Знакомство (СИ)

Справа донёсся смешок, и молодой, немножко кокетливый женский голос произнёс:
— Голова здесь, молодой человек!
Марина серьёзно сказала:
— У Галины Михайловны начальная стадия эрозии шейки матки. Обнаружилось это сегодня во время профосмотра. Сама шейка выглядит, как… э-э-э… небольшая полусфера размером… в данном случае около двух сантиметров с отверстием посередине. Отверстие круглое и закрытое. Немного похоже на отверстие мочеиспускательного канала на головке пениса. Примерно того же размера. Расположена шейка в конце влагалища. Ты, наверное, уже слышал о том, что это за орган?
Я молча кивнул, и Марина продолжила.
— Шейка матки находится глубоко в теле женщины. Самое короткое расстояние до неё со стороны промежности, но тебе придётся расположить руку где-то внизу живота. До неё тогда окажется по прямой примерно десять — пятнадцать сантиметров. Это всё, что ты хотел знать?
Я снова кивнул и, повернув голову в ту сторону, откуда до меня донёсся голос, сказал:
— Знаете, это может быть больновато. Настя говорила, что это ощущается, как жжение. Ну, как если ранку смазать йодом. Настя вытерпела.
— Да, меня Марина Михайловна уже предупреждала. Я готова потерпеть.
Я осторожно опустил обе руки и они легли на тёплую, гладкую кожу.
— Тётя Марина, а внизу живота — это где? Я же ничего не вижу… Я хотел бы положить обе руки симметрично по обе стороны живота. Можете меня направить?
Раздался голос Марины:
— Дашенька, разверни его…
Я сам развернулся на её голос, и Даша пришлось только немного довернуть мой корпус ещё на пару градусов левее.
— Хорошо… Давай свои руки… — я вытянул руки вперёд.
Марина подтянула мою правую немного вперёд и опустила обе руки на тело женщины. Большими пальцами обеих рук я ощутил жёсткие волосы. Ага, — сообразил я, — значит ладони лежат по обе стороны от лобка.
Я опустил голову и сосредоточился. Мне нужно было представить себе эту маленькую полусферу розовой плоти, находящуюся глубоко в теле женщины. Видимо, что-то получилось, потому что живот её резко напрягся, и она вскрикнула:
— Ой-ё-ёй! Горячо!… Жжёт!..
Я мгновенно отдёрнул руки и выпрямился, в ожидании повернув голову влево, где, по моим расчётам, находилась Марина. Раздался её голос:
— Вы уверены? Сильно жжёт?
— Сейчас уже нет… Да, жгло сильно! Марина Михайловна, а это действительно безопасно?
— Безопасно, безопасно… не сомневайтесь! — пробормотала Марина.
Она помедлила секундочку и сказала:
— Дашенька, усади его на кушетку. Хочу ещё разок взглянуть…
Меня снова усадили на прежнее место, и я слышал теперь только лёгкое шуршание ткани халатов. Голос Марины негромко произнёс:
— Ну не напрягайтесь, милочка,… всё хорошо… всё у нас будет хорошо…
Прошло ещё немного времени и Марина сказала, теперь уже в полный голос:
— Ну, в общем-то, как я и предполагала. Всё без изменений. Дашенька, отведи, пожалуйста Сашу в мой кабинет, а здесь я сама закончу…
Голос Марины звучал мягко, но мне показалось, что несколько напряжённо.
— Пойдём, Саша. Давай руки.
Мне помогли подняться с кушетки, лица моего коснулся лёгкий ветерок, и на мои плечи легли руки Даши. Я спросил Марину:
— Тётя Марина, так я пойду домой или мне подождать?
— Нет, на сегодня всё! Я узнала всё, что хотела. Переодевайся и иди домой. Пообедайте там.
Я разочарованно вздохнул. Нет, в самом деле! Во-первых, мне самому было интересно — правда или неправда то, что говорила Настя. Она утверждала, что я её полностью излечил, но так ли это на самом деле, неизвестно! Согласитесь, если бы это была правдой, то это открывало бы для меня и окружающих совершенно новые возможности. Во-вторых, я мечтал быть поближе к Марине, а для этого стать ей хоть в чём-нибудь полезным. Она часто приходит с работы очень усталой.
Нет, все мои надежды рухнули…
***
Оказалось, что дело на этом не завершилось. Когда вечером, после ужина с мамой я пришёл к ним домой, Марина вышла в коридор и молча наблюдала за тем, как я раздеваюсь. Надюшка сунулась было с предложением поиграть в шахматы, но Марина цыкнула на неё:
 
— Иди-ка, займись чем-нибудь более полезным. Между прочим, я ещё не видела, чтобы ты открывала хрестоматию по литературе. Или ты опять собираешься всё заданное в последний день каникул прочитать? Опять будешь ныть, что задали много!
Надюшка надувшись стояла, покачиваясь с пятки на носок, глядя в пол и засунув руки в кармашки своей новенькой домашней юбки на лямках. Я подбодрил подружку:
— Надюха, сейчас вместе читать будем. Я тоже ещё к хрестоматии не приступал…
Но Марина вмешалась:
— Нет! Потом почитаешь. Мне нужно с тобой потолковать. Пошли-ка в спальню…
В спальне Марина плотно затворила за собой дверь и показав рукой на кушетку сказала:
— Сядь. Нужно серьёзно поговорить.
Я уселся на кушетке сложив ноги по-турецки, и у меня тут же покраснели уши. Так, — подумал я, — Марина сердита! Похоже, я своими фантазиями отвлёк её от чего-то важного, заставил ждать пациентов в очереди. Сейчас будет выволочка!
Но Марина начала с другого. Она уселась на кушетку лицом ко мне и тревожно взглянула на меня:
— Мне страшно, Малыш! Мне сегодня стало очень-очень страшно!
Я перепугался. Мне кровь бросилась в лицо, и я привстал, с испугом уставившись на неё:
— Отчего страшно? Кто тебя испугал?
— Мне стало очень страшно за тебя!
— Да что случилось, в конце концов?! — вскричал я в панике.
— Случилось… Да сядь ты! — чуть не крикнула она, — Я и так весь день на нервах! Не хватало мне ещё и тебя успокаивать!
Я уселся в прежнюю позу и замолчал, ожидая продолжения. В самом деле, что это со мной?
— Вот так!.. Хорошо… А теперь послушай… Готов?
Я молча кивнул.
— Та девушка, которую ты лечил… Хм… Слово какое-то неправильное… Нет, давай пока будем называть это по-другому. Та девушка, на которую ты наложил руки… Да, так, пожалуй, лучше!
Марина прикусила нижнюю губу, помолчала немного, собираясь с мыслями, и начала.
— Так вот, там в кабинете я не подала виду, но ты её действительно вылечил! При первом осмотре я нашла четыре ярко-красных пятна, расположенные в виде лепестков, сходящихся в зеве шейки матки. Пятна довольно внушительных размеров — в длину примерно пять-шесть и в ширину около трёх миллиметров. Причём изменения коснулись не только цвета, но и структуры кожного покрова. Эти лепестки были как бы вдавлены в поверхность. Понимаешь?
Я молча кивнул, не особо понимая, что здесь такого плохого.
— При повторном осмотре три пятна из четырёх исчезли полностью, а от последнего осталось только небольшое, диаметром не более двух миллиметров пятнышко. И самое главное, бесследно исчезли все изменения структуры! Понимаешь, что это значит?
— Не очень… Ну, то есть, понимаю… Это же хорошо, правда? Девушка же выздоровела?… Ты, ведь, не этого испугалась? Или этого?
Пока я говорил Марина не сводила с меня напряжённого, испытующего взгляда. Когда я в растерянности остановился, она отвела от меня глаза и вздохнула:
— Нет, Малыш, не понимаешь… Тебя чёрт за руку водит! Если так дальше пойдёт, ты вскоре сам кого угодно в тигра превратить сможешь… Или в лягушку! — она невесело усмехнулась.
Я неуверенно хмыкнул:
— Что ты имеешь ввиду?
— В тебе, Малыш, зреет и развивается какая-то сила… Чудовищная сила! Нечеловеческая сила! Я чувствую беду, понимаешь?
Это было сказано таким тоном, что у меня мурашки побежали по всему телу. Я поёжился:
— Нечеловеческая? Что за ерунда?… Нет никакой силы! — я через силу усмехнулся, — Придумываешь ты всё…
Марина помотала головой, не отводя от меня глаз:
— Я чувствовала, что ты мальчишка необыкновенный, но сама не до конца верила в это. Гнала прочь эти мысли. А сегодня получила неопровержимое доказательство.
— Да что такое произошло? — я начал злиться, — Чем нам может угрожать то, что у какой-то девушки что-то там вылечилось? Что в этом плохого?