Всегда ты (ЛП)

После примерно двух часов разговоров ни о чем Райли повернулась и задумчиво посмотрела на меня. Я сглотнул. Она решила взять свои слова назад? Она собирается сказать мне, что не уверена, сможет ли любить меня так же, если я не буду ходить?
– Малыш, можем мы кое о чем поговорить? – прошептала она, ей явно было неловко.
Я кивнул, не в силах проглотить комок, застрявший у меня в горле.
– Хорошо, в общем... – Она поморщила нос, как будто что-то обдумывала. – Я хочу поговорить о твоих родителях.
Я почувствовал, как у меня отлегло от сердца: это не о нас!
– Я не хочу говорит об этом, Мишка Райли.
Я был слишком зол на них, чтобы говорить об этом прямо сейчас. Они приходили сюда сегодня, а я даже не мог накричать на них, обвинив в том, что они сразу не отправили меня на операцию, лишив тем самым возможности снова ходить. Я не хочу их видеть, не хочу с ними говорить. Я даже не хочу с ними ругаться. Они решили оставить все как есть. Я понимал, что мы никогда не узнаем, сработала бы операция, если бы они отправили меня на нее сразу, но мысль, что все могло быть иначе, будет преследовать меня до конца моих дней.
Райли погладила меня по груди, поигрывая значком.
– Клэй, я понимаю, ты злишься. Бог свидетель, я тоже злюсь... Но они не хотели навредить тебе. На самом деле, я так на них зла, что сама поверить не могу, что говорю тебе это. Но, прошу, подумай пару дней, не принимай никаких опрометчивых решений. Не забывай, они тебя любят.
Я вздохнул и кивнул.
– Давай просто не будем об этом, Райли, ладно? Я не хочу думать о них прямо сейчас. – Я похлопал по кровати рядом с собой. – Иди, приляг ненадолго.
Райли улыбнулась и сразу же устроилась у меня под боком. Она действовала так осторожно, словно боялась, что если хоть на миллиметр меня сдвинет, я скончаюсь от боли. Я улыбнулся ей, стараясь не смеяться над ее испуганным и озабоченным выражением лица.
– Что? – спросила она, поймав мой взгляд.
Я вздохнул.
– Тебе не нужно быть настолько осторожной со мной, Мишка Райли. Твои действия не причинят мне боли. Ты можешь усесться на мою ногу, а я даже не почувствую этого. – Я попытался сказать это, как шутку, но даже я слышал печаль в своем голосе. Я старался оставаться позитивным, но, если честно, не представлял, как справлюсь с тем, что больше не смогу ходить. Я не смогу делать даже элементарные вещи для Райли. Когда мы будем ходить за продуктами, я не смогу везти тележку. Действия, которые были самыми обычными, теперь стали для меня невозможными. Все изменится, ничего не будет так, как раньше.
Райли нахмурилась и посмотрела на мои ноги.
– Клэй, перестань думать о худшем. Дай своему телу немного времени, все будет хорошо, – попросила она.
Я кивнул и поцеловал ее в лоб, одарив фальшивой улыбкой.
– Хорошо. Я очень устал, давай немного поспим? – предложил я, подавив зевок. Мне сообщили, что я был в коме двадцать семь часов, затем находился под наркозом шесть часов, и потом я проспал почти всю ночь... Но все равно я ужасно хотел спать, глаза буквально слипались.
– Конечно, малыш. – Райли поцеловала меня в шею, ее ладонь крепко сжимала мою.
***
Я проснулся от тяжести на своей промежности. Я застонал, пульсирующая боль в спине усилилась. Все мое тело болело. Я догадался, что это кончилось действие обезболивающих. Как долго я спал? Ррукой я прижал Райли крепче к себе. Я слышал, что она еще спала, ее дыхание было ровным и глубоким, я чувствовал его на своей шее. Я хорошо знал девушку в своих объятиях.
Райли сильнее прижалась ко мне. Тяжесть ушла с моей промежности и переместилась на бедра, от чего боль в спине усилилась.
Я застонал, собираясь разбудить ее, чтобы она позвала врачей, когда вдруг осознал, что чувствую тяжесть чего-то, лежащего на моих ногах. Я поднял голову и удивленно уставился вниз. Нога Райли лежала на мне. Я чувствовал ее ногу, которую она неосознанно закинула на меня во сне! Я чувствую ее! Святое дерьмо!
Надежда встрепенулась во мне.
 
– Райли!
Она дернулась и проснулась, отпрыгнув от меня так, что чуть не свалилась с кровати, потому что я закричал ей прямо в ухо.
– Что? Что случилось? – завопила она, глядя на меня широко раскрытыми глазами.
Я посмотрел на нее: на лице были следы от подушки, одежда помялась... И я расхохотался. Она никогда не казалась мне более красивой. Я понятия не имел, как это работает, но я думал об этом каждый раз, когда просыпался рядом с ней.
Райли испуганно смотрела на меня, и тут я вспомнил, зачем вообще ее разбудил. Я почувствовал, как улыбка расплывается на моем лице. Я схватил Райли за руку и снова притянул к себе.
– Я немного чувствую свои ноги, – сказал я, следя за ее реакцией на мои слова.
Ее рот распахнулся, взгляд опустился. Внезапно она издала радостный визг и тут же зажала рот рукой, начиная хихикать. Райли вскочила с кровати, приплясывая на месте, словно маленькая девочка, которой подарили щенка.
– Боже мой, Клэй! Правда? О, слава Богу! Правда? – Ее рука зависла над моим бедром, как будто она хотела прикоснуться ко мне, но боялась.
Я засмеялся и кивнул. Я чувствовал, как от облегчения в глазах появляются слезы. Это было только начало, но ведь хорошее начало, правильно? Она снова взвизгнула, а потом заревела, прижавшись лицом к моей груди. Я гладил ее по голове и пытался пошевелить ногами. Нормально двигать ими я не мог, но у меня получалось сгибать пальцы. Такое же ощущение, как, когда ты долго сидел в одном положении, и ноги у тебя онемели. Ты знаешь, что ноги на месте, но контролировать их не можешь.
Я поцеловал Райли в макушку. Может быть, надо и правда подождать, может, через какое-то время я действительно смогу ходить? Надеюсь, прогресс не был чем-то незначительным. Может, отек, наконец, сошел?
Райли громко всхлипнула, вытирая глаза. Красивая улыбка не сходила с ее лица.
– Я позову врачей, – сказала она, ее голос все еще был хриплым от слез и после сна.
Я схватил ее за руку, когда вдруг понял, что еще рано.
– Гм, Мишка Райли, дай мне минутку, ладно? – попросил я. Ничего себе, как неловко!
Она снова всхлипнула, вытирая лицо рукавом свитера.
– Что такое, малыш?
Я рассмеялся и вновь притянул ее к себе.
– Дело в том, что я проснулся рядом с тобой, красавица, – прохрипел я, пытаясь скрыть свое лицо в ее волосах.
Она с любопытством уставилась на меня, поднимая бровь. Ее покрасневшие глаза непонимающе смотрели на меня.
– И что?
Я рассмеялся и снова кивнул на свои ноги. Она проследила за моим взглядом и начала бесконтрольно хихикать. Райли снова забралась на кровать рядом со мной. Вся красная, она кусала губу.
– Гм... Я, как правило, имею на тебя такой эффект по утрам, – выдохнула она, ее рука скользнула по моей груди к палатке, которую я устроил из своего одеяла. Я засмеялся, когда она поцеловала меня в шею, от чего по моему телу пробежала дрожь. Я хотел ее. Даже несмотря на боль в спине. Она возбуждала меня. Чертовы гормоны! Если бы я мог, то натянул бы одеяло на нас, накрыв с головой, и занялся с ней любовью прямо здесь и сейчас. Но нам надо было действовать медленно. Во всяком случае, я теперь точно знал, что хоть с этим проблем не будет.
Я поймал ее за руку, перемещая так, чтобы она не могла добраться до моего паха.
– Это, Мишка Райли, меня не успокоит. – Я рассмеялся, стараясь думать о чем-то, кроме нее.
Райли улыбнулась.
– Хорошо, малыш, думай о чем-то совершенно несексуальном, – подсказала она, откатываясь от меня с огромной улыбкой на лице.
Пролежав пару минут с закрытыми глазами, думая о футболе, я, наконец, пришел в себя и разрешил ей позвать врачей.
~ Райли ~ 
Врачи суетились вокруг Клэя довольно долго. Я внимательно следила, как они тыкают в его ноги разными иглами. Я закусила губу, когда увидела, как Клэй шевелит пальцами. Кто бы мог подумать, что такое незначительное движение может перевернуть весь мой мир? Клэя отправили на еще одно сканирование МРТ. В итоге, врачи сказали, что через час-другой весь отек сойдет.