтобы так уж и быть развязать по доброте душевной. Жаль, медитировать я не умела, и спортивной груши для битья, к сожалению, вокруг не наблюдалось, так что сидеть и сидеть ему связанному…
Но полуящер не собирался следовать выдуманному мною для него плану. Уже через пару минут он поскребся ко мне в люк, каким-то невероятным образом развязавшись без моей помощи. Наверное, стул сломал, не иначе. – Рин, прости, я пошутил.
Я гневно молчала.
– Хочешь кушать?
Молчу.
– Я разогрел запеканку с индейкой, как ты любишь.
Молчу, но губы предательски дрожат, самовольно растягиваясь в улыбку. Ктиаран не успокаивался.
– Пойдем, я покажу тебе эту папку, ты сама ее удалишь. Я ее даже не смотрел! И камеры я все выключу. Выходи…пожалуйста.
С тяжелым вздохом села на кровати, почувствовав, как желудок жалобно сжался при упоминании свежей запеканки с индейкой.
– Если я выйду, ты расскажешь мне свой план в подробностях.
– Хорошо, – отозвался он с улыбкой в голосе, и распахнул люк.
То есть вот так вот, да? Он мог открыть его с самого начала. Ну да, чего я удивляюсь, это же его база, черт побери. Поднялась ему навстречу, и заметила, как заблестели торжеством его хищные глаза. Ненавижу мутантов!
  
10
 
О да, запеканка была божественна! Стараясь не наброситься на еду как дикий зверь c голодного края, я ела медленно и маленькими порциями, по максиму сосредотачиваясь на содержимом своей тарелки. Тающие во рту кусочки поджаристого птичьего мяса перемежались тонкими ломтиками картофеля, баклажана и грибов, утопающих в сливочно-чесночной заливке с пряностями, сыром и зеленью, настраивая меня на поистине позитивный лад. Хитрый мутант знал, чем меня задобрить.
Что и говорить, Ктиаран действительно старательно выполнял обещания. При мне демонстративно удалил спрятанную в дебрях рабочего компа папку с компрометирующего содержания новыми файлами, потом копию папки, потом копию копии, и, пока я неторопливо смаковала еду, он ползал по стенам с отверткой, скрупулёзно выколупывая невидимые мне гаджеты, похожий на хвостато-чешуйчатого человека-паука.
Мне одновременно и нравилось, и не нравилось все происходящее. Можно сказать, сейчас, наблюдая его в прежней мирной среде, я почти забыла все свои страхи перед полуящером, поверив в рассказанную им историю. Трудно было не поверить, уж слишком правдоподобно она звучала. Но, с другой стороны… Я все же боялась поверить в нее до конца.
 Боль вызывала сама мысль о том, что будет, если я снова доверюсь, снова откроюсь этому че…эрсиорху, а он опять, может и не по своей вине, но обманет, не оправдает этого доверия? Что я потеряю тогда? Всё это стоило очень тщательно обдумать на трезвую голову. Полуящер, возможно, мог оказаться тем еще еще хамелеоном… Но это говорил мне разум. Сердце настойчиво твердило обратное. И пока что сам Ктиаран отнюдь не добавлял моим мыслям адекватности, щеголяя белозубой клыкастой улыбкой и обнаженным торсом. На базе было, кажется, теплее, чем обычно. Завершив обещанное, он доставал из хранилища традиционные шоколадные пряники… Решила не акцентировать на чешуйчатом мужчине особого внимания, дабы не усугублять ситуацию еще больше. Очевидно, я сама же совсем недавно уже сдала себя с потрохами, и теперь дело было за малым…
 
Полуящер присел напротив, и наполнил наши кружки травяным настоем из большого старомодного чайника. Над столешницей тут же поплыл ароматный пар с запахом зеленого чая и малины, заклубившийся до самого потолка. Я глубоко вдохнула, грея руки о емкость с горячей жидкостью, и почувствовала, как вместе с паром в меня проникает долгожданное умиротворение. Кажется, то невероятное чувство уюта и комфортного спокойствия никуда отсюда не исчезло. Оно здесь было всегда, особенно теперь, когда вернулся главный ингредиент.
Я открыла глаза, поймала на себе внимательный взгляд Ктиарана, и машинально дёрнулась, но тут же взяла себя в руки, дав мысленный зарок по-максимуму сдерживать эмоции в его присутствии, ибо обратное только усложнит и без того сложные отношения. Поэтому, не отводя взгляд, спокойно озвучила:
– Я всё ещё жду.
Никто его за язык не тянул, когда он пытался уговорить меня покинуть убежище на верхнем этаже. Ктиаран пообещал рассказать свой план дальнейших действий. Мужчина согласно кивнул, отпивая горячий напиток.
– Всё довольно просто, – поделился он, щуря светлые глаза от легкого облачка пара, поднимающегося из кружки, – в тот раз, когда мы договорились поменять твою кровь на нашу свободу, я отдал Тсарге её не всю, небольшой образец я оставил в укромном месте, чтобы, когда появится возможность, изучить его на предмет главного действующего вещества. И, если все выйдет так, как задумано, выделить его в гораздо более действенную сыворотку, чтобы в минимальные сроки восстановить твою кровь до ее оригинальных свойств.
Я прекрасно помнила тот день, и также помнила, чем он закончился. Все эти чаяния вокруг моей необычной крови казались давно уже понятными и не актуальными. Но, видимо, не до конца. Но хотябы с мотивацией Ктиарана было примерно ясно. Тогда оставался один неразрешенный вопрос.
– И что это даст лично тебе?
Он слегка пожал плечами, и тряхнул темными волосами. Мягкий верхний свет, рассеянный сквозь плотное стекло абажура в виде цветка мальвы вызолотил его макушку, привлекая мое внимание. Я почувствовала себя крошечным мотыльком, завороженно глядящим на пламя. – Возможно, если все получится так, как я надеюсь, – он допил свой чай, и поставил чашку на столешницу между нами. – Сыворотка даст и мне тоже возможность сопротивляться внушению, не влияя при этом на вирус в крови. Думаю, что он мне пока пригодится.
Понятно. Никому не хочется быть безвольной куклой в чужих руках.
– Тебе так нравится эта чешуя? – усмехнулась я, не зная, чего бы еще на это возразить. Доводы Ктиарана были до обидного логичны и вполне адекватны. В ответ правый уголок его губ дернулся в усмешке.
– И не мне одному, – прищурился он хитро. Я опустила было глаза, стушевавшись, но тут же подняла их обратно.
– Внешность не имеет значения. – Главное то, что внутри. А там бывает разное…
– К чему эти крайности? Как по мне, так оба эти элемента немаловажны, – засмеялся он тихо, рассматривая меня засветившимися глазами так, что в моей груди что-то ощутимо ёкнуло.
Так. Это тема скользкая, можно ненароком поскользнуться и упасть в услужливо подставленные когтистые лапы, так что не стоит ее продолжать… – Что мы будем делать дальше? Допустим, сыворотка получится, потом придёт Гер, и? Если он, как ты говоришь, настолько корыстен, что пойдет на всё, то что ты можешь ему противопоставить?