Сила и соблазн

– Бет собирается поужинать с подругами. Она беспокоится за нас. – Взгляд его озорно блеснул. – В крайнем случае мы могли бы проглотить друг друга.
В этом был весь прежний Дирк, ее вечный герой, – Дирк со смешинкой в глазах и добродушными остротами. Тина выскользнула из его объятий, застегивая блузку, откинула назад растрепанные волосы и улыбнулась.
– Я бы предпочла омара. И гору французского жаркого. И греческий салат с сыром. И горячие хрустящие булочки. И….
– Эй, малышка! – Дирк изобразил суровость. – Если ты съешь что-нибудь еще, тебе будет плохо.
И Тина с напускной скромностью добавила:
– Я хотела бы еще только бокал джина с тоником – только тоника побольше.
Дирк вдруг посерьезнел:
– Дурное настроение прошло, да?
– Да, – Тина робко улыбнулась. – Дурное настроение – или сумасшествие – прошло.
Со страхом она ждала, не вернется ли опять новый безжалостный Дирк. Она нерешительно протянула руку.
– По-прежнему друзья? – спросила она, не замечая своего умоляющего тона.
Подойдя к ней, Дирк обнял ее.
– Да, любовь моя, по-прежнему друзья. У нас будет долгий разговор, если не за ужином, то после. Надо покончить с нашими разногласиями, Тина.
Тина провела языком по губам.
– Я знаю, – сказала она. – Но давай не будем думать об этом сейчас.
Выскользнув из-под его руки, она припустила к лестнице.
– Спорим, что я приму душ и оденусь раньше тебя, – бросила она ему с тем же дерзким видом, как бывало в детстве.
– Принято, – согласился Дирк, следуя за ней. – Какие ставки?
Тина задержалась у двери своей спальни.
– Проигравший платит за ужин.
– Договорились. – И Дирк исчез в своей комнате.
Тина выиграла пари. Когда они вышли из дома, Дирк все еще продолжал ворчать, что она обманула его и не была в ванной.
– Неужели я похожа на женщину, которая способна вылить на себя полфлакона духов и утверждать, будто помылась? – засмеялась Тина, подходя к машине.
– Нет, – неохотно согласился Дирк. – Но как тебе удалось так быстро собраться? Насколько я припоминаю, раньше ты вечно копалась, – он ухмыльнулся. – Даже собираясь на пляж, где ты все равно сразу же обмазывалась кремом для загара и вываливалась в песке.
– Работа научила меня экономить время, – произнесла Тина серьезно. – Это уже стало привычкой. У меня все рассчитано до минуты. Привести себя в порядок и одеться – на это у меня не уходит много времени, куда бы и с кем я ни шла.
Дирк медленно обвел ее оценивающим взглядом от сверкающих волос до лакированных итальянских туфель на высоком каблуке.
– Результат весьма впечатляющий, – признал он. – Мне нравится это платье. А не холодно тебе будет? – спросил он, прикоснувшись к серой накидке, которую она набросила на плечи.
– Нет.
«Возможно, даже слишком жарко», – подумала про себя Тина. Стараясь казаться равнодушной, она тоже оглядела его.
Для нее Дирк всегда был красив. Одетый для выхода, он смотрелся великолепно. Свежевымытые золотистые волосы блестели; гладко выбритые щеки покрывал ровный загар. Ослепительно белая рубашка прекрасно гармонировала с твидовым пиджаком, свободно охватывающим широкие плечи; искусно завязанный полосатый галстук подчеркивал цвет и элегантность пиджака. Даже его темно-коричневые брюки, обтягивающие стройные мускулистые ноги, тревожили воображение… в чем она не согласилась бы признаться даже самой себе. От ее равнодушия не осталось и следа. Проглотив сухой комок в горле, она молча направилась к машине.
– Послушай! – удивленный, Дирк последовал за ней. – Так какую ты мне выставляешь оценку? По шкале от единицы до десяти?
Пятьдесят два. Тина не могла не улыбнуться при мысли о цифре, промелькнувшей в голове. Она не подозревала, что улыбка выдала ее мысли.
– Неужто так хорош, а? – Открывая перед ней дверцу, Дирк наклонился и прикоснулся губами к ее щеке. – За этот невысказанный комплимент я с удовольствием заплачу за ужин. – Садясь в машину, она приподняла подол платья, и, дерзко глядя на ее обнажившиеся бедра, он добавил: – А за этот проблеск рая я даже потанцую с тобой.
 
Стук закрывшейся двери заглушил вырвавшийся у Тины судорожный вздох. Рая? Тина нервно натянула платье на колени. Неужели Дирк действительно чувствовал себя с ней в раю? В раю бесконечного физического наслаждения…
Пульс Тины участился. Должна ли она реагировать на это откровенное замечание? Все еще находясь в приятном возбуждении, она искоса взглянула на Дирка, когда он сел за руль рядом с ней. Его ответный взгляд был так же красноречив, как и его слова:
– Не тревожься, любовь моя. Ты же знаешь, что я умелый и спокойный… танцор.
У Тины перехватило дыхание при этом слабо завуалированном намеке. Кровь вспыхнула наподобие расплавленного огня, подхлестнув ее воображение и воспоминания. На одно короткое восхитительное мгновение она почувствовала тот же экстаз, какой испытала, «танцуя» с ним в тот давний день.
– Ты всегда любила меня.
Это утверждение, произнесенное тихим голосом, вернуло Тину к реальности.
– Да. – Одновременно и признаваясь в поражении, и торжествуя, Тина выпрямилась и бесстрашно встретила его оценивающий взгляд. – Да, – четко повторила она. – Я всегда любила тебя.
– Как брата?
– Да.
– Как любовника?
– Да.
– Как мужчину?
– Да.
Тина затаила дыхание, пока сапфировые глаза Дирка изучали, одну за другой, каждую черточку ее лица. И выдохнула, лишь когда этот сверкающий взгляд погрузился в ее глаза. Она принадлежит ему. Всегда принадлежала ему и в глубине души всегда знала это. А теперь и он знал об этом.
– Как я уже говорил, есть один способ… – Голос его замер на вопросительной интонации.
Даже в своем нынешнем несколько одурманенном состоянии Тина мгновенно вспомнила, что Дирк действительно уже говорил это днем, перед тем как позвонил Поль.
Говорил в ответ на ее просьбу о деньгах, сейчас Тина кивнула и продолжила за него:
– И этот способ заключается в том, чтобы?..
– Выйти за меня замуж.
Тина с удивлением уставилась на него, но выражение лица Дирка не оставляло никаких сомнений в серьезности его предложения. Почему же она сама никогда не допускала такой возможности? Но с какой стати мужчина должен покупать то, что может получить бесплатно? Внезапно ее осенило. Неужели он пришел к выводу, что она будет отказываться танцевать, пока он не заплатит за музыку?
– Итак, Тина? – спросил он нетерпеливо.
– Неужто тебе это необходимо? – язвительно заметила она.
– Да. А тебе?
Тина закрыла глаза. Было очевидно, что Дирк имел в виду два совершенно разных вида необходимости: физическую, в его случае, и финансовую в ее. Тина устало пожала плечами. Какое это имеет значение? – спросила она себя с болью в сердце. Она все равно принадлежит ему, с ним ли она, или нет. Теперь, когда ей предоставлялся выбор, Тина понимала, что ей предпочтительнее быть с ним, нежели где бы то ни было еще на земле. Так какая разница, почему он хочет быть с ней?
– Да.
Ее согласие было ответом на оба вопроса: да, ей это необходимо, и, да, она выйдет за него замуж.
– Когда?
Тина решительно тряхнула головой, отбрасывая волосы за спину.
– Да когда угодно, – ответила она беспечно.
– Хорошо. Тогда в следующий четверг, – он мрачно усмехнулся. – У нас будет дополнительный повод быть благодарными в День Благодарения.
Тина совсем забыла, что до праздника осталась неделя. Глядя в его суровые глаза, Тина кивнула в знак согласия.
– Как скажешь.
– Посмотри на меня, Тина. Мы оба уже сделали попытку, с другими, и потерпели неудачу. Я не знаю. Может быть, наши жизни слишком тесно связаны. – В его тихом смехе чувствовалась ирония. – Для меня это почти смахивает на кровосмешение. Ты всегда была мне как сестра, ты была мне больше сестрой, чем моя родная сестра.
– Дирк. – Протест Тины остался без внимания.
– Но я действительно хочу тебя. Мечты, мысли и желания слишком долго мучили меня. Мои муки окончатся через неделю.