Лавка зелий «Вам здесь не рады» (СИ)

Но если я не ошиблась, то там может храниться что-то из продуктов. Мне нужно спуститься.
Глубоко вздохнув, я зашагала вниз, придерживая путающееся платье. Ступеньки опасно скрипели и прогибались, и мне казалось, что они вот-вот сломаются подо мной, грозя мне переломом или вывихом. Становилось темнее с каждым шагом, и я уже мысленно обругала себя за то, что не взяла свечу. Пришлось вернуться за ней. И, к моему удивлению, спускаться второй раз оказалась уже совсем не страшно.
  
— А ты боялась, — хмыкнула я, — Ничего тут нет страшного. Вон, шкафы всякие, полки. Банки с огурцами, с…
Я вскрикнула, когда навела свечу на одну из банок, и налетела спиной на один из шкафов, который звонко громыхнул содержимым от такого. Сердце бешено застучало, и я еле удержала себя на месте, чтобы не броситься бежать прочь. Из стеклянной банки на меня смотрели засушенные тельца лягушек с впалыми глазами. Я вела рукой вдоль полки, и с отвращением смотрела на разных мелких животных и насекомых, что хранились за стеклом. К горлу подступила тошнота.
Зачем ему все это? Неужели зелья из этого и делают? Не просто из травок? Ужас.
Я отвернулась, не желая больше видеть эту гадость. Передо мной оказалась почти пустая полка, на которой лежал бумажный сверток. Я бы и не подумала его трогать, но больно уж вкусный запах исходил от него. Кончиками пальцев я осторожно развернула бумагу и увидела кусочек копченого мяса. Рот моментально наполнился слюной. Ага, значит я права была — здесь хранятся продукты. Или хранились, потому что сейчас подвал был полон только жуткими ингредиентами для зелий. Здесь было прохладно, даже зябко — идеально для скоропортящихся продуктов.
Быстрый поиск по шкафчикам, и я нашла брусочек сливочного масла. Взяла его, сверток с мясом, и спешно пошла наверх, подальше от гадких банок. В темном углу что-то блеснуло. Подняв свечу, я увидела ручку на небольшой двери. Подошла, дернула — закрыто. Может там еще есть какие-то продукты? Хотя зачем тогда их запирать?
Дернув на всякий случай еще раз закрытую дверь, я поднялась по ступенькам и направилась на кухню.
— Вот, пожарим на сливочном маслице, — весело сказала самой себе и посмотрела на плиту. Тяжкий вздох сорвался с моих губ — я таких плит в жизни не видела. Огромная, чугунная и массивная, она имела внизу отсек с дверкой, куда, как мне думалось, кидались дрова. Я должна засунуть туда дровишки, разжечь их, плита накалится и сковорода будет жарить. Почти как у бабушки в деревне. Ничего сложного. Наверное…
Дрова лежали рядом, и я сунула их в печь. Со стола взяла спички, начала зажигать одну. По какой-то причине спичка впустую чиркала по коробку, отказываясь загораться. Рукава большого мне платья все время сползали, мешая очередной попытке, отчего я начинала раздражаться.
— Ну давай же, гори! — зло сказала я сквозь зубы.
И загорелось. Не спичка, к несчастью. Мои руки.
— Да что же это такое! — я подскочила с корточек и посмотрела на магию, которая с жаром вырывалась из моих пальцев. — Прекрати!
Магия не слушалась. Она вообще была у меня жутко вредной и жила своей жизнью. За несколько дней, что я провела в этом мире, она доставила мне столько неудобств. Вот, к примеру, сейчас, когда сорвавшимся всполохом подожгла занавеску.
— Нет-нет-нет!
Я схватила со стола ковш с водой, размахнулась, чтобы плеснуть. Магия с рук почему-то перекинулась на воду и она запылала, словно это был спирт. Но я не успела среагировать — замах уже был, и теперь горящая вода летела в занавеску. Пламя вспыхнуло сильнее и перекинулось на вторую штору, затем на шкаф. Пошел едкий, удушающий дым, который быстро заполнял небольшую кухню.
— Алиас! Пожар! — закричала я и закашлялась.
Мужчина ворвался в кухню так быстро, словно ждал за дверью. Он попытался залить огонь водой, но ничего не вышло. И тогда он вскинул руки, глаза его стали похожи на расплавленное золото. Магия окутала его ладони и пальцы желто-коричневыми потоками. Алиас распахнул окно, магией поднял пласт земли и обрушил его на огонь, который тут же погас.
— Это вышло случайно, я не хотела, — сказала я магиару, ощущая всем телом его напряжение.
Медленно, угрожающе, он повернулся ко мне. Ореховые глаза приобрели знакомый раздраженный блеск, налились холодной злостью.
— Вон, — сказал он тихо.
— Я…
— Вон! — уже рявкнул Алиас. — Немедленно покинь мой дом, или я сейчас же вышвырну тебя отсюда силой!
Я открыла было рот, чтобы попытаться оправдаться, но по его глазам поняла — не стоит. Ледяная ярость пронзала меня через взгляд, заставляя съежиться. В этот миг я поняла — это конец, тюрьмы мне теперь не избежать.
  
14
 
Видя мое замешательство, мужчина рывком кинулся ко мне и одним широким шагом сократил между нами расстояние. Его пальцы впились в мое плечо, и Алиас потащил меня в сторону выхода.
— Нет, не надо, прошу! — взмолилась я. — Мне некуда идти!
— Есть — возвращайся домой и разрушай всё там на потеху маменьке и папеньке! — прорычал разгневанный магиар.
— Погодите, не злитесь!
Ему было все равно на мои тщетные попытки вырваться — хватка была стальной, не удивлюсь, если теперь синяки останутся.
— Иди к любезному Ноэлю и попроси, чтобы он приютил тебя. Заодно сожги до тла поместье Алтоир, у тебя это отлично получается.
Алиас распахнул входную дверь, солнечный свет ударил по глазам, и я закрыла веки. Внутри вдруг поднялась волна отчаяния и страха. Впервые с того момента, как я здесь оказалась, мне захотелось расплакаться. Я в неизвестном мне мире, среди чужих людей, в чужом теле и с чужой жизнью. Я не могу пойти домой, в обставленную моими руками квартирку и налить себе любимый кофе с ароматом карамели. Я не могу позвонить подруге, не могу обнять маму, не могу поговорить с отцом. Я одна. И я растоптана.
Слезы сами брызнули, и я открыла глаза, часто-часто заморгала, пытаясь их прогнать. Горло сдавило от обиды и жалости к себе, но внутри вдруг вспыхнула ярость.
— Пусти меня, болван! — прокричала я и вырвала таки руку из хватки Алиаса.
Он опешил от внезапного прилива сил во мне, изумленно посмотрел на меня.
— Я не могу уйти! Мне некуда возвращаться — только в тюрьму! И я не уйду из этого дома, пока не отработаю свой долг! Ты не выгонишь меня! Я влезу через крышу, подкоп сделаю, дверь сломаю!
Я судорожно вдохнула, и слезы потекли сильнее.
— Выставишь опять? Я на этом крыльце умру, но с места не сойду!
Алиас, ошарашенный моим отпором, сложил руки на груди и нахмурился.
— Ты мне дом чуть не сожгла, — сказал он тихо, но с укором.
— Думаешь, я хотела? — слезы наконец прекратились, но я все еще сбивчиво дышала, спотыкаясь на словах. — Да эта чертова магия меня не слушается! Она выходит, когда ей хочется! Жжет то, что под руки попадется!
Я выдохнула, опустила глаза. Запал прошел, и сейчас я понимала — выгонит. Как пить дать прогонит. Я ж его и болваном назвала, и кричала как истеричка. Стыдоба какая.
Магиар молчал, только смотрел на меня безотрывно, въедливо. Я уже было хотела попрощаться и сойти с крыльца, как он произнес:
— Зайди обратно.
Он развернулся и направился к кухне. Я понуро пошла за ним.
— Вы это… извините меня, — сказала я негромко в его спину.
Магиар не ответил. Он остановился в дверном проеме, взгляд его прошелся по сгоревшим занавескам. Вздохнув, Алиас прошел ко второму окну и распахнул его. Свежий воздух ворвался внутрь, разбавляя запах гари. Стало легче дышать.
— Голодная?
Это вопрос был столь неожиданным, что я даже вздрогнула. Подняла глаза на Алиаса. Он смотрел на меня не отрываясь, золотистые глаза обжигали. Я почувствовала, что внутри что-то всколыхнулось — смесь страха и чего-то непонятного мне, странного…
  
Спохватилась — он же ответа моего ждет, и утвердительно кивнула.
— Я хотела картофель пожарить, — сказала негромко. — Мясо принесла, вы же не против?