Всегда ты (ЛП)

– Малолетка? Я спросил, голодная ли ты. – Блейк слегка сжал мою руку, и я быстро пришла в себя. Мне нужно сосредоточиться, чтобы он не вышел из себя! Расслабься, Райли, все в порядке. Сегодня Клэй будет обнимать тебя и целовать, когда ты проснешься от этого кошмара.
– Гм, сейчас я не хочу есть. Но, возможно, когда мы тут все осмотрим, это изменится. Может, мы вместе приготовим ужин? – предложила я, зная, что на это уйдет какое-то время.
Блейк радостно улыбнулся, схватил две банки колы из холодильника и, проходя мимо меня, обвел жестом комнату.
– Это кухня, – заявил он, прежде чем снова вытащить меня в коридор. – Гостиная, – сказал Блейк, махнув в сторону другой комнаты. Затем он потащил меня на лестницу. Я застонала. Это будет самая быстрая экскурсия в истории. Мой великолепный план, как потянуть время, разваливался прямо на глазах.
Вероятно, меньше чем через минуту, Блейк остановился у следующей двери.
– А это.... Моя комната. – Он ухмыльнулся мне, всовывая ключ в скважину и открывая дверь.
Мне поплохело от одной мысли о том, что мне придется заходить в его комнату. Зачем я попросила показать мне тут все? Может, он увидел в этом какой-то намек и решил, что я хочу попасть в его комнату? Черт возьми, Райли, ты иногда такая глупая!
Блейк улыбнулся, показывая мне идти первой. Я проглотила рвущееся из горла рыдание и заставила себя перешагнуть порог. Я молилась о том, чтобы Блейк снова просто махнул рукой, и мы могли бы пойти на кухню, чтобы приготовить ужин. Мой взгляд метнулся к его кровати, и я сильно – так, что во рту почувствовала вкус крови – закусила нижнюю губу, стараясь не паниковать.
Его спальня оказалась типичной комнатой типичного парня. Простая, в синих тонах, немного неопрятная. Она была совершенно не похожа на комнату Клэя в доме его родителей.
– Нравится? – спросил Блейк.
Я постаралась не вздрогнуть, когда он провел рукой по моей пояснице. Я кивнула и выдавила из себя фальшивую улыбку.
– Да, очень здорово.
Блейк радостно улыбнулся, и я заметила, как его взгляд тоже метнулся к кровати. Он сделал шаг в ее направлении. Боже, надо срочно что-то делать.
– Но ты еще не видела мою самую любимую часть, – пробормотал он, внимательно смотря на меня. Я видела по его лицу, как сильно он возбужден, у меня почти сердце от этого остановилось. Какая еще любимая часть? Я оглядела комнату в поисках Xbox или чего-то из той же серии, чего-то, что так любят все парни.
Блейк засмеялся и, взяв меня за плечи, повернул лицом к стене, в которой была дверь. И тут я почувствовала, как мое сердце остановилось, а кровь застыла в жилах. Все было гораздо хуже, чем я предполагала. Я по-настоящему попала, и мне необходимо было, чтобы Клэй здесь не появлялся. Потому что Блейк был гораздо более сумасшедшим, чем мы все думали.
  
Глава 26 
 
Я не могла оторвать от стены глаз. Везде были развешены мои фотографии. И самое ужасное, не только мои. Здесь были также снимки с Клэем. Были фотографии с нами обоими, смеющимися, обнимающимися, но на каждом снимке лицо Клэя было или исцарапано, или выжжено. Я могла понять, что это он, только потому, что узнавала его одежду и места, где мы были. Здесь не было наших детских фотографий, только современные. Футбольные матчи, магазины, кино... На одной мы с Клэем тащили ведра краски, значит, этой фотографии меньше недели.
Как давно Блейк следил за мной? Почему я не замечала? Он буквально следовал за мной повсюду. Больше всего меня испугали снимки нашей квартиры. Одна фотография даже была сделала с улицы, на ней Клэй в одних боксерах закрывал шторы. Очевидно, мы готовились ко сну. Значит, Блейк расположился рядом с нашей квартирой на целую ночь, поджидая... Он знал, что мы жили вместе.
Я ощутила головокружение, легкие горели от недостатка кислорода, потому что я не могла вспомнить, как дышать. Но зачем Блейк снимал Клэя? И творил с его изображениями такое? Он хотел навредить Клэю? Из-за паники мои ладони вспотели. Что, если Клэй приедет сюда раньше полиции, а Блейк сойдет с ума. Он, похоже, и так почти полностью потерял рассудок, скорее всего, Блейк сейчас способен на что угодно.
 
Блейк смотрел на меня, очевидно, ожидая какой-то реакции, а я не знала, что делать. Как я могла сделать вид, что это нормально? Как я могла стоять здесь с фальшивой улыбкой на лице и притворяться, что кровь не застыла у меня в жилах? Я не могла преобладать над собой, моя реакция уже выходила из-под контроля.
Я чувствовала, как внутри зарождается крик, поэтому я крепко сжала зубы, заскулив. О дерьмо, дерьмо, дерьмо! Мои руки тряслись, я чувствовала слабость во всем теле. Я хотела выбежать из этого дома, громко крича Клэю, чтобы тот убирался подальше отсюда, пока Блейк чего-нибудь с ним не сотворил.
– Вот, эта – моя любимая. – Блейк шагнул вперед, благоговейно глядя на стену. Он нежно потер мою ладонь своими пальцами. Я из последних сил сдерживалась, чтобы не отскочить от него и не забиться в угол. Меня тошнило. Блейк указал на фотографию, где я сидела на трибуне во время футбольного матча. Я над чем-то смеялась. На мне была футболка Клэя, но сверху я накинула куртку, поэтому Блейк, видимо, не счел нужным уничтожать незримое присутствие Клэя на фотографии. Рядом висела еще одна фотография с матча, один из ее краев был неровным. Я всегда сидела на трибунах рядом с Рейчел, похоже, именно ее постигла участь быть отрезанной.
Блейк довольно вздохнул позади меня.
– Ты здесь такая счастливая. А благодаря освещению, еще и адски сексуальная. На самом деле, я люблю все твои фотографии, но эту особенно, – прошептал Блейк. Его дыхание опалило мою шею, он прижался грудью к моей спине.
– Потому что на ней нет Клэя? – едва слышно пробормотала я. Произнеся его имя, я тут же пожалела об этом и запаниковала. Ну зачем? Зачем я это сказала? Боже, ну какая же я глупая!
Руки Блейка тут же напряглись, пальцы впились в мою кожу, заставляя меня вздрогнуть. Он сердито фыркнул.
– Этот ублюдок портит все фотографии. Я никак не мог поймать тебя одну. Этот урод – редкостное дерьмо. Тебе надо перестать с ним общаться, Малолетка! – приказал Блейк, его голос был жестоким и обвиняющим.
Как давно я здесь? Прошла всего пара минут с тех пор, как я позвонила Клэю. Как скоро тут окажется полиция? Они не видели этот алтарь на его стене, иначе серьезнее бы отнеслись к моим жалобам.
Боль в плечах усилилась, когда Блейк сжал их крепче.
– Блейк, ты делаешь мне больно, – прошептала я, мои глаза наполнились слезами.
Он раздраженно глубоко вздохнул, отпуская меня. Проводя рукой по волосам, он сделал шаг в сторону, и впился в меня пронзительным взглядом, от чего меня снова затошнило.
– Почему ты зависаешь с этим уродом? Почему не с кем-то еще? Девчонкой или любым другим парнем! Только не с Престоном!
Боже мой, он так ненавидит Клэя. За что? Что там произошло на самом деле? Что-то в этом было не так.
– Блейк, за что ты его так ненавидишь? – прошептала я, отворачиваясь от стены с фотографиями. Я больше не могла смотреть на них, от этого в голове путались мысли. Я не желала чувствовать себя уязвимой.
Блейк тут же напрягся, руки сжались в кулаки.
– Он забрал у меня все! Все, что было для меня важно! Он проживает мою гребаную жизнь! – заорал Блейк, заставляя меня подпрыгнуть от его гнева.
Что? О чем он говорит?
– Что ты имеешь в виду? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно.
Блейк отчаянно зарычал и ударил кулаком по шкафу.
– Когда мои родители умерли, все, что у меня осталось, – это футбол, – начал он.
Я кивнула. Он говорил мне раньше, что получил травму, и Клэя приняли на его место, пока Блейк не вылечится, а когда он вернулся, им пришлось разделить позицию.
– Поэтому, когда он занял мое место в команде, у меня ничего не осталось. Мне было так хреново, и футбол – единственное, что меня спасало, а этот мудак лишил меня и его! Кончилось все тем, что я упустил возможность получить футбольную стипендию в колледже, потому что тренер решил выпустить на поле Престона, а не меня, когда на игру пришли скауты. Я не получил ни единого предложения из колледжей! Я застрял на дерьмовой работе, зарабатывая гроши... Все из-за него! Все это его вина! А теперь он пытается украсть тебя! Ты единственная девушка, которую я когда-либо любил, а он хочет отнять и тебя тоже! – Блейк сжимал зубы так крепко, что я буквально слышала скрежет.