Media Sapiens-2. Дневник информационного террориста
— Не в Мавзолее. В актовом зале школы.
— Ясно. Значит, учились неважно, — резюмировал «синий костюм».
«Пионеры, блядь, комсомольцы. Ненавижу идиотские подъебки». Я начал злиться. «Взять бы сейчас и локтем в нос тебе заехать». Я представил, как я разбиваю «синему» лицо, машина тормозит и меня начинают бить все четверо. Потом надевают наручники и с заплывшим лицом, подбитыми глазами выволакивают на улицу. Перед глазами встала финальная сцена из «Утомлённых солнцем». И меня понесло. «Не буду я с вами торговаться, уроды. Хотя бы раз в жизни плюну вам в лицо открыто, выступлю на суде хотя бы перед охраной и вашими судьями и поеду как политический, вместе с ребятами. Скоты. Ни ума, ни фантазии. Работать можете только как каток, прокатывая всех и всё. А я вас обыграл. Обыграл с минимальным ресурсом. Порвал, как грелок. Я не буду с вами торговаться. Точно! Тот, к кому меня сейчас везут, ждёт, что я начну падать ему в ноги. Не дождётесь. Сейчас приедем, я скажу ему в лицо…»
— Вот и приехали, — «синий костюм» пощёлкал по циферблату своих часов, показывая мне на время, — смотрите, семь минут. Я же говорю, у меня проездной хороший.
На его круглых часах с римскими цифрами под XII стояло клеймо breguet, а на месте номера модели — 77 RUS. Внизу циферблата, над окошком с датой был нарисован маленький пистолетик, похожий на логотип Джеймса Бонда. Над ним красовалась надпись: КОМАNDIRSKIE.
— Интересные у вас часы, Иван Иванович. Лимитед Идишн?
— Эти? — Он посмотрел на свои часы так, будто видел их первый раз в жизни. — Именные. Друзья подарили на профессиональный праздник. Выходим.
На улице стоял свежий июльский вечер. В воздухе пахло кофе и смесью различных духов. «Нет, всё-таки надо торговаться». Я расправил плечи, потёр поясницу и пошёл вслед за «синим».
Мы миновали будку с милиционером и пошли переулком. Я пялился по сторонам, отмечая детали окружающих зданий, сам не зная зачем. И так понятно, что обратную дорогу мне в случае чего подскажут. Довольно быстро мы подошли к зданию с широкими ступеньками перед входом. На стене рядом с массивной дверью висела бордовая табличка с гербом России и надписью:
АДМИНИСТРАЦИЯ ПРЕЗИДЕНТА РФ КУХНЯ № 9. СПЕЦБЛОК
Из дверей, чуть не столкнувшись с нами, вышли две тётки лет пятидесяти, нёсшие в руках перевязанные бечёвкой картонные коробки. «Пирожные, наверное, получили спецпайком. Никогда бы не подумал, что в таких стенах обитают подобные персонажи. Кухня же, может быть, обслуга?» — подумал я, а вслух заметил:
— Теперь я понял, откуда у журналистов этот идиотский штамп «кремлёвская кухня». Мне даже в голову не приходило, что такое учреждение в самом деле существует.
— Есть многое на свете, друг Антонио, чего не знает «Яндекс» и «Yahoo», — заметил «синий», — вообще-то это расхожий штамп — «телевизионная кухня» или «футбольная кухня» там. Не обязательно только «кремлёвская».
— Иван Иваныч, а почему номер 9?
— А почему бы и нет? — «Синий» дёрнул дверь на себя. — Чего, нельзя, что ли?
— Действительно, почему бы и нет? Хороший номер, — согласился я.
— А почему «спецблок», вам не интересно узнать?
Меня несколько передёрнуло. Я пожал плечами и посмотрел в сторону.
Зайдя внутрь, мы оказались перед высокой рамой металлодетектора, за которой стояли два милиционера и рентгеновская машина. «Синий» передал мне пластиковый лоток:
— Выкладывайте все сюда.
— В смысле металлические предметы? Так у меня вроде нет ничего.
— В смысле все. Документы, пишущие принадлежности, портмоне. Всё, что в карманах, одним словом.
«Вот и все», — похолодел я.
— Ремень тоже снимать? — тихо спросил я Иваныча.
— Не задерживайте вход, мужчина! — крикнул мне один из ментов. — Шутки будете в другом месте шутить. Сказано — вылаживайте все, значит, вылаживайте.
Я послушно выгреб из карманов документы, кошелёк, две авторучки и пропуск на работу. Мент протянул руку через рамку детектора и взял у меня лоток. Мы прошли. Двое «серых костюмов» остались за рамкой, мы с «синим» двинулись дальше.
— А не боитесь, что сбегу? — нагло спросил я Иваныча, когда мы подошли к лифтам. — Или один управитесь?
— Тут старое здание. Такая запутанная система помещений, что сам до сих пор не могу привыкнуть. — Иваныч глянул на меня снисходительно и продолжил: — Допустим, броситесь вы в бега и будете тут, как Фарада, ходить сутками по коридорам и кричать: «Люди, люди!» Помните, как в «Чародеях»? А тут ведь не только информационное управление находится, но и другие структуры. Могут неправильно истолковать. Понимаете, о чём я?
Открылись двери лифта, «синий» нажал на кнопку девятого этажа, двери закрылись. Лифт поднимался довольно медленно, как это бывает в старых домах. Я ощутил, как у меня за ухом начинает стекать из-под волос капля пота. Видимо, Иваныч это тоже заметил и не преминул съязвить:
— Пребываете в нетерпении? Я же говорю, старое здание. И лифт старый. Тише едешь — дальше будешь. От того места, куда едешь.
Сказано это было таким тоном, что смеяться мне уже расхотелось. У меня начала расти внутренняя дрожь, где-то в области желудка, и чуть пересохло во рту. Наконец лифт приехал. Пока мы шли прямым коридором, я разглядывал таблички, висевшие на дверях кабинетов. Надписи на них выглядели, прямо скажем, довольно нетипично для официального заведения:
Кузнецов@mediakitchen.gov
Фадеев@mediakitchen.gov
Лапин@mediakitchen.gov
Коридор закончился дверью, на которой висела такого же размера табличка с надписью:
[email protected]
Надпись была сделана зелёной флуоресцентной краской, которой любят пользоваться фанаты граффити или интернетчики, что служило намёком на дверь главного начальника, который разбирается в современных технологиях. Иваныч открыл дверь и пропустил меня вперёд.
— Добрый вечер, — хором поздоровались две секретарши, сидевшие перед мониторами. Их головы были украшены гарнитурами с динамиком, вроде тех, которые используют девушки в саll-центрах. Хотя у меня лично своими гарнитурами, неброским макияжем и короткими стрижками они вызвали ассоциацию с женщинами-инопланетянками из фильма моего детства «Москва-Кассиопея».
— Добрый. Че, у себя? — спросил Иваныч.
— Он вас ждёт, проходите.
Иваныч открыл дверь и в этот раз прошёл первым. Я успел заметить табличку на двери с надписью:
Черкасов@mediakitchen.gov
«Надо будет интеллектуально пошутить насчёт связи с боливийским подпольем, интересно — поймёт?» — подумалось мне.
Мы вошли в большой кабинет, у дальней стены которого стоял длинный стол с двумя мониторами по краям. Когда мы подошли ближе, я отметил, что на столе нет никаких массивных письменных приборов, столь любимых большими государственными боссами. Не было также стопок бумаг, сшитых «пружинкой» отчётов и всего того, с чем у меня ассоциировалась госслужба. Кроме мониторов и клавиатур, на поверхности стола лежала прокладка для удобства письма из коричневой кожи. По её нижнему краю шла оранжевая полоса с логотипом мчащейся колесницы и слоганом «Старый конь борозды не портит. Неrmes». На прокладке лежала компьютерная мышь и столь любимый литераторами блокнот Моlesqine. Оба предмета были декорированы в цвета российского флага.
— Что, привёл Антона Йозефовича? — Из-за стола навстречу нам поднялся худощавый мужчина в очках в тонкой золотой оправе. Он носил синий однобортный костюм и лицо выпускника Оксфорда, что вкупе с его вопросом резко исключило возможность шуток а-ля интеллектуальное превосходство с моей стороны.
— Привёл. Представляешь, ехать не хотел, — ответил Иваныч.
— Никак машина ему твоя не понравилась? — криво усмехнулся Черкасов. — Так извиняйте, «Хорьхов» у нас нету.
— Да я как-то… — промямлил я. «Образованные, падлы».
— К делу. Моя фамилия Черкасов, я работаю кем-то вроде мастера по ремонту телевизоров, если угодно. Пойдёмте за стол, — указал он рукой куда-то позади меня.