Лавка зелий «Вам здесь не рады» (СИ)

Я приложила платье к себе, погладила его рукой.
— Надевай его, Иллария. Я хочу взглянуть на тебя в нём.
Подняв взгляд, я встретилась с его золотистыми глазами. Алиас смотрел на меня безотрывно, уголок его рта изогнулся в едва заметной улыбке.
— Хорошо, — согласилась я и уже направилась к выходу из кухни, когда голос магиара меня остановил:
— А ты ничего не забыла?
Я обернулась, вопросительно глянула на него. Алиас кивнул на сверток, и я вернулась к столу. Когда я вытаскивала платье, то даже не заметила, что там есть еще что-то. На дне бумажного свертка лежала пара тонких чулок и несколько лент для волос в цвет платью.
  
— Ты сошел с ума, — улыбнулась я. С благодарностью глянув на него, я забрала оставшееся и вышла из кухни, чтобы переодеться в комнате экономки.
Когда шла назад, на кухню, меня вдруг охватило волнение. Отчего-то мне было невыносимо важно понравиться в этом платье хозяину дома. Казалось, что это платье было чем-то важным, что-то должно было изменить.
Как только я переступила порог, Алиас поднял на меня глаза. В них было столько восхищения, что у меня перехватило дыхание. Я так и застыла в проходе, не решаясь пройти дальше. Воздух стал тягучим, словно вода, дыхание сбилось.
Алиас нарушил повисшую тишину:
— Ты прекрасна.
От его слов у меня задрожали колени. Никогда и никто ещё не смотрел на меня так. Никогда я не ощущала себя настолько красивой и притягательной. Один лишь взгляд и пара слов сделали больше, чем я могла себе представить.
Но эта магия развеялась тут же, как только Алиас негромко произнёс:
— Думаю, это отличный наряд для помолвки. Надень его, когда решишь ответить «да» моему брату.
Меня словно ушатом ледяной воды окатило. Сквозь ком в горле я сказала:
— Пойду переоденусь. Не хочу запачкать такой прекрасный наряд.
Когда я вернулась, то села напротив магиара и даже не смотрела на него. Я ощущала, как его взгляд буравит меня, но не желала пересекаться с ним. В полном молчании мы пили чай, погруженные каждый в свои мысли.
Я никак не могла понять, зачем это всё. Зачем дарить такое красивое платье, чтобы потом уколоть предложением Ноэля? Зачем было отвешивать комплименты, если он считает меня чужой возлюбленной? Зачем было ехать в город и стараться для той, которую не выносишь?
Город…
— Алиас, — обратилась я к нему и наконец-то подняла глаза на магиара. — А как ты добрался в город?
— Снял повозку в деревне, на ней и доехал, — ответил он отстраненно.
Я оживилась.
— Послушай, а я смогу её снять? Сколько это стоит?
Алиас заинтересованно глянул:
— Если ты умеешь править лошадью, то можешь. Дороговато, но себя окупило. Зачем тебе в город?
— Ты знал, что послезавтра ярмарка? Я могла бы поехать туда, отвезти зелья и попытаться продать. Вот только с лошадьми я… не очень.
Магиар нахмурился:
— Нет, даже не думай. Это не так просто, как кажется. Если ты никогда не управляла повозкой, то можешь попасть в беду. Исключено.
Я опустила голову, кивнула. Но тут же подняла взгляд вновь, посмотрела на Алиаса умоляюще:
— А ты? Может ты отвезешь меня?
Он ответил так, как я и ожидала:
— Мне нужно работать.
Что ж, другого ответа и быть не могло. Вечно занятой, вечно пропадающий в свой лаборатории… Не стоило и пытаться. Но я была бы не я, если бы не попробовала ещё раз.
— Алиас, прошу, — тихо попросила я. — Один день ничего не решит. Зато мы можем навсегда изменить судьбу этой лавки.
— Ты уверена, что получится? А что если не выйдет, и остаток денег уйдёт впустую? Если не купят, и мы целый день промотаемся зря?
— Лучше сделать и жалеть, чем жалеть, что не сделал, — попыталась я.
Алиас задумался, и я замерла, ожидая его ответа.
Сумрак, который всё это время тихонько лежал в углу, вдруг подскочил на месте и громко залаял. Он кинулся в коридор, завывая, продолжил лаять на кого-то, кто был снаружи. Мы застыли, вслушиваясь в ночные звуки. Снаружи было тихо — никто не шёл по двору, не поднимался по крыльцу, не скрипела калитка.
Было слишком тихо.
  
31
 
Всё моё нутро просто кричало о том, что происходит что-то нехорошее. Нет, не простой гость заглянул к нам. Да и не слышала ни разу, чтобы собаки так надрывно и истошно лаяли при приближении человека. В голосе Сумрака я ощущала неподдельный ужас, и от этого кровь в жилах стыла.
Алиас поднялся, пальцами загасил свечу на столе, и в комнате стало темно. Он подошёл к окну, замер, вглядываясь в темноту.
— Что там, Алиас? — едва слышно спросила я, но он не ответил.
Он так и стоял, вцепившись руками в кухонную тумбу, неподвижно глядел в черноту ночи. Наконец, он резко отпрянул и кинулся в коридор. Я вскочила, напуганная его реакцией, и стул сзади меня с грохотом упал.
— В чём дело, скажи мне! — потребовала я.
Не обернувшись он бросил:
— Нежить. Будь здесь.
Нежить.
От этого слова внутри меня всё стянулось в тугой узел, где-то под солнечным сплетением зажгло. Память подкинула образы чудовищ, что напали на нас с Ноэлем в лесу. Я кинулась следом за магиаром. Он был уже у входной двери, когда я схватила его за руку.
— Не ходи! — попросила я.
— Я должен, Иллария. Иначе мы все обречены. Если их не остановить, нежить пройдёт дальше, в деревню. Сколько жертв тогда будет?
— Их? Значит, их много?
По глазам Алиаса я поняла, что очень даже много.
— Нет, не иди туда! Ты один не справишься, тебе нужна помощь!
— На это уже нет времени. Будь здесь, Иллария. И ни в коем случае не выходи, чего бы ни случилось.
Я мотнула несогласно головой, но Алиас не обратил на это никакого внимания. Он выскользнул за дверь, оставив меня внутри. Я было кинулась следом, как услышала, что в замочной скважине повернулся ключ. Он закрыл меня в доме, чтобы я не вышла.
Сумрак взвыл, а затем жалобно заскулил. Он метался у двери, напуганный уходом хозяина.
— Тише, малыш, — с беспокойством в голосе сказала я и погладила его, пытаясь успокоить. Тревога сковала меня, заставила замереть в тягостном ожидании. Я прислушивалась к звукам снаружи и, поняв, что так ничего не услышу, быстро прошла на кухню.
Я выглянула в окно. Алиас стоял засучив рукава, и смотрел в сторону леса. Совсем как его брат, когда мы встретили нежить в поездке. Они, Алиас и Ноэль, были так похожи, хотя скажи я им об этом, оба бы разозлились.
Если бы не белая рубаха Алиаса, я бы и его не заметила. Тонкий серп луны высвечивал его среди темного двора, но никого больше я не наблюдала. Быть может, он ошибся — нет никакой нежити? Может птица какая пролетела, чем взбудоражила пса.
Я прислушалась к скулежу Сумрака и поняла, что никакой ошибки тут быть не может. Какая птица может так обеспокоить собаку?
Минуты тянулись как вечность. Мы стояли и ждали: Алиас — возле крыльца, я — возле окна. И когда мне показалось, что никого так и не появится, мой взгляд уловил в темноте какое-то движение. Я присмотрелась. Что-то двигалось от деревьев.
Гулкий стук сердца стал невыносим, и я прижала руку к груди, пытаясь его успокоить.
Я заметила движение чуть в другой стороне, потом ещё дальше. На чистый пятачок, что прилегал к лесу, стали вываливаться из темноты жуткие обезображенные существа. Они шли прихрамывая, скорчившись и скрючившись, некоторые подтягивали за собой ноги. Это было настолько страшно зрелище, что я зажмурила глаза, пытаясь избавиться от видения.
Пожалуйста, боги, если вы действительно существуете, пусть это будет неправдой…
Я открыла глаза. Опушка уже кишела нежитью, их было не меньше трех десятков. И эта мертвая армия двигалась прямиком к нашему дому.
  
Раздался странный нарастающий гул, и я посмотрела в сторону крыльца. Алиас, вызвав потоки магии, выдернул огромный ком земли. Я думала, что он швырнет его в сторону мертвецов, но, к моему удивлению, он не сделал этого. Он держал его какое-то время, возможно, читал заклинание, но я не могла слышать. Золотистая магия запылала ярче, окутала этот ком, и я увидела, как у него вырастают ноги и руки. Из бесформенной кучи земли образовался высокий, не меньше двух с половиной метров, атронах.