Тень Ворона 7 (СИ)
Краем сознания услышал взволнованный крик Райли:
— «Яр, убирайся оттуда!!! Такими темпами у тебя есть не больше минуты!»
О чем она говорит? Минута — это же вагон времени. Интересно, а сколько прошло с момента начала боя? Казалось, что целая вечность.
Как только у меня получилось подняться в воздух, в поле зрения снова появилась моя пернатая знакомая.
«Смотри-ка, живая…» — подумал я, и сразу же бросился в ее сторону. Кого-кого, а эту неприятную соперницу стоило устранить в первую очередь.
Все-таки на больших высотах она была куда проворнее. А тут, практически у земли, девушка не успела среагировать и моментально лишилась обоих крыльев. Я уже собирался ее добить, как показались ее друзья — владельцы огненных и земляных техник.
Уворот, перехватываю руку огневика и ломаю ее в локте. Сразу несколько ударов, выбивающие из него последние силы, и он падает на землю. Такое пережить может только Ратник. Ну или накачанный препаратами Воин. Ладно, надо это заканчивать. Но и его добить у меня не выходит, так как повсюду показываются бойцы, бьющие по мне разнообразным арсеналом техник.
Действую на одних рефлексах. Люди сменяются другими людьми, инстинкты просто вопят об огромной опасности, но у меня внутри абсолютное спокойствие. Есть четкое понимание, что они мне не соперники, а значит, задавить могут только числом. Выходит, надо просто не стоять на месте.
Сверху упала каменная глыба, которую я просто расколол надвое наскоро созданным копьем. Неугомонная пернатая попыталась протаранить меня крыльями, но промахнулась и в это же мгновение лишилась головы. Огневику я вовсе вбил гранату в пасть. Спустя секунду послышался взрыв. На результат своего действия смотреть не стал, хватило и того, что меня окатило вражеской кровью.
Внезапно понял, что меня перестали атаковать. Бразильцы с ужасом пятились в разные стороны. Кто-то бросал оружие, иные просто вставали на колени и складывали руки за голову. Сражаться больше никто не хотел. А спустя еще какое-то время позади послышались голоса и звуки подъезжающей техники. Аргентинцы все-таки смогли прорваться сквозь минные поля.
Неожиданно для себя понял, что сил больше не осталось. Рухнул на землю и, облокотившись на поврежденный танк, вытер кровь с лица. Мимо меня пробегали солдаты, свои, чужие… но никто не осмеливался подойти. Неужели меня настолько боятся?
— Ярослав…?
Я поднял голову и увидел встревоженное лицо Светы. Выглядела она достаточно помято, но в целом без серьезных повреждений.
— Ты в порядке? — задала еще один вопрос она.
Сил хватило только на то, чтобы сделать легкий кивок. И дело было не в усталости. Мне просто не нравилось убивать. А так как осознавание приходило только после отключения режима боевого транса, на меня накатил серьезный «отходняк». В общем, было тяжело…
Но отдохнуть, похоже, мне никто не даст. Как только я думал, что все закончилось, в голове снова послышался голос Райли:
— «Яр, может я не вовремя, но с тобой хочет поговорить Елена Романова. Это срочно.»
Глава 3
Задание
Желания разговаривать с кем-либо не было. Особенно с Романовыми. Особенно так срочно.
— «Это может подождать?» — спросил я, уже зная ответ на этот вопрос.— — «Хотя бы до моего возвращения в полевой лагерь.»
— «Мммм…поняла тебя. Скажу, что ты пока не доступен. Часа хватит?»
— «Вполне… спасибо.»
Вот за что люблю Райли, так за ее умение правильно улавливать настроение собеседника, при этом не задавая лишних вопросов. Она всегда и без подсказок понимала, когда стоит начать или закончить разговор.
Удивительно, но за время, пока сидел, состояние заметно улучшилось. Как физическое, так и моральное. Объяснение нашлось быстро: как только Шуйская появилась рядом, она сразу же облепила меня своей медицинской пылью.
— Сейчас должно стать получше, — произнесла Света, сев рядом со мной. — Это твое первое крупное сражение?
— Нет.
— Странно… тогда что тебя так беспокоит?
Внутри колыхалось какое-то чувство, которое я никак не мог объяснить.
— Наверное, разница сил. Если раньше мне всегда грозила опасность, так как враги были или сильнее, или хотя бы равны мне, то теперь… все как-то слишком просто. Словно чемпиона мира по боксу выпустили на ринг против дошколят. Разве это честно?
Света улыбнулась и запустила пыль обратно в мешочки.
— Тебе говорили, что на настоящей войне нет понятия «честно»? Есть ты и есть враг. Один должен убить другого. И не так важно, насколько благородно ты это сделаешь. Подлые поступки забудутся, ведь историю пишут победители. Как и сейчас, в этом сражении ты будешь фигурировать не как Титан, сразившийся с сотнями обычных солдат, а как человек, выступивший в одиночку против целой армии. Чувствуешь разницу?
— Вообще-то я был не один.
— Вот уже не надо, я лишь помогала тебе. Да и… Белая Бестия уже пошумела, в свое время. Все, что мне хочется сейчас — это поскорее закончить войну и снова стать просто Светланой Шуйской, чудаковатой директрисой Академии.
Мне стало немного стыдно от того, что я занялся самокопанием при девушке, поэтому я достаточно бодро поднялся на ноги и подал ей руку.
— Тогда предлагаю хорошенько отпраздновать нашу победу, после чего возвращаться в Россию. Дом ждет нас!
Для разговора с Романовой мне выдали специальный планшет с засекреченной связью. Более того, вести беседу разрешили в исключительно защищенном месте, где помимо меня больше никого не было.
Говорить собирались по видеосвязи, поэтому спустя несколько секунд ожидания на экране появилось сосредоточенное лицо Елены. Судя по антуражу, находилась она в каком-то бункере, который то и дело сотрясался от звуков взрывов.
— У вас там все в порядке? — решил поинтересоваться я.
Лена слегка поморщилась и ответила:
— Старший братец нащупал расположение нашей ставки и теперь проверяет оборону на прочность. Не обращай внимания, у Савелия Владимировича все предусмотрено, и сюда Имперским войскам не пробиться.
— Ну хорошо. О чем ты хотела поговорить?
В этот момент с ее стороны что-то сильно ухнуло, от чего с потолка осыпалась пыль.
— Вот же… неугомонный, — сквозь зубы произнесла Четвертая, после чего произнесла в переговорный браслет: — Туман, вдарь по их позициям чем-нибудь потяжелее, чтобы успокоились наконец.
— Есть, Ваше Высочество! — послышался мужской голос оттуда.
Лена щелкнула пальцами, и стены бункера начали закрываться выдвижными панелями, создавая звукоизолирующий кокон.
— Вот теперь будет получше. Только связь будет немного шалить, не обращай внимания. — Как только панели закончили свое движение, Романова продолжила: — Ну и шороху ты там навел, в Бразилии, мы с Арсением уже делаем ставки насчет того, какое прозвище тебе дадут по итогам этой войны. Я вот ставлю на что-нибудь пафосное, в стиле «Крылатая смерть» или «Черный разрушитель». Люди любят звучные названия.
— Зато я не очень, — спокойно ответил я.
— Аааа…рефлексируешь. Нам докладывали, что на тебя накатывает после каждого сражения. Ну ничего, еще парочку боев, и все эмоции сгорят, поверь мне.
— Не вижу в этом ничего хорошего, но… похоже, выбора у меня не будет.
— В точку, Воронов. Как ты относишься к тому, чтобы оставить бразильские джунгли и наконец-то вернуться в родную гавань?
— Чего-то подобного я и ожидал. Когда нас заберут? Вы ведь и Шуйскую собираетесь выставить в качестве символа?
Лена ухмыльнулась.
— Приятно разговаривать с человеком, которому ничего не надо объяснять. Но все же ваше появление в стане армии сопротивления придется пока что отложить.
А вот тут у Романовой получилось по-настоящему меня удивить.
— Это почему?
— Для начала вам предстоит посетить Китайскую Империю и попытаться убедить правителя Ли окончательно принять нашу сторону. Не думаю, что с этим возникнут какие-то сложности. Разве что… представитель Георгия сможет предложить ему что-то более заманчивое, чем мы. Но я в этом сильно сомневаюсь.